Концентрация производства в базовых отраслях российской промышленности

Монография. Автор Кислова Елена Алексеевна, доктор экономических наук

ИНСТИТУТ РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКИ,
СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ И ПРАВА
Е.А. КИСЛОВА
КОНЦЕНТРАЦИЯ ПРОИЗВОДСТВА В БАЗОВЫХ ОТРАСЛЯХ РОССИЙСКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
Монография

МОСКВА - 2008

УДК 658.8+658.9(175.8)
ББК 65.290-2я 73

Автор Кислова Елена Алексеевна
доктор экономических наук

Рецензенты: Путятина Л.М., д.э.н., профессор
Литвинов Ф.И., к.э.н., профессор

Б64 Кислова Е.А. КОНЦЕНТРАЦИЯ ПРОИЗВОДСТВА В БАЗОВЫХ ОТРАСЛЯХ РОССИЙСКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ. - М.: ННОУ "Институт рыночной экономики, социальной политики и права", 2008. - 170 с.

В монографии изложены тенденции развития и особенности концентрации производства в различных отраслях промышленности экономики России.
Автор разрабатывает новые подходы к структуре промышленности и ее отраслей в условиях кризисного развития национального хозяйства.
Монография предназначена для органов государственной власти и управления, использования в учебном процессе высших учебных заведений.

@ Кислова Е.А. 2008.
@ ННОУ "Институт рыночной экономики,
социальной политики и права

СОДЕРЖАНИЕ
СОДЕРЖАНИЕ 2
ВВЕДЕНИЕ 3
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ СУЩНОСТЬ И ПОСЛЕДСТВИЯ КОНЦЕНТРАЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА 9
Глава 1. Методология анализа процессов концентрации производства в промышленности 9
1.1.Экономическая сущность концентрации производства 9
1.2. Предпосылки и факторы концентрации производства 24
Глава 2. Монополизация промышленного производства как основное следствие его концентрации 47
2.1. Факторы монополизации промышленного производства в современной России 47
2.2. Становление антимонопольной политики в России 53
ЧАСТЬ ВТОРАЯ ИНСТРУМЕНТЫ И ИСТОЧНИКИ КОНЦЕНТРАЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА 67
Глава 3. Организационно экономические формы производственной концентрации в базовых отраслях промышленности 67
3.1. Конгломератная форма концентрации промышленного производства 67
3.2. Развитие институциональных форм концентрации производства в промышленности 80
3. 3. Методы горизонтальной концентрации в промышленности 99
Глава 4. Слияния и поглощения как основной инструмент производственной концентрации в базовых отраслях промышленности на современном этапе. 108
4.1. Экономическая сущность слияний и поглощений компаний 108
4.2. Особенности слияний и поглощений компаний в базовых отраслях промышленности 124
4.3. Государственная политика в области слияний и поглощений 136
Глава 5. Роль инвестиционных ресурсов в концентрации базовых отраслей промышленности. 144
5.1. Сущность и структура инвестиционных ресурсов 145
5.2. Источники инвестиционных ресурсов 151
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 161
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 170

ВВЕДЕНИЕ
Концентрация производства и капитала является одним из постоянно действующих факторов развития экономики. Формы и механизмы концентрации претерпевают непрерывные изменения. Национальное хозяйство России характеризуется значительным удельным весом в своей структуре базовых отраслей промышленности. К базовым отраслям в российской промышленности относится топливно-энергетический комплекс, черная и цветная металлургия, машиностроение (включая оборонное производство), предприятия общей химии, промышленность строительных материалов.
Сегодня к этим традиционным отраслям с полным основанием можно добавить производство элементной базы для электронной промышленности.
В базовых отраслях процессы концентрация производства и капитала протекают с особой интенсивностью.
Актуальность данной проблемы для отечественной экономической науки обусловлена следующими причинами:
Во-первых, современные процессы концентрации в промышленности имеют принципиально иные организационно-экономические формы, побудительные мотивы и механизмы по сравнению с советским периодом. Появляются новые направления и тенденции в экономической деятельности промышленных предприятий, прямо влияющие на концентрацию промышленного производства.
Концентрация промышленных предприятий порождает новую систему технологических и экономических взаимосвязей между ними. Меняется прежняя система производственных и территориальных связей и весь характер межпроизводственной кооперации. Формируются специфические корпоративные отношения.
Во-вторых, меняются принципы взаимоотношений промышленных предприятий и корпораций с общей институциональной системой государства. Создаются высококонцентрированные отраслевые и межотраслевые корпорации с государственным участием.
В системе государственного регулирования процессов концентрации производства непрерывно происходят радикальные изменения, связанные с переходом к использованию более совершенных административных и рыночных инструментов регулирования национального хозяйства. Эти изменения нуждаются в теоретическом осмыслении и обобщении.
Государственная промышленная политика нуждается в более детальной теоретической проработке вопросов концентрации. Выявление и анализ количественных и качественных характеристик концентрации промышленного производства позволит государству принимать более взвешенные решения по дальнейшей реструктуризации промышленных корпораций, а руководству этих корпораций - оптимизировать бизнес-процессы.
В-третьих, на важнейшие отраслевые пропорции и воспроизводственные характеристики промышленного производства, формы и масштабы концентрации непосредственное влияние оказывает структура собственности. В сфере промышленности до настоящего времени происходят непрерывные и существенные изменения в соотношениях между государственной и частной собственностью. Меняются соотношения собственности внутри отдельных корпораций и отраслей промышленности.
В-четвертых, концентрация промышленности в настоящее время
является не следствием внутреннего накопления капитала предприятий, а преимущественно следствием происходящей реструктуризации
производства. Большинство предприятий обрабатывающей
промышленности сегодня не имеют достаточных внутренних инвестиционных ресурсов для расширения и технического перевооружения производства. Существуют серьезные проблемы с привлечением кредитных ресурсов и ресурсов фондового рынка.
В такой ситуации одним из наиболее возможных и результативных способов расширения производства становится его централизация. Реструктуризация корпораций путем централизации означает расширение сферы интеграционных процессов. Интеграция приводит к трансформации организационно-экономической структуры промышленного производства.
Реструктуризация позволяет консолидировать инвестиционные ресурсы. Расширяются возможности более рационального использования и маневра материальными, финансовыми и трудовыми ресурсами. Уменьшается зависимость корпораций от внешних факторов. Возрастает их хозяйственная устойчивость. Реструктуризация производства создает благоприятные организационные условия для быстрого освоения современных технологий, маневренного переключения на новую номенклатуру, перехода в новые сферы деятельности. Тем самым достигается необходимый уровень конкурентоспособности и эффективности производства.
Меняется методика подхода к оценке экономической эффективности производства. Проблема нахождения и соблюдения определенного баланса между положительными и негативными сторонами структурных преобразований промышленности, вызванными процессами концентрации производства, становится важной теоретической и практической задачей.
В-пятых, концентрация в промышленности осуществляется в различных технологических и организационных формах (специализация, диверсификация, комбинирование, горизонтальная и вертикальная интеграция). Используются разные типы корпоративных структур (концерны, холдинги, финансово-промышленные группы, конгломераты). Выбор этих вариантов зависит от множества факторов.
Новые формы концентрации промышленности, связанные с ее централизацией, меняют модели и стратегию корпоративного управления. Основным механизмом концентрации производства становится централизация капитала, прежде всего, в форме слияний и поглощений.
Факторы и принципы концентрации в разных отраслях российского промышленного производства существенно различаются.
В-шестых, тенденции и последствия обозначенных выше процессов требуют углубленного исследования отечественной экономической наукой. Необходим поиск новых путей и механизмов концентрации и реструктуризации производства, разработка методологии выбора наиболее эффективных вариантов в зависимости от специфики каждой отрасли промышленного производства. Научные разработки и рекомендации по проблемам концентрации промышленного производства особенно актуальны сейчас, поскольку в последний период происходят изменения общих принципов управления промышленностью.
Значимость процессов концентрации в промышленности для национального хозяйства предопределили пристальное внимание к исследованию этой проблемы со стороны отечественных экономистов.
Общие теоретические проблемы концентрации производства и реструктуризации на этой основе промышленных корпораций рассматриваются в научных трудах ряда известных российских и зарубежных ученых. Из российских ученых следует выделить таких экономистов, как Воротилов В.И., Захаров В.Г., Егоров Е. Н., Кваша Я. Б., Колегаев Р.Н., Новожилов В.В., Палтерович Д.М. , Петухов P.M., Селиванов А.И., внесших значительный вклад в изучение проблем концентрации и реструктуризации корпоративной структуры промышленных предприятий как способа обеспечения их конкурентоспособности.
Теоретические основы развития корпораций представлены в трудах ряда известных современных зарубежных экономистов - Ансоффа И., Бруна М, Коно Т., Котлера Ф., Портера М., Постона Т., Стюарта И., Тарсена В., Хайека А. Эти процессы рассматриваются ими как неотъемлемая часть конкурентных рыночных отношений. Однако, зарубежные авторы исследовали проблему концентрации промышленности в условиях развитого рынка инвестиций и современных технологий, не учитывая реалии экономики переходного периода. К сожалению, их теоретические выводы и практические рекомендации далеко не всегда можно взять на вооружение в условиях современной российской действительности.
Увеличивается количество публикаций, посвященных общим вопросам корпоративной структуры промышленного комплекса России. Значительный вклад в развитие теории по отдельным направлениям этой проблемы, внесли Бандурин В. В., Бартенев С.А., Борисов Б.В., Власьевич Ю.Е., Есиповский И.Э., Зубов Д.Л., Королев В.Д., Сало В.В., Фарамазян Р.А., Цема В.И., и другие. В работах этих авторов исследуются различные аспекты организационно-экономических отношений в промышленности России, содержится анализ предпосылок изменений в корпоративной структуре промышленности, дается оценка эффективности различных направлений концентрации производства.
Однако до настоящего времени отсутствует детальный анализ влияния проходящих процессов концентрации в корпоративной структуре промышленности на эффективность всей экономической сферы. В целом вопросам реструктуризации промышленных корпораций в российской экономической литературе уделяется недостаточное внимание. Эта проблема рассматривается, как правило, в ряду общих вопросов корпоративного строительства в народном хозяйстве страны. Отечественные авторы представлены в данной проблематике лишь единичными работами.
Недостаточно раскрыты такие важные с методологической и практической точки зрения вопросы, как специфика корпоративных отношений в условиях горизонтальной и вертикальной интеграции в промышленности, отношений между корпорациями разных форм собственности, включая и собственность региональных органов власти.
Нет обстоятельных комплексных исследований в области анализа новых форм концентрации и централизации производства, его комбинирования, специализации и унификации, которые существенно влияют на корпоративные отношения предприятий промышленности и в целом на экономические характеристики производства. Почти не рассматриваются такие важнейшие вопросы, как влияние концентрации на эффективность производства, его технологический уровень, соответствие требованиям современного прогресса в области производства современных и перспективных видов продукции. Нуждается в существенной активизации анализ путей достижения оптимальной для современного производства степени концентрации в промышленности.
Главным направлением процессов концентрации производства и капитала в промышленности России в современных условиях является создание крупных интегрированных холдинговых структур вертикального и горизонтального типа путем слияний и поглощений. Наибольшую эффективность в большинстве отраслей промышленности имеют корпорации холдингового типа с вертикальной производственной интеграцией.
Наиболее концентрированные корпорации нередко представляют собой многоотраслевые конгломераты, предприятия которых технологически никак не связаны между собой. Корпоративные структуры, имеющие конгломератный характер, в более отдаленной перспективе утратят положительный потенциал своей эффективности и конкурентоспособности. Производство постепенно будет эволюционировать в сторону более узкой специализации и, как следствие, к деконцентрации.
Промышленность России характеризуется сегодня значительным участием государства. Основной организационной формой высококонцентрированных корпораций с доминирующей долей государственной собственности преимущественно являются концерны. Создание таких концернов фактически носит характер национализации стратегически важных отраслей промышленности. В условиях современной России крупные государственные корпорации экономически оправданное долгосрочное явление.
Исследование основано на использовании закономерностей и категориальном аппарате экономической науки. В нем использованы положения ведущих теоретических школ. В работе применен многообразный научный инструментарий, отражающий традиционные черты методологии экономической науки. Основной упор автор сделал на использование метода моделирования.
В монографии направления концентрации в промышленном комплексе рассматриваются с позиций эффективности производства, его конкурентоспособности и устойчивости функционирования.
Объективность анализа во многом зависит от фактологической базы. Поэтому особое внимание уделялось поиску и систематизации наиболее значимых фактов, раскрывающих роль корпоративных механизмов концентрации производства.
В качестве информационной основы было привлечено множество источников в виде монографической литературы, периодических экономических изданий, статистических сборников, документов различных государственных органов.
Основу исследования составили законы и другие нормативные акты Российской Федерации, отражающие и регламентирующие те или иные аспекты концентрации и централизации в различных отраслях промышленного производства.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
СУЩНОСТЬ И ПОСЛЕДСТВИЯ КОНЦЕНТРАЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА
Глава 1. Методология анализа процессов
концентрации производства в промышленности
1.1.Экономическая сущность концентрации производства
Концентрация производства - объективный экономический процесс расширения его размера в рамках предприятия, корпорации, отрасли или региона. Концентрация присуща всем отраслям и сферам национального хозяйства.
Значительный теоретический интерес представляет определение экономической сущности концентрации производства. Понятие концентрации имеет узкое и широкое значение. В узком смысле понятие концентрации применимо к отдельному предприятию, как монопрофильному, так и многопрофильному по номенклатуре производимой продукции. В широком смысле понятие концентрации целесообразно использовать преимущественно по отношению к различным типам корпораций. При различных вариантах концентрации должны использоваться разные показатели ее уровня и разные критерии оценки эффективности концентрации. Концентрация производства проявляется в определенных размерных характеристиках и оценивается их динамикой. Размерность производства может измеряться следующими основными показателями:
• уровень капитализации;
• рыночная оценка стоимости основных производственных фондов;
• численность персонала;
• объем производимой продукции в стоимостном или натуральном выражении;
• удельный вес предприятия на рынке данной продукции;
• удельный вес предприятия на региональном, национальном или мировом рынке;
• доля крупных предприятий в общем количестве предприятий в стране.
Последний показатель характеризует уровень концентрации в масштабе всего национального производства.
По мере развития экономики меняется значимость существующих, появляются новые показатели размерных характеристик производства. Так, на протяжении длительного исторического периода, включая эпоху индустриализации, существенным показателем концентрации производства была концентрация рабочей силы на предприятии. В постиндустриальной экономике в связи со значительным ростом производительности живого и овеществленного труда концентрация рабочей силы перестала быть значимым фактором общей концентрации производства.
Уровень оптимальной концентрации рабочей силы значительно понизился. Известные специалисты в области корпоративного управления Т. Питере и Р. Уотермен исследовали это явление на примере лучших компаний США. По опыту фирмы «Моторола», снижение эффективности производства начинается при достижении численности персонала в 1500 человек. Компания «Дана» - один из лидеров производительности труда США стремится удерживать свои предприятия на уровне не более 500 занятых, «Дженерал моторе» - не более одной тысячи .'
Снизилась экономическая роль показателя единичной мощности оборудования. Сегодня значение этого показателя сместилось в большей степени в направлении экологической и техногенной безопасности.
В то же время в современных условиях появились новые, не используемые в прошлом показатели. Среди них особое место занял показатель капитализации предприятия или корпорации. Капитализация представляет собой текущую оценку фондовым рынком всей суммы акций компании. Показатель уровня капитализации отражает, как фондонасыщенность производства, так и всю совокупность нематериальных активов, в том числе и не амортизируемых, таких, например, как гудвил (деловая репутация). Этим он кардинально отличается от показателя рыночной стоимости основных производственных фондов. На многих современных высокотехнологичных предприятиях, в особенности ориентированных на экспорт своей продукции, стоимость нематериальных активов значительно, иногда в несколько раз, превышает стоимость основных производственных фондов.
Показатель уровня капитализации связан с развитыми рыночными отношениями. В этом отношении он является достаточно новым для отечественной науки и практики.
В целом основными показателями концентрация производства на уровне предприятия и корпорации сегодня, главным образом, выступают показатели капитализации и объема производимой продукции.
Закономерная тенденция концентрации производства вытекает из экономических преимуществ. Положительный экономический эффект концентрации производства проявляется, во-первых, в снижении издержек на единицу выпускаемой продукции; во-вторых, в повышении экономической устойчивости за счет высокой величины капитализации.
Крупное производство использует масштаб серийности и дает более дешевую и более качественную продукцию. Экономия, обусловленная масштабами, достигается тогда, когда средняя величина издержек на единицу продукции уменьшается по мере увеличения объема производства-
Экономический смысл концентрации производства состоит в достижении размерности предприятия, при которой минимизируются издержки в расчете на единицу выпускаемой продукции. Увеличение объема производства позволяет более эффективно использовать имеющиеся в наличии ресурсы. Чем выше уровень концентрации (до определенного предела), тем выше эффективность деятельности предприятия.
На протяжении длительного этапа в индустриальный период развития в большинстве стран и отраслей промышленности действовала почти универсальная количественная зависимость между размером производства (серийностью) и издержками на единицу продукции. Каждое удвоение серии приводило к двадцати процентному снижению единицы продукции. Понятно, что с определенного этапа эта зависимость начинала уменьшаться, на определенном уровне серийности останавливалась, а затем начинала увеличиваться.
Однако существует экономически целесообразный предел увеличения уровня концентрации производства. При превышении определенного порогового значения концентрации издержки на производство единицы продукции начинают увеличиваться, что ведет к уменьшению общей рентабельности производства. Увеличение издержек единицы продукции связано с возрастанием затрат на управление и погрешностей управления чрезмерно крупным предприятием, а также с проблемами логистики.
Концентрацию производства ограничивают растущие по мере увеличения объемов производства затраты на транспортировку топливно-энергетических ресурсов, сырья и комплектующих, а также на транспортировку потребителям готовой продукции, в особенности, если эти издержки берет на себя производитель. Рынки поставок и рынки сбыта могут существенно отдаляться в связи с ростом объемов потребления материальных ресурсов и ростом объемов производства готовой продукции. Увеличиваются транспортные плечи.
Экономический эффект минимизации производственных издержек при концентрации производства может оказаться меньшим по сравнению с ростом транспортных издержек. Увеличение транспортной составляющей и общего уровня транспортных расходов в издержках производства единицы продукции на чрезмерно крупном предприятии связано не только с ростом радиуса перевозок, но и с возможной не оптимальной загрузкой транспорта.
Предприятие, производящее объем продукции, при котором достигается минимальная величина издержек на единицу продукции можно назвать экономически оптимальным по уровню концентрации.
Размерность оптимального предприятия - величина переменная. Она имеет меняющийся вектор и различную по времени динамику. Основным фактором, влияющим на размер оптимального предприятия, является научно-технический прогресс. Влияние этого фактора на концентрацию производства будет рассмотрено ниже.
Экономическая, привлекательность крупных предприятий связана не только с большими объемами производства, позволяющими получить эффект масштаба. Крупное производство имеет и большую экономическую устойчивость за счет финансовых и технологических возможностей, а также в связи с наличием у крупных предприятий широкой сети филиалов, в том числе и международных. В этом состоит экономический эффект крупного производства по сравнению с малым и средним производством.
Экономическая эффективность предприятий с высоким уровнем концентрации производства дает им значительные рыночные преимущества. Крупным производителям легче осваивать мировые рынки, а также наиболее высокодоходные сектора национальных рынков.
Так, характерной чертой организации обеспечения общественных потребностей по сложным и дорогостоящим видам промышленной продукции в ведущих государствах запада становится использование исключительно крупных производителей. В этом отношении показательна ситуация в промышленности практически всех развитых государств. Правительственные органы их предпочитают иметь дело с крупными фирмами, способными решать задачи любой технической и организационной сложности. Именно таким фирмам оказывается и основная часть государственной поддержки.
Правительство США, например, в государственных закупках ориентируется на заключение контрактов преимущественно с крупными, почти монопольными в соответствующей области промышленными корпорациями. В США существует 500 мощных фирм, у которых 80-90 % объема производства - государственный заказ. В ближайшие годы в США сохранятся, например, только по одному два основных производителя самолетов, ракетной техники, спутниковых систем. Аналогичная ситуация наблюдается и в странах Западной Европы. Доля централизованного снабжения в государственных поставках западных стран по некоторым видам продукции доходит до 90 %. Меняется лишь сам механизм закупок. Крупные промышленные компании позволяют решить такую важную задачу как унификация техники.
В последнее время в России размещение госзаказа также осуществляется в основном на крупных специализированных предприятиях. Крупнейшие промышленные фирмы, выступающие головными подрядчиками, преимущественно получают и доступ к государственным ресурсам.
Крупные предприятия имеют и экспортные преимущества. Это, в частности, подтверждается имеющейся статистикой о зависимости между размерами производства предприятий России и темпами роста экспорта ими продукции. Так, в 1993-2000 годах средний темп роста экспорта у предприятий с занятостью от 1000 до 5000 человек составлял 4 %, у предприятий с занятостью от 5000 до 10000 человек - 14 %, у предприятий с занятостью свыше 10000 человек - 23 %. Характерно, что у предприятий с занятостью менее 1000 человек экспорт или не увеличивался, или вообще отсутствовал.
При привлечении крупных производителей для государственных закупок необходимо учитывать и недостатки высоко концентрированного производства, снижающие степень его экономической привлекательности и надежности как рыночного партнера для потенциальных поставщиков.
Высоко концентрированное производство характеризуется рядом существенных недостатков.
Во-первых, процесс концентрации приводит к производству однотипных изделий на ограниченном количестве предприятий. Сокращение количества предприятий, производящих однотипную продукцию, в свою очередь приводит к образованию предприятий-монополистов, диктующих рынку свои условия. Это вызывает необходимость контроля со стороны государства за качеством и ценами на выпускаемую предприятием-монополистом продукцию.
Во-вторых, крупное производство, как правило, связано с достаточно жестким, трудно переналаживаемым технологическим процессом и поэтому эффективно лишь в случаях выпуска более или менее однотипной и достаточно консервативной продукции, длительное время не меняющей своих потребительских и качественных параметров. При переналадке на новую продукцию в условиях быстрого технического прогресса и динамичных изменений рыночного спроса, крупное производство характеризуется снижением рентабельности.
В-третьих, крупное производство зачастую трудно поддается реструктуризации, когда возникает необходимость выделения в самостоятельный бизнес его отдельных технологических звеньев. В условиях России это противоречие особенно сильно проявилось в период ваучерной приватизации государственной собственности. Происходившее при этом процессе раздробление крупного производства приводило к появлению множества самостоятельных, но слабых в организационном и экономическом отношении предприятий. Увеличение числа самостоятельных узкоспециализированных предприятий усложнило межпроизводственную кооперацию, породило тенденцию к возникновению монополии малого производителя-поставщика уникальной продукции.
Слабая маневренность крупного производства генерирует при определенных условиях глубокие воспроизводственные диспропорции. Подобная ситуация как итог приватизационных процессов сложилась к настоящему моменту во многих отраслях российской промышленности.
Крупные корпорации имеют еще одну специфическую негативную особенность. Сохраняя гигантский оборот, они постепенно утрачивают способность добиваться соразмерной прибыли и начинают приносить убытки. В основном, причиной этого является распыление активности по слишком широкому кругу направлений, усложнение организационной структуры компаний, омертвление значительной части капитала в утративших перспективу производствах. Как правило, подобные процессы характерны для крупных широко диверсифицированных корпораций.
Таким образом, высокий уровень концентрации не является абсолютной гарантией экономической устойчивости корпорации. Например, решение о своем банкротстве приняла в 2002 году вторая по величине мировая алюминиевая корпорация «Kaiser Aluminum» (США), имеющая капитализацию в 3,3 млрд. долларов.
Концентрация производства осуществляется в двух формах. Первая - увеличение размера предприятия путем инвестирования Вторая форма концентрации производства - централизация.
Увеличение размера предприятия путем инвестирования осуществляется за счет капитализации части его прибыли, а также за счет заемных средств и эмиссии акции. Инвестиционная форма концентрации производства реализуется двумя путями - повышением технологических параметров оборудования и путем роста количества используемого оборудования с прежней производительностью.
Производственная концентрация предприятий в высоко развитой экономике, как правило, достигается применением оборудования с более высокими техническими параметрами. Происходит увеличение единичной мощности, а, следовательно, и производительности оборудования. Концентрация производства путем увеличения единичной мощности оборудования выступает результатом научно-технического прогресса и свидетельствует об интенсификации производственного процесса. При интенсивном варианте капитализации снижение издержек единицы выпускаемой продукции происходит за счет технологического фактора.
При концентрации производства путем увеличения количества используемого оборудования прежнего уровня производительности происходит пропорциональное увеличение численности персонала. Этот путь концентрации производства носит экстенсивный характер.
Механизм увеличения размеров действующего предприятия путем капитализации может быть связан с новым капитальным строительством, реконструкцией или модернизацией производства. Он может быть связан и с комбинацией этих направлений. Эффективность инвестиций при реконструкции и модернизации выше, чем при новом строительстве, так как они при этом идут преимущественно в активную часть производственных фондов. Но достижение большей эффективности инвестиций при реконструкции и модернизации по сравнению с новым капитальным строительством достигается лишь при условии сохранения достаточных заделов прогрессивности имеющегося оборудования.
В отечественной экономике в дореформенный период преобладала концентрация единичного предприятия. Концентрация единичного предприятия стимулировала развитие отраслевой структуры производства. Главная отличительная черта отраслевой структуры производства -монотехническая специализация. Ее последствиями было организационное выделение большого Количества самостоятельных отраслей, включающих в себя совокупность однотипных предприятий; технологическая специализация, основанная на использовании от одной до трех критически высоких технологий в отрасли; отсутствие диверсификации производства; очень высокий уровень межотраслевого продуктового обмена.
Централизация производства, как форма его концентрации представляет организационно-экономическое объединение ранее самостоятельных предприятий в единую корпорацию. Корпоративные структуры обладают многими существенными экономическими преимуществами.
Во-первых, упрощается налаживание кооперационных связей с поставщиками и потребителями в условиях растущего разделения и специализации труда. Многие внешние связи объединившихся предприятий, превращаются во внутри корпоративные связи. Происходит экономия транзакционных издержек.
Во-вторых, обеспечивается значительная экономия на создании единой управляющей организации и единой производственной инфраструктуры. Этот эффект особенно характерен для территориальных корпоративных объединений.
В-третьих, корпорация расширяет возможности использования входящими в нее предприятиями результатов научно-технического прогресса. Достигается органическая взаимосвязь производства с наукой. Это достигается маневрированием централизованными в головной компании инвестиционными ресурсами; большей, чем у отдельных предприятий, кредитной привлекательностью; включением в состав корпорации исследовательских, проектных, конструкторских и научно-вспомогательных подразделений.
Централизация промышленного производства осуществляется через различные формы интеграции. В мировой практике сложились разнообразные типы интеграции фирм, различающиеся в зависимости от технологических и экономических факторов.
С технологической точки зрения, интеграционный путь концентрации может осуществляться в направлении производства однородной продукции и в направлении комбинирования производства.
Интеграция предприятий, выпускающих однородную продукцию, может быть основана на разделении и кооперации труда. С этой точки зрения, существует два варианта интеграции. Первый вариант объединение головного предприятия с предприятиями, выпускающими комплектующие. Этот вариант интеграции особенно распространен в машиностроении. Второй вариант - объединение головного предприятия, производящего как готовую продукцию, так и комплектующие для предприятий-филиалов. На основе поставок этих комплектующих предприятия-филиалы выпускают аналогичную готовую продукцию. Такой вариант интеграции в большей мере характерен для легкой промышленности.
Разновидностью интеграции производства однородной продукции является объединение в корпорацию предприятий, производящих схожую продукцию в пределах единой административной или экономической зоны. В данном случае эффект достигается за счет объединения производственной инфраструктуры и за счет использования административного ресурса местных органов власти.
Комбинирование способствует повышению эффективности производства путем сокращения потерь сырья и ускорения времени его переработки. В комбинированном производстве существуют два варианта: объединения на одном предприятии производства продукции разных отраслей на основе комплексной переработке сырья и объединение разных технологических стадий последовательной переработки сырья. Россия унаследовала от СССР высокий уровень комбинирования промышленного производства. На основе комбинирования выпускается примерно половина всей промышленной продукции.
Минимизация издержек единицы продукции в качестве основного показателя эффективности концентрации используется на предприятиях и корпорациях с монопродуктовым производством. Экономические границы концентрации однородной продукции определяются размерами оптимального предприятия. На предприятиях с комбинированным производством, а также в вертикально интегрированных корпорациях и диверсифицированных горизонтально интегрированных корпорациях показатель минимизации издержек единицы продукции лишь частично отражает эффективность концентрации.
Полная и объективная оценка ее в этих типах предприятий и корпораций должна учитывать удельный вес всего номенклатурного ассортимента производимой продукции. Однако эти веса могут существенно различаться. Показатель минимизации издержек единицы продукции следует дополнить каким-то обобщающим показателем. Интегрирующую роль может выполнить показатель рентабельности, исчисленный как ее возможный максимум при различных комбинациях соотношения объемов производства выпускаемой товарной номенклатуры. Использование этого показателя позволяет осуществлять динамическое взвешивание рентабельности по удельным весам ассортимента производимой продукции.
Экономические факторы интеграции представляют собой цели сотрудничества, характер хозяйственных отношений между участниками хозяйственный объединений, степень самостоятельности входящих в объединение предприятий.
В экономической теории различают следующие виды производственной интеграции предприятий: вертикальная, горизонтальная, диагональная и комбинированная производственные интеграции.
Под горизонтальной производственной интеграцией принято понимать интеграцию вдоль параллельных продуктов производственного цикла. Она позволяет извлекать дополнительную прибыль за счет минимизации упущенной выгоды. Горизонтальную интеграцию выгодно проводить при существенных колебаниях рыночной конъюнктуры. В этом случае горизонтально-интегрированная компания всегда может легко переключиться на производство пользующейся спросом продукции.
Диагональная интеграция - это интеграция с фирмой, находящейся на другом уровне вертикального производственного цикла и выпускающей параллельные виды продукции. Примером диагональной производственной интеграции может служить приобретение автомобилестроительной фирмой завода по производству двигателей для мотоциклов и моторных лодок. При помощи диагональной интеграции можно диверсифицировать риск и опосредованно воздействовать на партнеров. Она может быть использована при вхождении в новый рынок, соответствующий производству продукции по параллельным технологическим цепочкам.
Комбинированная интеграция - одновременная интеграция вдоль вертикального производственного цикла и по параллельным видам продукции. Она позволяет закрепить наиболее важных партнеров вдоль вертикального производственного цикла, а также проводить гибкую ассортиментную политику в соответствии с изменениями и колебаниями спроса. Таким образом, комбинированная производственная интеграция достигает некоторого компромисса между требованиями минимизации упущенной выгоды и минимизации издержек, в первую очередь транзакционных.
Под вертикальной производственной интеграцией принято понимать интеграцию предприятий вдоль последовательных продуктов производственного цикла. Интеграция предприятий вдоль технологических цепочек дает множество преимуществ вертикально интегрированным структурам. Эти преимущества мы рассмотрим ниже.
В настоящее время движение более половины мирового валового продукта по цепочке добавленной стоимости и его реализация происходят не в структуре рыночных, а в структуре интеграционных связей.
В целом по стране создана 51 интегрированная структура.
Процесс концентрации производства является, таким образом, предпосылкой его институциональных структурных преобразований. Эти институциональные преобразования производства связаны с его специализацией, комбинированием и диверсификацией, то есть с различными формами вертикальной и горизонтальной интеграции.
Обе формы концентрации производства - и капитализация, и централизация - в каждый момент развития имеют определенные границы.
Концентрация единичного предприятия связана с развитием отраслевой структуры производства. Концентрация путем централизации, наоборот, разрушает отраслевую структуру производства.
Соотношение крупного, среднего и мелкого производства характеризуется достаточно устойчивыми тенденциями. Крупные корпоративные структуры не устраняют из экономической сферы среднее и мелкое производство. Оно одновременно и конкурирует, и сотрудничает с ними. Каждый размерный уровень производства имеет свои преимущества и свои ниши.
В последние годы изменения экономической ситуации в России характеризуются, в частности, тем, что наиболее динамичные средние по размерности компании стали опережать в деловой активности некоторые крупные компании. Это давление еще не превратилось в общую тенденцию. Но на эту особенность указывают аналитические центры крупнейших корпораций, утверждая, что ведущие средние компании в России уже становятся часто эффективнее крупных компаний.
Крупные корпоративные структуры не в состоянии полностью вытеснить с рынка небольшие предприятия, которые обычно не располагают высокопроизводительным оборудованием, испытывают трудности с финансированием, не обладают (особенно на первых стадиях существования) особо привлекательной продукцией и непрерывно опасаются вытеснения с рынка более эффективными конкурентами.
Иными словами малые предприятия вынуждены сразу же, с момента своего рождения, включаться в конкурентную борьбу, победить в которой практически не имеют, на первый взгляд, никаких шансов. Тем не менее, как свидетельствует статистика, малый бизнес в количественном отношении представляет сейчас самый крупный сектор любой индустриально развитой экономики.
Причем, его роль велика не только количественно, но и функционально, так как именно малые предприятия образуют тот фундамент, который во многом определяет архитектуру всего хозяйственного здания. Например, лишь малые предприятия готовы использовать каждую возможность для создания прибыли, остальные предприятия в этом смысле весьма разборчивы.
Без малых и средних предприятий формируется так называемая "лоскутная экономика". Суть ее в том, что некоторые потребности рынка удовлетворяются полностью, а остальные, где не имеет смысла разворачивать масштабное производство, полностью игнорируются крупным бизнесом. Это игнорирование может происходить из-за низкой прибыльности, высокой рискованности венчурных вложений в узко специализированное производство, при отсутствии твердой уверенности в наличии долговременного спроса, или по каким-либо иным причинам.
Малое предпринимательство является важным фактором повышения гибкости всей социально-экономической системы. По уровню его развития западные специалисты судят о способности страны адаптироваться к быстро меняющейся экономической обстановке. В частности, большая значимость малых форм бизнеса в японской экономике является одной из главных причин того, что японская промышленность в целом является чрезвычайно гибкой, умеющей быстро и успешно реагировать на крупные возмущения, происходящие в мировой экономике.
У малых предприятий обычно существуют две основные стратегии противостояния конкурентам-гигантам.
Первая связана с выбором такой сферы деятельности, где минимальный эффективный размер предприятия весьма невелик. Как правило, это такие предприятия, где качество товаров и услуг, издержки и цены зависят главным образом не от фондооснащенности и численности персонала, а от его квалификации. Поэтому вполне конкурентоспособными здесь могут оказаться и семейные предприятия, и программист-одиночка, и токарь-универсал.
До тех пор, пока малое предприятие занимается своим небольшим делом, оно обладает рядом существенных преимуществ по сравнению с другими структурами. Так, например, в Великобритании главным достоинством ведения собственного малого бизнеса подавляющее большинство его владельцев (87 %) считают возможность быть независимыми и получать удовольствие от самого процесса работы, а вовсе не возможность обогащения. Там, где прибыль невелика, подобная мотивация является, безусловно, крупным стратегическим преимуществом.
Кроме того, у малых предприятий низкие производственные издержки. Учитывая незначительные размеры, крайне невелики их бухгалтерские, складские и рекламные расходы. Низки и затраты на содержание управленческого аппарата и проведение НИОКР. Все это способствует снижению себестоимости выпускаемой продукции (или оказываемых услуг) и проведению успешной конкурентной ценовой политики.
Вторая разновидность конкурентной стратегии малых предприятий заключается в образовании симбиоза с крупными корпорациями. Однако в этом случае возникает опасность превращения малой структуры в придаток крупной. Поэтому многие малые предприятия принимают своеобразные меры предосторожности. К числу таких мер можно отнести тактику ограничения доли оборота, приходящейся на одного крупного клиента. Суть подобной тактики состоит в стремлении поставлять товар нескольким крупным структурам с тем расчетом, чтобы доля каждой из них в общих продажах фирмы не превышала определенных объемов (обычно не более 20% оборота). Успешно применяя такую тактику, малое предприятие всегда сможет противостоять произволу одного крупного заказчика, опираясь на заказы остальных.
Необходимо отметить, что полное подчинение мелкого поставщика не соответствует и стратегическим интересам самой корпорации, так как получаемые от малого предприятия, комплектующие затем становятся путем добавления стоимости составной частью продукции самого концерна. Весьма важно и мнение потребителей о качестве отдельных деталей конечного изделия, что зависит от поставок комплектующих с малых предприятий. Крупная структура, ущемляющая интересы малого поставщика, рискует оттолкнуть или разорить его, за что крупной корпорации придется расплачиваться снижением конкурентоспособности собственной продукции.
Сознавая это, многие ведущие корпорации придерживаются принципа одного мелкого специализированного поставщика (single sourcing), которого они тщательно отбирают в зависимости от качества и цены продукции. Причем, однажды вступив в деловое сотрудничество, корпорации обычно проявляют себя как стабильные партнеры, особенно если малому предприятию удается соответствовать его запросам. В этом случае, хотя перед малым предприятием и открываются возможности специализации, перспективы роста и общей экономической устойчивости, но одновременно этому сопутствует риск утраты им независимости. Проведение именно такой политики является наиболее перспективным шагом в кризисных экономических условиях, характеризуемых, в первую очередь, резким свертыванием платежеспособного спроса.
Сужение номенклатуры изделий, выпускаемых малым предприятием, по Фризевинкелю, ведет к его переходу из типа "серых мышей" (предприятий с низким уровнем специализации) в тип "хитрых лис" (то есть в класс предприятий, успешно воплощающих нишевую рыночную политику и лидирующих там по выпуску 3-4 изделий).
В итоге малое специализированное предприятие значительно устойчивее и жизнеспособнее равного или даже большего по размерам предприятия.
Распространенные представления, что небольшие предприятия всегда быстрее адаптируются к рынку, тем не менее, не верны. Почти все малые предприятия глубоко специализированы и не в состоянии выпускать сами, без кооперационных связей конечную продукцию. В короткие сроки самостоятельно уйти от монотехнологического производства для мелких производителей практически невозможно. Поэтому большинство небольших и средних промышленных предприятий при переходе своих крупных потребителей на производство новых видов продукции часто оказываются на грани банкротства. Нередко это заканчивается их поглощением крупными промышленными предприятиями.
В ряде случаев может возникать заинтересованность крупного предприятия в ликвидации монопольного положения малых производителей. Это происходит при возможности существенного снижения материальных издержек крупного предприятия при поглощении им мелкого поставщика. Поглощение небольших и средних промышленных предприятий крупными предприятиями лишает мелких производителей, работающих на основе субподряда на большое предприятие и поставляющих ему необходимые детали, полуфабрикаты и т.д., монопольного положения, а, следовательно, возможности необоснованного завышения цен.
Завышение цен обычно становится возможным для малых предприятий-поставщиков на рыночном сегменте узкоспециализированной продукции, общий спрос на которую сравнительно невелик, то есть для предприятий, имеющих выраженную нишевую стратегию. Именно это обстоятельство и защищает малое предприятие до определенного момента от конкуренции с крупными структурами, которым невыгодно заниматься мало масштабным производством продукции ограниченного спроса. Вследствие этого его рыночная ниша эффективно защищена от конкурентов.
В произошедших в промышленности России институциональных изменениях заметным явлением стало отпочкование от крупных предприятий малых предприятий, сохраняющих с ними кооперационную технологическую связь. В среднем, от каждого крупного промышленного предприятия в России отпочковалось 5 таких малых предприятий.
Процесс ротации производственных структур достаточно консервативен и не связан с высокой скоростью вертикального перемещения предприятий с резко различающимся уровнем концентрации. Так как крупное производство не может превратиться в мелкое, это заканчивается обычно либо уходом от производства определенной товарной номенклатуры, либо сменой собственника, либо, вообще, ликвидацией предприятия.
К тому же молодые компании не замещают старые, а становятся рядом с ними. В свою очередь, производственный потенциал предприятий, теряющих свою жизнеспособность, не утрачивается, а как бы встраивается в систему более мощных корпораций, сохраняя при этом собственную базовую номенклатуру, торговые марки и даже организационную структуру. В этом случае процесс обновления происходит по эволюционной траектории развития, то есть без резких кризисов и структурных потрясений.
Россия унаследовала от СССР высокий уровень концентрации промышленного производства. Промышленность Советского Союза характеризовалась очень высоким уровнем производственной концентрации. По уровню концентрации промышленного производства СССР занимал первое место в мире. Так, удельный вес предприятий промышленности с численностью занятых свыше одной тысячи человек составлял в СССР 61 % от всех предприятий страны. В США этот показатель равен 30 %. Аналогичными величинами характеризовались и другие показатели концентрации советской промышленности. Например, на долю предприятий с численностью занятых свыше одной тысячи человек приходилось 68 % всех основных производственных фондов промышленности.

1.2. Предпосылки и факторы концентрации производства
Концентрация современного промышленного производства России находится под воздействием ряда факторов, определяющих основные тенденции этого процесса. Наиболее существенными факторами являются:
• научно-технический прогресс;
• повышение единичной мощности оборудования;
• техногенные угрозы, а также угрозы экономической и стратегической безопасности страны;
• повышение издержек первичного вхождения в бизнес большинства отраслей промышленности;
• усиление процессов централизации производства;
• активизация специализации производства;
• регионализация производства;
• изменение характера рыночного спроса;
• социальные ограничения концентрации производства;
• межгосударственная производственная кооперация.
Первостепенное влияние на величину оптимального предприятия оказывает научно-технический прогресс. На каждом этапе научно-технического прогресса в отраслях производства существует определенная граница экономически оптимального уровня концентрации. С учетом влияния этого фактора на концентрацию производства данное выше определение оптимального предприятия должно быть трансформировано в более полную редакцию: «экономически оптимальным по уровню концентрации предприятием является предприятие, производящее объем продукции, при котором на данном уровне технического прогресса достигается минимальная величина издержек на единицу продукции».
На протяжении длительного исторического периода основным фактором концентрации производства в промышленности было повышение единичной мощности оборудования. Повышение единичной мощности оборудования - результат научно-технического прогресса.
Масштабы и результативность повышения единичной мощности оборудования наиболее наглядно иллюстрируется на примере таких отраслей, как металлургия, электроэнергетика, топливная промышленность. Так, к 2020 году отечественные энергетики намечают создание энергоблока единичной мощностью 6-12 млн. квт. Этот магнитогидродинамический генератор, непосредственно преобразующий тепловую энергию в электрическую, предположительно предназначается для работы на дешевых Канско-Ачинских углях. Аналогичные генераторы могут быть использованы в перспективе и на некоторых сибирских тепловых электростанциях.
В концентрации единичных мощностей оборудования, предприятий есть определенные ограничения, связанные с соображениями безопасности. Негативным следствием повышения единичной мощности оборудования являются техногенные, экологические угрозы, а также угрозы экономической и стратегической безопасности страны. Они органически вытекают из повышения и общего уровня концентрации мощностей предприятий.
Так, специалисты-энергетики всех технически развитых стран исходят из того, проблемой номер один энергетики в условиях укрупнения энергосистем и возрастания единичной мощности энергетического оборудования является увеличение надежности и безопасности их работы. В США, например, создан Национальный Совет по надежности энергосистем, который уделяет этим проблемам больше внимания, чем любым другим проблемам энергетики.
Повышение издержек первичного вхождения в промышленный бизнес связано с растущим уровнем фондовооруженности оптимального производства под воздействием научно-технического прогресса в большинстве отраслей промышленности. Последствия повышения издержек первичного вхождения в промышленный бизнес проявляются в ряде тенденций.
Происходит вымывание малых и средних независимых компаний с рынков соответствующей продукции. Растет первоначальный уровень концентрации производства. Усиливается его монополизация. Для организации нового производства возникает необходимость предварительной концентрации значительных финансовых ресурсов. Поэтому новые предприятия создаются преимущественно в акционерной форме собственности.
Основным механизмом концентрации российской промышленности в настоящий период развития является централизация производства. Усиление действия этого фактора связано с рядом причин. Во-первых, Инвестиционная форма концентрации производства путем капитализации части прибыли, заемных средств и эмиссии акций для большинства предприятий ограничена. В то же время процесс централизации активизируется тем, что инвестиционные ресурсы в наибольшей степени доступны именно крупным корпорациям. Им проще получать банковские кредиты и инвестиции на фондовом рынке. Их ценные бумаги обладают достаточной ликвидностью. Отсюда стремление мелких и средних компаний объединиться или войти в состав крупных корпораций. Этими же причинами объясняется переход слившихся компаний, даже крупных, на «единую акцию».
Во-вторых, в централизации производства появилась новая общемировая тенденция — объединение крупнейших, иногда супергигантских, уже вполне состоявшихся и устойчивых корпораций. В 1970-е годы волна слияний охватила небольшие и средние компании и была вызвана приспособлением к условиям научно-технической революции. С конца 1990-х годов причиной новой волны слияний стало слияние национальных рынков и глобализация экономики. Эта тенденция охватила и российскую промышленность. К таким крупнейшим объединениям можно отнести все нефтяные компании, «Русский алюминий», Объединенные машиностроительные заводы «Уралмаш» и многие другие.
На концентрацию производства в последнее время все большее влияние оказывают региональные и местные органы власти. Распространенным следствием воздействия этого фактора является увеличение территориальной концентрации производства путем создания диверсифицированных территориально-производственных комплексов.
Регионализация производства связана с тремя основными причинами. Первая - ослабление инвестирующей роли федерального центра и повышением соответствующей роли региональных органов власти. Вторая причина - решение социальных проблем территорий (занятость населения, насыщение местных рынков товарами и услугами, поддержание за счет предприятий социальной и производственной инфраструктуры).
Третья причина регионализации производства - стремление регионов сохранить и расширить налоговую базу. Предприятия, расположенные на их территории, при вхождении в корпорации холдингового типа в ряде случаев переходят к системе формирования консолидированного налога, выплачиваемого по месту регистрации материнской компании, которое может находиться в другом регионе.
При этом региональные и местные администрации заинтересованы именно в создании крупных предприятий и объединений. Дело не только в их большей экономической эффективности за счет масштаба производства, но и в большей контролируемости. На крупных предприятиях труднее маскировать и легче выявлять противоправную деятельность (неучтенное производство, хищения, коррупцию). Это не означает, что концентрация производства ликвидирует противоправную деятельность. Каждому уровню экономики соответствует свой этаж коррумпированных чиновников. Тем не менее, концентрация производства создает предпосылки снижения общей степени коррумпированности экономики.
Инструментами регионализации производства являются различного рода налоговые и прочие льготы, разрешения, лицензии, бюджетные кредиты и субсидии, другие компоненты административных ресурсов региональных и местных органов власти.
Фактором, воздействующим в нынешней ситуации на деконцентрацию производства, является изменение характера рыночного спроса. В индустриальный период развития рынок предъявлял массовый спрос на относительно консервативную, с точки зрения потребительских характеристик, продукцию. Такой характер спроса имел место, как на потребительском рынке, так и на рынке средств производства. Он стимулировал развитие крупносерийного и массового производства. Уровень концентрации в промышленности увеличивался высокими темпами.
Относительное насыщение рынков массовой консервативной продукцией в постиндустриальный период резко изменило спросовые характеристики. Произошла индивидуализация личного и производительного потребления по многим товарным позициям. На потребительском рынке это коснулось сложной бытовой техники. Но особенно сильно данная тенденция проявилась на рынке оборудования, которое становилось все более специализированным. Возникли спросовые ограничения рынка. Индивидуализация личного и производительного потребления не может быть обеспечена крупносерийным и массовым производством, что породило контртенденцию в концентрации производства ряда отраслей промышленности.
Социальные ограничения концентрации производства в основном связаны с необходимостью обеспечить занятость населения в небольших населенных пунктах. С этой целью там могут создаваться не оптимальные по уровню производственной концентрации предприятия. Создание экономически не оптимальных предприятий связано и с трудоустройством избыточного трудоспособного населения в городах-заводах, закрытых территориальных образованиях, в районах с преимущественной занятостью работников одной половой группы.
В зависимости от ряда производственно-технологических, организационно-экономических и рыночных факторов корпорации и предприятия как первичные звенья хозяйствования испытывают воздействие двух противоположных тенденций — укрупнения (концентрация) и разукрупнения (деконцентрация). Главным фактором деконцентрации является узкоспециализированное производство.
В постперестроечной России, как и в других странах с переходной экономикой от преимущественно государственной к преимущественно частной форме хозяйствования, основным фактором и основной предпосылкой концентрации производства является концентрация собственности. Концентрация собственности выступает предпосылкой концентрации производства в силу двух основных моментов: специфики форм приватизации государственной собственности и особенностей корпоративного управления.
В специфических условиях перехода к новой социально-экономической модели российской экономики консолидация собственности является важнейшим фактором концентрации производства. Это связано с тем, что основой всех форм формирующейся социально-экономической модели явилась трансформация государственной собственности.
На последующее развитие предприятий в постсоциалистических государствах большое влияние оказывал выбор моделей приватизации государственной собственности. Применение разных моделей приватизации, в том числе комбинированных, привело к существенным межстрановым различиям в структуре собственности.
В России трансформация государственной собственности происходила в значительной степени путем приватизации, причем преимущественно в ваучерном варианте. Ваучерная приватизация сопровождалась массовым появлением мелкой собственности и значительной деконцентрацией производства.
В ходе первичной приватизации и постприватизационного перераспределения собственности России выявилось, что с уровнем концентрации собственности тесно связаны результаты финансовой деятельности предприятий, наличие, или отсутствие острых корпоративных конфликтов.
Производство с низким уровнем концентрации собственности, по мировому опыту, малоэффективно. И, наоборот, предприятия с более высокой концентрацией собственности эффективнее. Так, на примере деятельности 706 чешских предприятий приватизированных в 1991-1995 годы, согласно исследованиям Леонтьевского центра, показано, что рост уровня концентрации собственности в большинстве случаев приводил к повышению их рыночной стоимости и более высокой рентабельности .
Однако при анализе данной тенденции необходимо учитывать следующее обстоятельство. Выбор объектов для частного инвестирования никогда не бывает случайным. Если у инвесторов есть выбор, то они предпочтут приобрести акции высокоэффективных компаний. Это соображение, по-видимому, играло существенную роль и в период первичной приватизации и в постприватизационный период.
В постприватизационный период тенденция к повышению уровня концентрации собственности наблюдалась как в России, так и практически во всех бывших социалистических странах. Практически во всех странах с переходной экономикой в ходе или после приватизации был достигнут высокий уровень концентрации собственности. В Чехии, Венгрии и Польше уже к середине 90-х годов 98 % обследованных компаний среднего размера имели доминирующего акционера. При этом средняя величина доли капитала, находящейся в собственности основного акционера, колебалась в пределах 50-85 %. В странах бывшего СССР также отмечается аналогичная тенденция к повышению уровня концентрации собственности.
На уровень концентрации владения акциями влияли даже сроки начала и скорость проведения первичной приватизации. Чем раньше и чем быстрее была проведена приватизация, тем более эффективной является корпорация. Эта тенденция в целом соответствует и общероссийской тенденции.
После передачи крупных, в том числе и контрольных пакетов акций предприятий в руки частных инвесторов сложились финансово-промышленные образования, которые играют основную и возрастающую роль в современной российской экономике. Наиболее интенсивно этот процесс протекал в сырьевых отраслях с экспортной направленностью.
Концентрация собственности продолжается в ходе дальнейшей приватизации. Ее темпы и результаты зависят от организации приватизационного процесса, его положительных сторон и недостатков.
В соответствии с программой приватизации в 2002 г. предполагалось выставить на торги 312 акционерных обществ и 141 государственное унитарное предприятие. В их числе - предприятия энергетического комплекса страны, отрасли связи и другие привлекательные объекты государственной собственности.
В среднесрочном периоде предполагается акционирование и постепенная продажа акций абсолютного большинства ФГУП. В форме ГУП возможно сохранение не более 1-2 тысяч предприятий. Традиционно обсуждается и частично решается вопрос об «избавлении» государства от абсолютного большинства миноритарных пакетов, которые не позволяют государству участвовать в управлении, практически не приносят доходов, но требуют определенных затрат.
Помимо приватизации акционированных ГУПов и традиционного сброса миноритарных пакетов, в 2002 году произошло резкое сокращение списка стратегических предприятий, запрещенных к приватизации. (Стратегические предприятия - АЭС, ВПК и др., в том числе список запрещенных к приватизации объектов, находятся в ведении Президента; федеральные естественные монополии - МПС, РАО "ЕЭС России", РАО "Газпром"- в ведении Государственной Думы; все прочие федеральные предприятия — в ведении Правительства РФ.)
В итоге в собственности РФ должны быть сохранены акции 1-2 % наиболее значимых акционерных обществ.
В соответствии с требованиями «Концепции управления государственным имуществом и приватизации в Российской Федерации» (утвержденной Постановлением Правительства РФ № 1024 от 9 сентября 1999 года), наиболее крупные и привлекательные объекты должны продаваться с применением наиболее эффективных и прозрачных методов продажи с учетом конъюнктуры рынка.
В целом предусматриваются несколько возможных способов приватизации в зависимости от размеров предприятия, ликвидности или результатов первичных продаж:
• акции предприятий, стоимость которых превышает 5 млн. МРОТ, выставляются на "аукционы", "спецаукционы" или реализуются "за пределами территории Российской Федерации";
• все прочие предприятия реализуются на открытом аукционе, спецаукционе или "конкурсе";
• при отсутствии покупателей - продажа имущества посредством "публичного предложения" (т.е. голландский аукцион с понижением цены до цены отсечения, равной первоначальной стоимости);
• при несостоявшейся продаже через публичное предложение для мелких и средних предприятий - "продажа имущества без объявления цены";
• конкурс на доверительное управление (пакеты 51-100 % акций) с последующим правом выкупа акций по стоимости на момент подписания контракта.
К способам приватизации отнесены также "преобразование унитарного предприятия в ОАО", "продажа акций ОАО через организатора торговли на рынке ценных бумаг" и "внесение имущества в качестве вклада в уставные капиталы ОАО" .
Для повышения бюджетного эффекта приватизации предполагается продолжение индивидуальной стратегии продаж, анализ рынка госсобственности производственного назначения (платежеспособного спроса) и применения новых методов приватизации. Хотя сохраняется акцент на "штучные" крупные сделки по ликвидным пакетам посредством аукционов и спецаукционов, при несостоятельности последних возможны такие новые методы, как продажа путем публичного предложения, продажа при отсутствии конкурсности или сдача госпредприятий в доверительное управление. Вводятся также два принципиально новых момента: продажа земельных участков как составной части приватизируемого имущества, что требуется согласно Земельному кодексу РФ, и увеличение уставных капиталов за счет прав на интеллектуальную собственность, что особенно важно при приватизации предприятий ВПК.
Дальнейшая приватизация осложняется двумя обстоятельствами. Во-первых, правительство РФ ограничено в приватизационных полномочиях. Список предприятий, подлежащих приватизации в каждом предстоящем году, хотя и формируется им, но состав его утверждается в соответствии со статьей 100 «Бюджетного кодекса РФ» Государственной Думой при принятии закона о федеральном бюджете. Этот список с пообъектной и поквартальной росписью включается в бюджетный закон на очередной финансовый год. На этой основе между правительством и Государственной Думой происходят ежегодно острые конфликты. Во-вторых, не подлежат продаже на фондовом рынке акции тех АО с государственным участием, у которых балансовая стоимость основных фондов (по консолидированному балансу с активами дочерних и зависимых обществ) превышает на 1 января 2000 года 50 млн. МРОТ.
Отдельным вопросом является назревшая необходимость совершенствования закона о приватизации. Приватизационная программа 2002-2003 года в значительной степени уже базировалась на значительных новациях.
Постепенно в России создается достаточно компромиссная многоуровневая система принятия решений о приватизации объектов. Ежегодно правительство РФ вносит предполагаемую программу приватизации федеральных объектов на следующий год в проект бюджета. Таким образом, Государственная Дума непосредственно участвует в ежегодном утверждении списков приватизируемых объектов. Приватизацию имущества субъекта Федерации и муниципальной собственности осуществляет уполномоченный местный орган.
Существенным моментом является отмена заявительного принципа приватизации. Если ранее заявления физического лица или организации (помимо инициативы правительства) было достаточно для запуска приватизационной процедуры, то согласно новому законопроекту данная инициатива не является обязательной к реализации. Принципиально также, что нормы данного закона едины для всех уровней власти РФ.
Несмотря на позитивные новации, в приватизационном процессе сохраняется много нерешенных проблем. По ряду положений расширяются возможности произвола чиновников (например, возможность внесения изменений в условия конкурса и в обязательства победителя после заключения договора). Несмотря на декларированный принцип равенства покупателей, усиливается неравенство потенциальных участников приватизации, особенно в отношении процедур реализации новых способов приватизации. Устанавливаются более сложные и трудоемкие процедуры приватизации предприятий, не запрещенных к приватизации, то есть, по сути, значительного объема оставшихся в собственности государства и не проданных по разным причинам пакетов акций. Если для 700 стратегических объектов такие ограничения оправданы, то в отношении неблокирующих миноритарных пакетов, которые необходимо реализовывать, организационные ограничения не оправданы.
В условиях системной коррупции традиционными проблемами российской приватизации остаются прозрачность сделок и фактическое равенство покупателей. Техника продаж в данном случае приобретает вторичный характер.
Особой проблемой является срок исковой давности по приватизационным сделкам. Гражданский кодекс РФ и действующий Закон "О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества Российской Федерации" от 21 июля 1997 г. № 123-ФЗ не устанавливают специального срока исковой давности по применению последствий недействительности приватизационных сделок. Соответственно, в отношении сделок по приватизации действует общий срок исковой давности, установленный ст. 181 Гражданского кодекса РФ для применения последствий недействительности ничтожных сделок - 10 лет .
Наличие такого срока исковой давности создает очевидную возможность для массовой или «заказной» - в зависимости от политической или экономической установки - деприватизации практически любого приватизированного в предыдущий период предприятия России. Явные и умышленные нарушения закона, формальные мелкие ошибки или другие поводы могут быть найдены без особых усилий. Это удобный способ оперативного административного давления на компанию, как на федеральном, так и на региональном уровне. В частности, очевидная возможность деприватизации при выявлении нарушений приватизационного законодательства является, с точки зрения практически всех функционирующих в России инвестиционных институтов, одним из наиболее весомых препятствий для вложений в российские компании.
Технически и политически, тем не менее, осуществить процесс деприватизации в массовом порядке затруднительно. Реституция по международным правовым нормам предполагает: необходимость компенсации, что связано с решением целого комплекса проблем. Необходимо будет учесть интересы добросовестного приобретателя (после уже состоявшейся серии перепродаж); изыскать огромные средства на выплату компенсаций; разработать специальную методику оценки приватизационных чеков ("ваучеров"), акций, имущественных комплексов (предприятий).
Приватизация государственной собственности происходила преимущественно в форме акционирования. Около 50 % предприятий промышленности, изменивших форму собственности, были для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего»), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной» преобразованы в акционерные общества. Акционерное общество может создаваться и функционировать в рамках любой формы собственности: государственной, муниципальной, частной.
Итогом массовой приватизации 1992-1995 годов явилось образование большого числа акционерных обществ - предприятий частной и смешанной форм собственности. В частном секторе производства акционерные общества стали основной организационно-правовой формой. Акционерное предпринимательство в России, как и во всем мире, становится основной формой ведения предпринимательской деятельности.
Предприятия, которые в результате приватизации были преобразованы в акционерные общества, имеют особое значение для экономики России. Сегодня на долю акционерных обществ приходится 85 % объема производства. Значение акционерных обществ определяется не только их удельным весом и их доминированием в ключевых отраслях российской экономики, но и тем, что основные аспекты деятельности акционерного общества законодательно регламентируются наиболее подробно. Российское законодательство рассматривает акционерное общество как «более надежную» организационно-правовую форму юридического лица . Благодаря этому государство в определенной степени может повлиять на деятельность акционерного общества и, прежде всего, на эффективность внутрифирменного управления.
Руководители многих промышленных предприятий признают, что только корпоративное объединение в акционерные общества позволило им выжить. Акционерные общества оказались наиболее действенным путем рыночного саморазвития предприятий, ушедших от государственной формы собственности.
Правоспособность акционерного общества практически ничем не ограничена: оно осуществляет гражданские права и несет обязанности, необходимые для осуществления любого вида деятельности, не запрещенного федеральными законами. Хотя для осуществления некоторых видов деятельности необходимо получить соответствующую лицензию.
В то же время эффективность управления и принятия решений в акционерном обществе требует развитых институциональных механизмов согласования интересов различных групп собственников, менеджеров и других заинтересованных лиц.
Акционерное общество характеризуется высоким потенциалом концентрации капитала. Концентрация капитала в акционерном обществе имеет два аспекта — внешний и внутренний. Внешний аспект связан с увеличением общего объема капитализации компании, поскольку акционерное общество обладает повышенной по сравнению с иными организационно-правовыми формами юридических лиц способностью к привлечению дополнительных финансовых ресурсов. Привлечение средств внешних инвесторов для развития в акционерном обществе может осуществляться за счет продажи части имеющегося акционерного капитала и за счет возможности проведения дополнительной эмиссии акций.
Внутренний аспект концентрации капитала в акционерном обществе связан с перераспределением собственности среди акционеров.
Концентрация собственности в акционерном обществе дает право на получение большей доли корпоративной прибыли. Но дело не только в прибыли. Концентрация владения акциями, согласно проведенному в Гарварде сопоставлению эффективности правовых систем 49 стран мира, является реакцией (адаптацией) на слабую правовую защищенность инвесторов в рамках существующей национальной модели корпоративного управления .13
Но главное в данном отношении состоит в стремлении ряда акционеров получить значимые преимущества в управлении компанией. Эти преимущества связаны с обладанием контрольным, блокирующим пакетом акций или другим значимым для принятия решений пакетом.
Под контрольным пакетом акций понимается любая форма участия в капитале предприятия, которая обеспечивает безусловное право принятия или отклонения наиболее принципиальных решений на общем собрании его участников (акционеров, пайщиков) и в его органах управления. Такой пакет позволяет иметь решающий голос при персональных назначениях на ключевые должности председателя совета директоров и генерального директора компании. Это принципиально, поскольку совет директоров определяет все вопросы деятельности общества. Он осуществляет общее руководство и определяет стратегические приоритеты. Ему принадлежат контрольные функции - утверждение смет и отчетов, программ финансирования и инвестиций, контроль за штатным расписанием и уровнем доходов персонала фирмы.
Размер контрольного пакета акций может быть различным в каждой отдельной ситуации. Опыт показывает, что уровень контрольного пакета акций крупной компании с капиталом «распыленным» среди большого числа акционеров может быть значительно меньше 50 %. В зарубежной практике известны случаи, когда контрольный пакет акций составлял всего несколько процентов уставного капитала.
Однако в закрытых акционерных обществах следует ориентироваться на контрольный пакет в 51 % и более. Только такой пакет акций обеспечивает здесь достаточно надежный контроль. Суть в том, что при возникновении конфликтной ситуации акционеры ЗАО имеют больше шансов обеспечить «блоковое» голосование. Голосовательные блоки могут существенно изменить расстановку сил в органах управления компании.
Для абсолютного контроля, как правило, достаточно владеть пакетом в 75% плюс одна акция. Такой пакет позволяет определить решение вопросов, требующих не только простого, но и квалифицированного большинства голосов при любом кворуме. Перечень вопросов, по которым необходимо квалифицированное большинство голосов, содержится в уставе акционерного общества.
Для вхождения в ведущий орган управления акционерного общества - совет директоров, достаточно иметь пакет приблизительно в 10 % акций.
Со второй половины 90-х годов проведено большое число эмпирических исследований с целью, оценить на микроуровне взаимосвязь между структурой концентрации собственности в корпорациях различных стран с переходной экономикой, сложившейся после приватизации и адаптационными сдвигами в промышленности.
На объективность такого анализа значительное влияние оказывает закрытость многих респондентов, трудности в выявлении аффилированных структур и их собственников, межстрановые различия в статистической оценке размеров предприятий. Но, несмотря на некоторую условность сравнений, полученные результаты позволяют с высокой долей достоверности установить наиболее общие тенденции постприватизационной динамики собственности.
В теоретических обобщениях по итогам этих исследований была отмечена значительная зависимость между уровнем концентрации собственности, структурой различных типов собственников и показателями экономической эффективности корпораций. При оценке общих большинство исследователей приходят к сходным результатам. Российская посприватизационная практика также подтвердила общемировую тенденцию большей эффективности предприятий с высококонцентрированной собственностью.
Уровень концентрации владения собственностью в большой степени зависит от типа доминирующего собственника Основной проблемой развития акционерной собственности в России, как и во всех странах с рыночной экономикой, становятся складывающиеся тенденции с доминированием различных групп собственников. Речь идет о взаимоотношениях таких групп акционеров, как инсайдеры (внутренние акционеры) и аутсайдеры (внешние акционеры); мажоритарии (крупные акционеры) и миноритарии (мелкие акционеры, владеющие до 10 % акций); а также о взаимоотношениях собственников и менеджеров.
Высокие темпы массовой приватизации, используемые в ее проведении механизмы, существующая законодательная и нормативная база привели к множеству социальных и экономических проблем между этими группами участников акционерных обществ. Возникает потребность в выявлении взаимосвязи корпоративных конфликтов, возникающих в процедурах корпоративного управления, влиянии этих конфликтов на эффективность финансово-экономического состояния российских промышленных предприятий.
Анализ соотношения уровня концентрации владения и типа доминирующего собственника требует особого внимания, поскольку иллюстрирует, с одной стороны, результаты борьбы за контроль, а с другой - факторы, влияющие на эффективность работы акционерных обществ.
В результате массовой ваучерной приватизации во всех странах с переходной экономикой первоначально сформировались инсайдерские модели корпораций. Это характерно не только для стран, законодательно избравших в качестве основного метода приватизации модель МЕВО (продажи инсайдерам), но и для многих других стран, где формирование инсайдерской модели проходило спонтанно, в том числе под видом продажи активов формальным аутсайдерам.
В России в период 1992-1995 годов формальные процедуры приватизации, при принятии которых государство пошло на коалицию с трудовыми коллективами, в сочетании с неформальными институтами российской переходной экономики обусловили значительное доминирование инсайдеров в акционерной собственности и ее распыленную первоначальную структуру. Юридическая собственность по итогам приватизации также перешла в основном в руки инсайдеров -мелких акционеров, преимущественно сотрудников предприятий -(трудового коллектива и администрации).
Лишь в незначительной степени владельцами стали немногочисленные отечественные и, в еще меньшей степени, иностранные инвесторы, обладающие определенными средствами для приобретения пакетов акций. В 1993-1994 гг. доля инсайдеров составляла в среднем около 60-65 % акций приватизированных предприятий.
В качестве собственников работники предприятий (инсайдеры), как правило, не располагали необходимыми инвестиционными ресурсами не только для развития, но и часто даже для поддержания текущего производства. На этом этапе приватизация, таким образом, не привела к появлению эффективных собственников и стратегических инвесторов, включая иностранных.
Как показала практика всех стран, работники-инсайдеры в качестве особого субъекта корпоративного контроля практически не являются самостоятельной силой. Их акционерные владения либо контролируются менеджерами, либо сильно «распылены» и формируют аморфную структуру владения акциями предприятия. Проведенное на 7534 промышленных предприятий России исследование подтвердило, что фирмы с большой долей инсайдеров и держателей акций по итогам ваучерных аукционов преобразуются намного хуже, чем фирмы с высокой долей холдингов, иностранцев и «золотой акцией» государства.
Одновременно все же не следует обходить вниманием некоторые объективные факторы возрастания именно инсайдерского капитала.
По тем или иным причинам, например, по налоговым соображениям, у предприятий могут возникать трудности в реализации накопленного отдельными работниками человеческого капитала в их заработной плате. При отсутствии возможности у предприятия, находящегося в форме акционерного общества, реализовать отдельным работникам высокий уровень накопленного человеческого капитала в их заработной плате, возможен вариант предоставления им опциона на льготное приобретение акций. В этом случае, они приобретают право на участие в капитале предприятия, то есть право на получение дохода от прибыли как инсайдеры.
На дальнейший процесс перераспределения акций в значительной мере повлияла величина первоначальных долей трудового коллектива, руководства предприятий и фонда имущества. Первоначальная доля трудового коллектива в инсайдерском капитале многократно превосходила долю менеджеров. Однако в период 1995-2000 годов доля менеджеров увеличилась.
Менеджмент имел доступ к финансовым потокам и активам предприятия и направлял их на приобретение собственности, в том числе и для защиты от появления внешнего инвестора. Эта деятельность часто протекает в скрытых формах, с использованием теневых механизмов формирования средств. Тем самым процесс концентрации собственности в руках инсайдеров фактически осуществлялся за счет предприятия и государства (как получателя налогов). При этом средства могли отвлекаться от инвестиций.
На последующих этапах приватизации (1996-1997 годы) сложились предпосылки к началу рыночного перехода прав собственности между экономическими агентами. Ускорился процесс концентрации собственности преимущественно в руках внешних частных акционеров - аутсайдеров.
Возможности аутсайдеров участвовать в приватизации зависели от решений трудового коллектива и администрации предприятий, а также от позиции организаторов ваучерных аукционов - федеральных и региональных органов. Для банков и чековых инвестиционных фондов существовали законодательно установленные ограничения на участие в приватизации одного предприятия. Аутсайдеры, не аффилированные с руководством, использовали собственные средства и несли дополнительные издержки по преодолению организационных барьеров. Для внешних инвесторов чековая приватизация оказалась дешевым способом приобретения небольших пакетов акций, но издержки на приобретение контрольного пакета были запретительными. Последнее стало возможным в ходе дальнейшего передела собственности.
Значительная часть аутсайдеров превосходила инсайдеров по подготовленности в деятельности на фондовых рынках, в оценке разницы между приватизированной и рыночной стоимостью активов. Это способствовало их быстрому обогащению и становлению в качестве стратегических инвесторов. По мере сосредоточения собственности у «внешних» частных владельцев преимущества приватизированных компаний становятся все более отчетливыми. Появление «внешних» собственников придало динамизм постсоциалистической экономике. Фирмы, в которых установился прочный контроль «внешних» собственников, имеют наилучшие результаты среди приватизированных компаний.
По данным обследования в 1995-1997 гг. 103 наиболее известных российских акционерных обществ, чем выше была доля местных и иностранных аутсайдеров, тем эффективнее шли преобразования в области производительности труда. Напротив, при наличии большей доли собственности инсайдеров и государства производительность труда снижалась.
Повышение эффективности деятельности акционерных обществ с ростом доли аутсайдеров, в значительной мере связано с качественными характеристиками крупных внешних акционеров. Ими, как правило, становились крупные финансовые организации, ФПГ, другие типы крупных корпораций, региональные и местные администрации.
Положительную роль сыграла массовая замена в связи с приходом внешних собственников прежнего руководства предприятий. Например, данные обследования фирм в постсоциалистических странах свидетельствуют, что руководители, которых «привели» в приватизированную компанию «внешние» владельцы, действовали намного эффективнее, чем руководители, назначенные ранее.
О влиянии этого фактора в российском корпоративном секторе говорит анализ степени устойчивости позиций менеджмента в процессе перераспределения контроля от инсайдеров к аутсайдерам. Существует целый ряд проведенных в 2000-2001 годах исследований динамики смены менеджеров в российских компаниях (ИЭПП, БЭА, РЕЦЭП, ЦЭФИР и ДР-)
По данным ИЭПП, в ходе приватизации 1992-1994 гг. руководители сменились на 27,5 % предприятий. К 1999 году они сменились уже на более чем 77 % обследованных предприятий. После окончания массовой приватизации каждый год старые руководители менялись в среднем на 9,6 % предприятий. Эта смена обусловлена не только «естественным отбором» в пользу более квалифицированных наемных высших менеджеров нового поколения, но и приходом новых альянсов акционеров, взявших на себя управление, что свидетельствует о весьма интенсивных процессах борьбы за контроль в АО.
Подтверждением большей результативности аутсайдеров является и тот факт, что наиболее эффективными оказываются новые частные фирмы, которые почти не бывают связаны с наличием инсайдеров.
Эффективную форму корпоративного управления обеспечивают компании, принадлежащие аутсайдерам - иностранным владельцам. Анализ данных по предприятиям Чехии, Венгрии, России и Болгарии показывает, что преобразование предприятий, принадлежащих иностранцам, осуществляется наилучшим способом. Но положительное влияние иностранной собственности на реструктурирование сказывается при ее относительно высоком значении - более 30 % акций.
Не следует, тем не менее, и абсолютизировать превосходство аутсайдеров над инсайдерами. Это в особенности касается инсайдеров-нерезидентов. В ряде исследований отмечается, что собственность аутсайдеров-резидентов не имеет значимой корреляции с реструктурированием. Эффект деятельности нерезидентов, в том числе и холдингов с увеличением размера пакета не повышается. Их влияние на экономические показатели акционерных обществ неустойчиво.
Имеющиеся данные свидетельствуют, что разница между предприятиями, принадлежащими местным инсайдерам (работники и менеджеры) и доминирующим аутсайдерам, очень невелика. В Чехии, Венгрии и Польше частные фирмы превосходят государственные по уровню преобразования, но фирмы, находящиеся под контролем аутсайдеров, не превосходят фирмы, в которых доминируют инсайдеры. Другие авторы на примере предприятий Словении приходят к выводу, что предприятия с доминированием нерезидентов характеризуются наибольшим ростом добавленной стоимости, однако предприятия инсайдерского типа демонстрируют наивысший средний рост по сравнению с предприятиями, находящимися под контролем местных аутсайдеров.
Доли инсайдеров, аутсайдеров и государства выступают качественным индикатором, позволяющим сделать выводы о структуре собственности. К настоящему времени произошли существенные изменения в структуре акционерного капитала российских предприятий.
Интенсивнее стал процесс перехода собственности от инсайдеров к аутсайдерам, характерный для всего постприватизационного периода. Резкое снижение доли инсайдеров и рост доли внешних акционеров отражают, во-первых, посткризисные процессы концентрации собственности (в том числе связанные с резким падением стоимости акций), во-вторых, снижение официально зарегистрированной доли менеджеров в среднем от 12-16 % в 1996 г. до 7-8 % в настоящее время. Последнее связано либо с прямым переходом акций внешним акционерам (продажа или изъятие за долги), либо с расширением практики неформального контроля со стороны менеджеров (перевод имеющихся или оформление скупленных акций на аффилированные структуры).
Приведенные в таблице обобщенные данные основаны на разных базах данных. Но значительное совпадение результатов в разных опросах позволяет сделать вывод о достаточной степени их достоверности. Например, по выборке из 201 АО к началу 2000 г. в российских корпорациях средняя доля государства составила 12,8 %, аутсайдеров -55,6%, инсайдеров - 31,6 %. Следовательно, средняя доля аутсайдеров оказалась на 24 процентных пункта выше суммарной доли инсайдеров.
Средняя доля трудового коллектива в акционерном капитале 201 АО составила 20,4%, а дирекции - 7,2% . Суммарная доля аутсайдеров была более чем в четыре раза выше доли государства. В числе аутсайдеров наиболее весомыми долями в акционерном капитале располагали другие предприятия (16,2 %) и сторонние физические лица (15,2 %). Доля крайне важного аутсайдера - иностранных акционеров - оказалась намного ниже, а именно 4,7 %.
Характерно сопоставление некоторых показателей распределения акционерной собственности в зависимости от размерности предприятий (малые - с численностью занятых до 1000 человек, крупные - свыше 1000 человек) и их отраслевой принадлежности.
Доли работников в акционерном капитале на малых и крупных предприятиях различаются незначительно (20,3% и 22,6%). Доля администрации на малых предприятиях составляет 7,4 %, а на крупных -8,1%. Незначительно отличается доля сторонних физических лиц (на малых предприятиях 15,0 %, на крупных - 15,4 %).
Вместе с тем, в структуре акционерного капитала по данным группам предприятий наблюдаются некоторые существенные различия. В частности, доля поставщиков и потребителей на малых предприятиях составила 8 %, а на крупных - всего 1,4 %. Доля холдингов и ФПГ в структуре акционерного капитала на крупных предприятиях (10,1 %) более чем в два раза превышает соответствующую долю на малых предприятиях (4,5 %). Кроме того, на крупных предприятиях доля государства (16,1 %) и доля иностранных акционеров (5,9 %) выше соответствующих долей на малых предприятиях (соответственно 11,5 и 3,1 %).
Доля коммерческих банков в акционерном капитале малых предприятий (3,8 %) оказалась почти в два раза выше соответствующей доли в крупных АО (2,0 %). Средняя доля инвестиционных фондов на крупных предприятиях (6,6 %) выше соответствующей доли на малых предприятиях (3,5 %).
Сопоставление аналогичных показателей предприятий разных отраслей (машиностроения и металлообработки), участвовавших в опросе, не выявило значимых различий.
Изменение структуры акционерной собственности в
постприватизационный период сопровождается не только повышением доли аутсайдеров по сравнению с инсайдерами. Наблюдается также устойчивая тенденция концентрации капитала у мажоритарных и уменьшения доли миноритарных акционеров. Нарастают и противоречия между ними. Эти противоречия связаны, прежде всего, с тем, что приватизация в целом не смогла обеспечить создание системы устойчивого корпоративного контроля и справедливого распределения получаемой прибыли.
С одной стороны, миноритарии не располагают сегодня действенными рычагами управления акционерным обществом и зачастую испытывают проце¬дурное давление со стороны менеджеров и крупных акционеров. Значительная прибыль компаний концентрировалась контролирующими группами в безналоговых зонах, фирмах-однодневках, у зарубежных трейдеров и доходность акций в этой связи в подавляющей степени оказывалась нулевой.
С другой стороны, действующая налоговая система позволяет владельцам компаний, то есть контролирующим акционерам - физическим лицам, получать на личные счета в форме дивидендов после "честного" раздела прибыли с миноритарными акционерами, в зависимости от компаний, лишь от 2 до 5 % прибыли, получаемой подконтрольными им предприятиями.
На первых этапах приватизации ценность миноритариев как инвесторов была крайне незначительной. В этой ситуации контролирующим акционерам было выгодно освобождаться от участия миноритариев в акционерном капитале компаний. Сравнительная легкость процесса вымывания миноритарных капиталов была связана с крайне низкой ценностью пакетов их акций.
Процесс вымывания миноритарных капиталов происходил в различных формах - в форме выкупа акций, размывания акционерных долей, в форме искусственного банкротства.
В 1997-2001 годах на выкуп долей миноритарных, а в ряде случаев средних и даже крупных участников компаний, группы контролирующих акционеров потратили многие миллиарды долларов. Следует отметить, что эти средства в подавляющем большинстве безвозвратно ушли из России.
Кроме выкупа акций, контролирующие компании группы мажоритарных акционеров сокращали доли миноритарных акционеров путем их размывания в ходе дополнительных эмиссий акций. Используется и метод фиктивного банкротства подконтрольных предприятий с предварительным получением контроля над основной суммой кредиторской задолженности.
Слабое развитие фондового рынка, отсутствие рыночного оборота акций подавляющей части предприятий и их низкая капитализация не способствуют концентрации миноритарной собственности.
Процесс концентрации собственности внутри акционерных обществ в значительной мере связан с деятельностью менеджеров.
Само по себе изменение формы собственности не приводит автоматически к повышению эффективности производства. Последняя, повышается только тогда, когда изменение формы собственности сопровождается коренной трансформацией системы управления.
Разработка и реализация стратегии развития конкретных акционерных обществ, в первую очередь, зависит от того, как построены взаимоотношения между собственниками и менеджерами. Разделение функций собственника и управляющего, характерное для крупных акционерных компаний, порождает проблему корпоративного управления. Не меньшее количество проблем связано и с соединением функций собственника и управляющего.
Массовая приватизация в России привела к распылению собственности. Завершение приватизационных процессов и последующее перераспределение собственности во многом оказались под контролем менеджмента предприятий.
В первой половине 1990-х годов в корпорациях фактически господствовали прежние менеджеры. В то же время, стандарты корпоративного управления по разным причинам не стали действенным элементом регулирования должностного положения и поведения менеджеров. Они не предотвратили и возможности оппортунистического поведения менеджеров.
Первые корпоративные конфликты середины 1990-х годов явились именно отражением растущей концентрации акционерной собственности у менеджеров. В этот период менеджеры, активно скупавшие акции своих предприятий, конкурировали с трудовым коллективом и с внешними акционерами за право контроля. Они использовали в этой борьбе широкий арсенал доступных им законных и незаконных средств. Постепенно борьба сместилась в направлении противостояния «старых» менеджеров и новых крупных акционеров.
Руководство предприятия обладало рядом очевидных преимуществ. При приватизации и вторичных продажах оно использовало свои информационные возможности, зная реальное состояние производства и распределение прав собственности. Администрация также задействовала организационные и финансовые активы предприятия в интересах наращивания своей собственности.
Менеджмент, как правило, имеет тесные связи с региональными и местными администрациями, может манипулировать мнением акционеров из числа работников. После завершения ваучерной приватизации руководство предприятия стало менее зависимым от трудовых коллективов, оно не всегда нуждается в их поддержке. Как собственник администрация могла инициировать процедуры реорганизации, дополнительной эмиссии акций и принимать в них активное участие. Сохранение формы закрытого АО использовалось высшими менеджерами в качестве способа упрочения своего контроля.
Статус собственника позволяет менеджерам снизить издержки по своей защите и реализовать разнообразные возможности, предоставляемые оппортунистическим поведением. Менеджер, как один из собственников, имеет существенные преимущества, вытекающие из его положения в системе управления, а не из имущественных прав. Тем самым относительно повышаются издержки внешних собственников по предотвращению оппортунистического поведения менеджеров.
Сложившаяся в первые годы приватизации «менеджерская модель» была в значительной степени эффективна не только для элементарного выживания предприятия, но и для поддержания стратегического развития. Сосредоточение контроля у менеджеров создавало возможности для существенного повышения эффективности деятельности приватизированных предприятий. Предприятия с высокой долей капитала менеджеров в структуре акционерного капитала и с меньшей долей, принадлежащей трудовому коллективу, демонстрируют более высокие показатели эффективности.
Оценка эффективности деятельности менеджеров как субъектов корпоративного контроля и как собственников в постприватизационный период носит двойственный характер. С одной стороны, эта политика, безусловно, успешна и действенна относительно стабилизации и развития, с другой стороны, она связана с относительно ограниченными возможностями по сравнению с крупными внешними стратегическими акционерами.
По мнению многих отечественных и зарубежных исследователей, сформировавшийся во второй половине 1990-х годов специфический процесс совмещения в одном лице функций контролирующих собственников и менеджеров продолжает оставаться основной характеристикой структуры собственности, сложившейся во многих корпорациях российской промышленности.
В современном развитии взаимоотношений менеджеров и акционеров в российской промышленности выделяются две параллельные тенденции:
Первая тенденция. Менеджеры постепенно становятся одновременно контролирующими акционерами в корпорации, то есть из наемных работников высшего уровня превращаются в собственников. Такой процесс является ключевой характеристикой «капитализма управляющих».
Вторая тенденция. Внешние акционеры по мере консолидации контроля сами начинают функционировать как менеджеры или передают эти функции доверенному представителю группы акционеров, связанному с ними не окладом или формальным контрактом, а целым комплексом экономических и внеэкономических интересов.
В любом случае, во многих средних и крупных корпорациях России происходит фактическое отождествление фигур менеджера и контролирующего акционера. Очевидно, это вынужденная ситуация, вызванная целым рядом обстоятельств.
Среди них - сохраняющиеся «серые» и «черные» схемы корпоративных финансов, «оптимизация налогообложения», вывод активов, коррупция, криминал. В этих условиях контроль не может быть делегирован независимому оперативному управляющему предприятием, чтобы не рисковать одновременно утратой, как титулов собственности, так и контроля над финансовыми потоками.
Во-вторых, необходимо принять во внимание последствия партнерской системы организации бизнеса. Речь идет о большинстве крупных частных корпораций. Система организована по принципу двух, трех, четырех партнеров, которые делят и собственность, соответственно и контроль, и бизнес. Отсюда вытекают проблемы «прозрачности» структуры собственности и финансов. Кроме того, система партнерства предполагает ориентацию на текущие краткосрочные доходы, соответственно усложняются вопросы согласования и осуществления долгосрочной инвестиционной стратегии.

Глава 2. Монополизация промышленного производства
как основное следствие его концентрации
2.1. Факторы монополизации промышленного производства в современной России
Для объективного понимания отношения государства, в том числе и в России, к монополии и к антимонопольной политике необходимо в общих чертах выяснить сущность самой монополии.
Монополия - многоаспектное явление, поэтому существует большое количество ее определений. Наиболее принятое определение исходит из того, что монополия — это предприятие или объединение предприятий, занимающее доминирующее положение на рынке определенного товара, то есть способное существенно влиять на рыночные цены и объемы предложения.
В экономической теории монополия рассматривается с точки зрения трёх аспектов: рыночной структуры, рыночного поведения и рыночных итогов.
С точки зрения рыночной структуры, монополия - это форма рынка, в условиях которой весь объём отраслевого или регионального предложения приходится на одного или незначительное количество субъектов. То есть здесь учитываются, как продуктовая номенклатура, так и пространственные границы, в рамках которых определяется господство экономического субъекта. Относительно отраслевой монополии можно привести ещё одно определение. Монополия - это совпадение границ отрасли с границами только одной фирмы.
С точки зрения рыночного поведения, монополия характеризуется использованием экономическим субъектом специфических инструментов (таких, например, как монопольно высокая или монопольно низкая цена). Субъект монополии оперирует этими инструментами в соответствии с условиями конкурентной среды.
Рыночные итоги монополии связаны с резким ослаблением внутриотраслевой конкуренции, завершающейся установлением рыночной власти и монопольно высоких цен.
Факторами возникновения монополии являются:
• Концентрация производства (главный фактор);
• Уникальность производимой продукции и отсутствие товаров-заменителей;
• Непреодолимость барьеров вхождения на соответствующий рынок новых производителей или продавцов.
В свою очередь, причинами существования таких барьеров могут быть: - крупный размер предприятий, обеспечивающий достаточную для рыночного господства экономию издержек от масштабов производства; - монопольное право собственности на использование определённых ресурсов, связанное с производством редкого блага;
• система лицензий на выполнение отдельных типов работ, избранно выдаваемых государством;
• сложность в получении полной информации обо всём рынке.
Существует три вида монополии: открытая, закрытая и естественная. Открытая монополия - это монополия, при которой одна фирма (по крайнее мере на определённый срок) является единственным поставщиком продукции, но не имеет специальной юридической защиты от конкуренции. Примером таких фирм можно считать фирмы, впервые вышедшие на рынок с новой продукцией.
Закрытая монополия — это монополия, защищённая от конкуренции юридическими ограничениями - государственными лицензиями, институтом авторских прав (патентная защита) и т. д.
При естественной монополии значение имеют сами условия производства и характер блага.
Естественная монополия возникает в отрасли, в которой долгосрочные средние издержки достигают минимума только тогда, когда одна фирма обслуживает весь рынок целиком. В такой отрасли минимальный эффективный масштаб производства близок к количеству или даже превосходит то, на которое рынок предъявляет спрос по любой цене, достаточной для покрытия издержек производства. В данной ситуации разделение выпуска между двумя или большим количеством фирм ведёт к тому, что масштабы производства будут неэффективно малы.
С естественными монополиями, в основе которых лежит экономия на масштабах производства, тесно связаны монополии, базирующиеся на владении уникальными природными ресурсами
Деление монополий на открытые, закрытые и естественные не означает, что все предприятия-монополисты должны обязательно относиться лишь к одному из этих видов. Такая классификация в значительной степени условна. Некоторые фирмы могут принадлежать к нескольким видам монополии. Например, электрические и газовые компании могут быть отнесены как к естественной монополии (так как здесь присутствует эффект экономии на масштабах), так и к закрытой монополии (присутствие юридических барьеров, ограничивающих конкуренцию).
Фактически все монополии могут оказаться открытыми, так как легальные барьеры, защищающие закрытые монополии от конкурентов, могут быть отменены государством или судом; а преимущества естественных монополий могут быть ликвидированы изменениями в технологии или появлением конкуренции со стороны возможных товаров-субститутов.
При этом на практике, как правило, существует ещё некоторое количество мелких фирм, однако, не влияющих существенно на сам рынок. Кроме того, все монополии вынуждены приспосабливаться к влиянию межотраслевой конкуренции.
Отмечается несколько основных последствий монополизации:
• Ограниченная готовность производства к инновациям;
• Нечестная конкуренция, то есть воздействие на покупателей
нечестными по отношению к конкуренту способами за счёт большого
бюджета и масштабов предприятия в целом;
• Недопроизводство товаров, снижение объемов производства.
• Завышение цен
• Снижение эффективности производства предприятиями-монополистами, ведущее к увеличению издержек выше объективно обусловленного уровня.
Главной особенностью монополизации российского рынка можно считать, то, что она сложилась как «наследница» государственного монополизма социалистической экономики.
Социалистическая экономика представляла собой единый народнохозяйственный комплекс, в котором каждое предприятие не было вполне автономно, а являлось составной частью общегосударственной структуры. Командная экономика в бывшем СССР, построенная на всеобъемлющем директивном планировании, государственном ценообразовании, централизованном распределении материальных и финансовых ресурсов и ограничивавшая конкуренцию была единой общегосударственной монополией. Внутри этой экономики существовал монополизм центральных ведомств, министерств и предприятий, которые не были независимыми хозяйственными субъектами. Жизненно важные параметры их деятельности устанавливали такие органы, как Госплан, Госснаб и Госкомцен. При этом удовлетворение централизованных потребностей всей страны в том или ином виде продукта часто всего пору¬чалось всего одному двум заводам.
Основным фактором, способствовавшим монополизации советской экономики, было абсолютное господство государственной формы собственности на средства производства.
Тотальная монополизация советской экономики имела, тем не менее, ряд вполне объективных причин.
Во-первых, большую роль играло стремление использовать положительный эффект масштаба производства. Следует учесть, что в период создания советской хозяйственной системы технологии, господствующие в большинстве базовых отраслей, давали максимальный экономический эффект в условиях массового и крупносерийного производства. Высокий уровень концентрации промышленности был характерен для всех ведущих стран мира.
Однако диспаритет цен, сознательно поддерживаемый в СССР, искажал реальную оценку экономической эффективности процессов концентрации. Заниженные цены на сырье, энергию, транспорт, заработную плату персонала способствовали тенденции к гипертрофированной концентрации промышленного производства. Вполне рентабельными выглядели проекты даже нерационально крупных заводов.
Заниженные издержки препятствовали и рациональному размещению производства. Зачастую выгоднее было создавать несколько однотипных предприятий меньшего размера, чем перемещать по стране на тысячи километров по всей территории Советского Союза готовую продукцию и необходимые для ее изготовления ресурсы. К тому же эти более мелкие предприятия могли бы создавать основу для организации конкурентного рынка.
Другая причина была связана с удобством централизованного управления крупными предприятиями. Когда все важнейшие решения по развитию экономики страны принимаются общенациональными плановыми органами, управляемость хозяйства находится в обратной пропорциональной зависимости от количества производственных единиц.
Одной из причин, способствовавших монополизации советской экономики на первых этапах ее становления, была общая дефицитность рынка. Страна нуждалась в удовлетворении спроса на все виды массовой продукции. Дефицитность идеологически укрепляла позиции монополистов.
Советская экономика была в значительной мере изолирована от внешнего мира. Таким образом, монопольные позиции предпринимателей были защищены и от иностранных конкурентов.
Но советскую монополию нельзя было полностью сопоставлять с её капиталистическими аналогами. Существенные отличия монополизации советской экономики от капиталистической монополии западных стран, по мнению ряда современных российских исследователей, состоят в следующем:
• Не имея самостоятельности ни в выборе объёма продукции, ни в установлении цен, советские предприятия-монополисты не имели возможности осуществлять монополистические злоупотребления, хотя это широко наблюдается в западных странах.
• Деятельность советских предприятий-монополистов не вызывала многих последствий монополизации на Западе, а именно: не наблюдалось сознательное недопроизводство товаров, завышение цен, предприятия не получали монопольных прибылей.
• Капиталистические монополии возникли преимущественно "снизу", в результате постепенной концентрации и централизации капитала и под воздействием конкурентной борьбы. Советские производственные монополии насаждались "сверху" и действовали в нерыночных условиях.
• Монополистом в капиталистических странах чаще всего становилось предприятие-лидер, который использует передовые технологии, имеет значительный научно-технический и производственный потенциал. При социализме монополии зачастую появлялись при отсталой технологической базе.
• Капиталистические монополии, участвуя в международном разделении труда, вынуждены для повышения конкурентоспособности непрерывно улучшать качество продукции, равняясь на мировые образцы, что положительно сказывается и на внутреннем рынке, социалистические, ограничивающиеся в лучшем случае региональными рамками (например, СЭВ) не имели такого стимула.
В итоге чрезмерной концентрации производства советские предприятия-монополисты были очень узко специализированы. Так, в конце 80-х годов более 1100 предприятий были полными монополистами в производстве своей продукции. Всего из 327 товарных групп, выпускавшихся промышленностью страны, 290 (то есть 89 %) было подвержено сильной монополизации. Наиболее высокой была концентрация производства в металлургии, машиностроении, химической и текстильной отраслях. В этих отраслях наиболее часто встречалась ситуация, когда число выпускающих ту или иную продукцию составляли одно два предприятия, которые диктовали свои условия потребителю.
Советская экономика имела минимальный уровень дублирования по многим базовым отраслям. Дублирование фактически отсутствовало в ряде стратегических сфер. Например, только один завод в стране (Роствертол) выпускал тяжёлые вертолёты, другой - только автомобили высокой проходимости (УАЗ). Это делало экономику чрезвычайно уязвимой. Прекращение работы хотя бы одного из подобных предприятий, или даже серьезный технологический сбой мог привести к серьезным последствиям.
Советской экономике была свойственна не только непропорционально высокая доля крупных и крупнейших предприятий, но также и чрезвычайно малая доля мелких и средних предприятий по сравнению с развитыми странами.
Трудность переналадки сверх концентрированного производства на выпуск новой продукции и небольшое число маневренных, с точки зрения такого перехода, малых и средних предприятий, а также отсутствие выбора поставщиков делали гражданскую часть промышленности Советского Союза технологически консервативной и дефицитной по новейшим видам продукции. В условия фактического отсутствия выбора покупателем наилучшего производителя ответственность монополиста становилась минимальной.
Качество и новизна продукции страдали и в связи с отсутствием иностранных конкурентов.
Исключительно сильно проявлялось такое последствие гипертрофированной монополизации советской экономики, как ее пониженная эффективность. Свидетельствами этого в СССР были завы¬шенные материальные и трудовые затраты на единицу выпускаемой продукции (в частности, трудоемкость, энерго- и материалоёмкость, существенно превышавшие мировой уровень), низкое качество продукции замедленный темп её обновления. Стоимостные показатели, такие, как уровень издержек и даже прибыль, зачастую не являлись главными для советских предприятий. Если предприятие выполняло план, то положение его руководства мало зависело от показателей прибыльности, что стимулировало расточительность производства.
В результате начала рыночных реформ в России, монополистические тенденции в стране резко усилились. Это усиление было во многом связано с распадом СССР и с ослаблением экономических связей с бывшими союзными республиками. К прежним монополистам добавились новые, а именно предприятия, не являвшиеся единственными производителями в рамках СССР, но ставшие таковыми на сократившейся хозяйственной территории.
Государству до настоящего времени не удалось достичь ощутимых успехов в создании полноценной конкурентной среды. Несмотря на все предпринятые меры, уровень развития конкуренции в нашей стране явно недостаточен.
По оценке специалистов, невысокий уровень развития конкуренции в стране связан со следующими причинами:
• приватизация не привела, как ожидалось, к появлению эффективных собственников, которые обладали бы необходимыми финансовыми ресурсами и заботились о развитии предприятия;
• принудительная реорганизация (реструктуризация) предприятий не была использована должным образом для массового образования новых конкурентоспособных хозяйствующих субъектов;
• не получил должного развития малый бизнес.
Во многих странах именно малый бизнес является естественной основой формирования конкурентной среды, полигоном для испытания венчурных технологических и экономических проектов. У него больше возможностей маневрировать капиталом, переключаясь с одного вида деятельности на другой; ниже операционные расходы. У работников малого бизнеса выше чувство причастности к делам фирмы и заинтересованность в ее успехе. Даже в условиях повышенного риска малые предприятия охотно берутся за новации, которые они затем могут передать на тиражирование крупным промышленным предприятиям.
Как показывает зарубежный опыт, чем выше доля малых предприятий в общем числе хозяйствующих субъектов и численности занятых, тем меньше безработица и выше конкуренция. Однако сегодня рост числа этих предприятий замедлился, а в промышленности их число даже уменьшилось. Основной сферой деятельности малых предприятий в России - торговля и посреднические услуги.
Для развития малого бизнеса необходимы доступные кредиты и льготное налогообложение, создание лизинговых компаний, информационных, консалтинговых и учебно-деловых центров, а также вовлечение малых предприятий в новые сферы деятельности, в международные программы сотрудничества. Пока же все это остается благим пожеланием из-за скудости госбюджета, недостатка политической воли у властей, коррумпированности чиновников.
2.2. Становление антимонопольной политики в России
Существенные экономические противоречия, порождаемые монополизацией, приводят к необходимости разрабатывать государственную антимонопольную политику. Суть антимонопольной политики заключается в использовании выгод крупномасштабной экономики и в нейтрализации её побочных последствий, связанных с ослаблением конкуренции на товарных и иных рынках.
Существуют два вида антимонопольной политики: антимонопольная политика в отношении естественных монополий и антимонопольная политика в отношении искусственных монополий.
Главными направлениями антимонопольной политики являются: стимулирование предпринимательства на основе развития конкурентных начал и правовое ограничение монополизации экономики.
Выделяют два метода антимонопольного регулирования: прямой и косвенный. Прямой метод регулирования включает правовые меры, устраняющие или предупреждающие монопольное положение отдельных субъектов на рынке. А к мерам косвенного регулирования относятся преимущественно финансово-кредитные методы предупреждения и преодоления монополистических явлений в экономике.
Специфика становления российских монополий сказалась и на особенностях законодательного регулирования их деятельности. В капиталистических странах Запада монополии появились, когда уже существовали развитые рыночные отношения. В этих условиях государ¬ство стало вводить ограничивающие антимонопольные нормы, чтобы воспрепятствовать удушению конкуренции. В отличие от этого, российское законодательство о конкуренции разрабатывалось при сильных монополиях и лишь формирующихся рыночных отношениях. Поэтому для нашей страны важно не только ограничивать монополизм и злоупотребления доминирующим положением, но и создавать конкурентную среду. При этом чтобы добиться соблюдения правил конкуренции, государству приходится проявлять изрядную политическую волю.
Первый закон, касающийся антимонопольного регулирования экономики - закон «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», появился в России в 1991 году.
С 1991 года было введено большое количество объективно необходимых законов, составивших организационно-правовую базу для регулирования монополий. К примеру, законы "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации" от 3 июля 1991 г., "О поставках продукции для федеральных государственных нужд" от 13 декабря 1994 г., "О финансово-промышленных группах" от 30 ноября 1995 г., "О естественных монополиях" от 17 августа 1995 г., "Об акционерных обществах" от 26 декабря 1995 г., "О некоммерческих организациях" от 12 января 1996 года и другие. Кроме того, был введен также ряд нормативно-правовых актов в виде указов Президента РФ и постановлений правительства.
Был создан Государственный комитет по антимонопольной поли¬тике, преобразованный впоследствии в Министерство по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства (МАП).
К концу 1990-х - в начале 2000-х годов возникла острая необходимость в обобщении правоприменительной практики в области антимонопольного законодательства, выявилась необходимость в его совершенствовании. Обновление правовой базы потребовалось для надежного пресечения злоупотреблений рыночной властью. Практика фиксировала большое количество ущемлений интересов хозяйствующих субъектов и прав потребителей со стороны монополий.
Специалисты по антимонопольной политики предлагают следующие меры правового регулирования демонополизации экономики и расширения конкурентной среды:
• запрещение соглашений, препятствующих вхождению других предприятий на рынок;
• недопущение чрезмерной концентрации производства;
• уменьшение ведомственного монополизма;
• запрещение немотивированных отказов от заключения договоров с определёнными продавцами или покупателями;
• запрещение соглашений между компаниями по разделу рынка по территориальному принципу или ассортименту реализуемой продукции;
• запрещение ценовых соглашений;
• эффективный антимонопольный контроль за проведением конкурсов, торгов, аукционов, в том числе при размещении заказов на поставки продукции для федеральных и муниципальных нужд (уже в 1998 г. финансовые обороты на таких конкурсах и торгах достигли 122 млрд. рублей);
• введение жестких мер против действий региональных властей,
препятствующих свободе перемещения товаров и капитала по всей
территории России;
• согласование антимонопольного законодательства стран СНГ,
адаптацию их конкурентной политики к международным принципам и
правилам.
Самыми действенными из всех методов антимонопольной политики для России на сегодняшний день, как и в общемировой практике, являются ограничительные меры. Они предусмотрены законом "О конкуренции" и применяются антимонопольными органами к хозяйствующим субъектам, нарушающими антимонопольное законодательство. Ограничительные меры включают запреты на монополистическую деятельность и недобросовестную конкуренцию, на действия органов власти и управления, которые могут неблагоприятно сказаться на развитии конкуренции.
Запреты на монополистическую деятельность подразделяются на запреты, направленные против соглашений, ограничивающих конкуренцию, и запреты на злоупотребление предприятиями своим доминирующим положением. Такие злоупотребления являются наиболее типичным (более 60%) нарушением антимонопольного законодательства.
Довольно часто встречаются такие нарушения, как навязывание контрагенту невыгодных условий договора, несоблюдение порядка ценообразования, согласованные действия предприятий, направленные на ограничение конкуренции и повышение цен. Мониторинг более 200 цен по основным промышленным позициям показал, что свыше трети предприятий, занимающих доминирующее положение на рынке, завышают цены на товары и услуги.
Закон запрещает устанавливать монопольно высокие или моно¬польно низкие цены, изымать товар из обращения и без достаточных оснований уменьшать объем производства. Все эти меры направлены против создания или поддержания дефицита, повышения цен, навязывания контрагенту условий договора, невыгодные для него или не относящиеся к предмету договора. Законодательство запрещает включать в договоры, дискриминирующие контрагента условия, которые ставят его в неравное положение по сравнению с другими предприятиями, препятствовать выходу на рынок (или уходу с него) другим предприятиям, побуждать контрагента отказываться от заключения договоров с отдельными покупателями (заказчиками), несмотря на то, что есть возможность произвести или поставить нужный товар.
Особое внимание антимонопольное законодательство во всем мире обращает на ограничение экономической концентрации и борьбу с монопольными ценами.
Ограничение экономической концентрации - наиболее действенная мера предотвращения ограничений рыночной конкуренции.
Резкое увеличение размера предприятия практически не происходит путем капитализации части прибыли. Размерный скачок связан с централизацией производства, то есть с объединением ранее самостоятельных предприятий в единую компанию. Концентрация экономической деятельности при этом возникает в результате создания, реорганизации или слияния предприятий и объединений или когда появляется возможность для группы организаций проводить на рынке согласованную политику (альянс).
Согласно закону "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках", если предприятие достигает определенного порога по объему операций, оно обязано получить согласие антимонопольного органа на свои действия (предварительный контроль) или уведомить его о них (последующий контроль).
При создании нового хозяйствующего субъекта учредители освобождены от предварительного контроля, однако они должны уведомить антимонопольный орган о создании предприятия в 15-дневный срок после регистрации. В случае если создание новой фирмы ведет к ограничению конкуренции, антимонопольные органы могут потребовать от учредителей восстановить первоначальные условия. Если же они опасаются негативных для конкуренции последствий своих действий, то возможно обращение в антимонопольные органы до регистрации и получение соответствующего заключения.
Российское антимонопольное законодательство не разрешает действия или сделки, в результате которых возможно установление или расширение рыночной власти производственной или коммерческой организации, если негативные последствия для конкуренции не компенсируются повышением ее конкурентоспособности на внутреннем и международном рынках. Поэтому контроль не мешает интеграции российских предприятий для конкуренции с зарубежными фирмами.
Однако создание, слияние, присоединение или ликвидация коммерческих организаций и приобретение акций нередко проходят с нарушением антимонопольного законодательства.
В целом, можно сказать, что контрольная деятельность антимонопольного ведомства пока недостаточно эффективна. Оно не привлекает органы отраслевого управления к проведению конкурентной политики в отраслях, не имеет следственных полномочий (в отличие, например, от японской Комиссии по добросовестной торговле), ему трудно получать требуемые сведения. Соглашение между антимонопольными органами и Госналогслужбой об обмене информацией и содействии друг другу практически не выполняется. Суды не применяют статью Уголов¬ного кодекса, в соответствии с которой виновный в установлении монопольных ограничений конкуренции может быть лишен свободы на срок от 2 до 7 лет. Статья не работает еще и потому, что предприниматели не готовы подавать жалобы и взаимодействовать с правоохранительными органами, а антимонопольное ведомство не проявляет активности в подаче исков о таких нарушениях.
Борьба с монопольными ценами - монопольно высокой и монопольно низкой ценой - один из важнейших инструментов ограничения монопольной власти, то есть злоупотреблений доминирующим положением компании на рынке.
Монопольно высокая цена — это цена, устанавливаемая доминирующим на рынке данного товара хозяйствующим субъектом (производителем), чтобы компенсировать необоснованные затраты, вызванные недостаточно полным использованием производственных мощностей, и (или) получить дополнительную прибыль за счет снижения качества товара.
Монопольно низкая цена имеет два варианта. Во-первых, - это цена монополиста-покупателя (монопсониста), установленная доминирующим на рынке данного товара покупателем, приобретающим товар с целью получить дополнительную прибыль и (или) компенсировать за счет продавца свои необоснованные затраты. Второй вариант монопольно низкой цены связан с ценой, сознательно установленной доминирующим на рынке данного товара продавцом на уровне, приносящем конкуренту, а иногда и себе, убытки от продажи с целью вытеснения конкурентов с рынка.
Запрет на установление монопольных цен действует довольно стабильно, хотя и здесь возникает немало проблем. В частности, действующие по настоящий период "Временные методические рекомендации по выявлению монопольных цен" от 21 апреля 1994 г. предлагают одновременно использовать концепцию ограничения прибыли и концепцию сравнения рынка. Применение первой концепции осложняется тем, что производственные затраты необходимо устанавливать с учетом того, что производственные мощности могут быть исчерпаны. Но в условиях произошедшего в истекшем десятилетии спада производства, на многих предприятиях исчерпание производственных мощностей не происходит. Так же нереально выяснить действительную себестоимость, прибыль и рентабельность предприятия в условиях распространенного бартера и неучтённых результатов деятельности. Поэтому предпочтительной оказывается концепция сравнения рынков, в рамках которой антимонопольному ведомству не нужно проверять производственные показатели предприятия-монополиста, достаточно на основе внешних факторов выявить признаки монопольно высоких или монопольно низких цен.
Сейчас в России чаще практикуются монопольно высокие цены, а в большинстве стран с развитой конкуренцией - монопольно низкие, иногда даже демпинговые. Российский монополизм проявляет свое антиконкурентное поведение преимущественно в отношениях с потребителями или поставщиками, а не с конкурентами. Но по мере развития конкуренции повышается вероятность применения монопольно низких цен: мощные многопрофильные компании благодаря перекрестному субсидированию за счет прибыльности одних секторов могут занижать цены на продукцию других и тем самым блокировать кон¬курентов. В этой части особенно необходимо контролировать холдинговые корпорации и финансово-промышленные группы.
Важным для антимонопольной политики является также запрет на недобросовестную конкуренцию.
Под недобросовестной конкуренцией понимаются действия, направленные на приобретение преимуществ, которые противоречат законодательству, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и которые причинили (могут причинить) убытки конкурентам или нанесли ущерб их деловой репутации. Речь идет о распространении ложных, неточных или искаженных сведений, способных причинить убытки либо нанести ущерб конкуренту, введении потребителей в заблуждение относительно характе¬ра, способа, места изготовления, потребительских свойств и качества его товара, а также о некорректном сравнении собственного товара с аналогичной продукцией конкурентов. К недобросовестной конкуренции также относится получение, использование, разглашение научно-технической, производственной, торговой информации или коммерческой тайны без согласия владельца.
Так же, безусловно, растёт интерес предпринимателей к защите деловой репутации предприятия и правовой охране товарных знаков от их незаконного использования.
В антимонопольной политике используются ещё и запреты на антиконкурентные действия органов власти и управления. Развитие рыночных отношений предполагает устранение прямого вмешательства государственных органов власти в деятельность предприятий. Законом запрещено принимать нормативные акты и совершать действия, которые ограничивают самостоятельность предприятий, создают дискриминирующие или благоприятные условия для одних в ущерб другим и тем самым ограничивают конкуренцию, ущемляют интересы предприятий или граждан.
Практика выявляет множество примеров подобного вмешательства в дела частных компаний. Например, Ассоциация пользователей услуг транспорта обратилась в антимонопольные органы с заявлением о нарушении закона "О конкуренции" со стороны бывшего МПС, которое обязало собственников грузовых вагонов, не относящихся к парку МПС, приобретать новые узлы для ремонта вагонов за счет собственных средств, несмотря на единые правила планового ремонта подвижного состава для всех предприятий и организаций независимо от отраслевой принадлежности и форм собственности. Это решение МПС, создавшее дискриминирующие условия для предприятий, имевших собственный вагонный парк, антимонопольными органами было отменено.
Особенно много нарушений, связанных с вмешательством в дела частных компаний допускают власти субъектов Федерации и органы местного самоуправления допускают многочисленные нарушения, в частности необоснованно предоставляют льготы, ограничивают создание предприятий, вводят запреты на их деятельность, продажу или покупку товаров, указывают на приоритетность некоторых договоров, произвольно устанавливают размеры регистрационного сбора, препятствуют выходу на рынок товаров и услуг "иногородних" предприятий и так далее.
Подобные действия органов власти имеют экономическую подоплеку, желание угодить "своим" предприятиям или тем, кто обещает финансовую поддержку на выборах.
Антимонопольное законодательство ограничивает или прямо запрещает вмешательство в дела частных компаний должностным лицам государственной власти и управления. Должностным лицам государственной власти и управления запрещено:
• заниматься предпринимательской деятельностью, иметь в собственности предприятия;
• самостоятельно или через представителей голосовать посредством принадлежащих им акций (вкладов, паев, долей) на общих собраниях акционеров;
• совмещать функции органов исполнительной власти и местного самоуправления с функциями хозяйствующих субъектов, а также наделять хозяйствующие субъекты функциями и правами этих органов.
Антимонопольным законодательством не разрешается создавать министерства, госкомитеты и другие административные органы для монополизации производства или реализации товаров, а также наделять уже существующие органы полномочиями, способными ограничить конку¬ренцию. Решения исполнительной власти и местного самоуправления по вопросам создания, реорганизации и ликвидации предприятий или предос¬тавления льгот должны согласовываться с антимонопольным ведомством.
Кроме перечисленных мер, в антимонопольной политике России в качестве инструмента антимонопольного контроля широко используется реестр предприятий и организаций. По результатам анализа состояния товарного рынка и доли предприятий на нем (более или менее 35%) они включаются либо исключаются из государственного реестра. Осуществляют эту регистрацию антимонопольные органы: непосредственно МАП, если речь идет о российском рынке в целом, или его территориальные управления в разрезе региональных рынков. Реестр составляется для того, чтобы иметь информационную базу о крупнейших субъектах рынка и контролировать соблюдение ими антимонопольного законодательства.
Количество включенных в реестр предприятий зависит от границ товарного рынка, на котором определяется их доля. Чем детальнее рассматривается номенклатура продукции, тем больше предприятий может быть включено в реестр.
Антимонопольные органы выявляют предприятия, имеющие значи¬тельную долю лишь в производстве наиболее важной для экономики, структурообразующей и социально значимой продукции. В реестр обязательно попадают предприятия, являющиеся единственными производителями отдельных видов продукции в России. В него включены, например, Брянский машиностроительный завод (вагоны изотермические), "Калугапутьмаш" (машины рельсосварочные, краны укладочные) и так далее.
Но внесение предприятия в реестр еще не говорит о том, что оно является монополистом и к нему следует применить ограничительные меры - скажем, по ценам, ибо само наличие крупных предприятий не означает, что они злоупотребляют своим доминирующим положением. Более того, учитывается, что их монополистическая деятельность невозможна, если на рынке ограничен платежеспособный спрос или ресурсы для развития производства.
Непременным элементом рыночной экономики являются естественные монополии. Естественная монополия представляет собой сферу производства продукции и услуг, где минимальные издержки на единицу товара в рамках национальной или региональной экономики могут быть получены только в единой производящей компании. Существование в условиях рынка естественных монополий объективно оправдано - здесь конкуренция либо невозможна, либо нежелательна по экономическим или технологическим причинам. То есть раздробление предприятия, и любая конкуренция в данной сфере деятельности приводит к снижению общественной эффективности производства продукции и качества услуг.
В современной экономике сферой естественных монополий преимущественно являются:
• магистральные транспортно-проводящие системы (железнодорожное путевое хозяйство, магистральные трубопроводы, высоковольтные линии электропередачи, общенациональные каналы связи и т.п.);
• производство уникальных или технологически сверхсложных и сверхдорогих изделий.
По Закону Российской Федерации «О естественных монополиях», сфера регулирования включает транспортировку нефти и нефтепродуктов по магистральным трубопроводам, транспортировку газа по трубопроводам, услуги по передаче электрической и тепловой энергии, железнодорожные перевозки, услуги транспортных терминалов, портов и аэропортов, услуги общедоступной и почтовой связи.
В российской промышленности существуют примерно четыре тысячи предприятий-монополистов. Их доля составляет 7% от общего числа зарегистрированных предприятий. Около пятисот предприятий относится к естественным монополиям.
Классическим примером крупнейших естественных монополистов в России после выделения в 2003 году из состава Министерства путей сообщения РАО «Железные дороги России» можно считать, прежде всего, РАО «ЕЭС России» и РАО «Газпром». Их дальнейшая судьба вызывает непрерывные и острые дискуссии.
Эти отрасли являются чрезвычайно капиталоемкими, значительная часть их издержек носит постоянный характер. Доля постоянных издержек в цене единицы продукции продолжает увеличиваться. Кроме того, до по¬следнего времени субъекты естественных монополий финансировали инве¬стиции в значительной мере за счет внутренних источников (инвестиционные и стабилизационные фонды, формируемые за счет себестоимости и прибыли), что определило чрезмерную нагрузку на тарифы.
В 1990-х годах отраслевые цены естественных российских монополий росли более быстрыми темпами, чем в других отраслях экономики. В ряде случаев цены приблизились к уровню мировых, а по некоторым позициям (например, международные телефонные тарифы) превзошли их. Непрерывный рост цен на услуги естественных монополий - один из основных факторов сохранения высоких темпов инфляции в стране.
Необходимость государственного регулирования ценообразования в естественных монополиях была осознана властью лишь уже к середине 1990-х годов, когда рост цен на производимую ими продукцию существенно сказался на кризисе экономики. Быстрый и значительный рост цен в электроэнергетике, газовой промышленности, отраслях связи и на железнодорожном транспорте обусловил необходимость постановки вопроса об обоснованности издержек (расходы на заработную плату, социальные выплаты, инвестиционную деятельность) и о соответствии качества предлагаемых продукции и услуг уровню цен. Во всех отраслях, содержащих естественно-монопольные сегменты, заработная плата, например, существенно превышала среднюю по экономике, и их работники пользовались большими социальными льготами по сравнению с другими отраслями.
Высокие темпы инфляции, провоцируемые в значительной мере ростом цен на услуги естественных монополий, создавали угрозу необходимости введения административного регулирования чрезмерно большого количества цен в отраслях-потребителях продукции и услуг естественных монополий. Эту ценовую угрозу реформаторское крыло правительства восприняло как угрозу возврата к принципам командной экономики. Стремление ограничить круг регулируемых цен заставило правительство уделять большее внимание проблемам регулирования естественных монополий.
В 1995 году был принят Закон «О естественных монополиях», регламентирующий государственное регулирование в этом секторе российской экономики. В 1996 году были приняты три указа Президента о создании государственных служб по регулированию естественных монополий в ТЭК, связи и транспорте.
Правительство в последующие годы предприняло ряд мер по жесткому ограничению роста цен естественных монополий. Были ликвидированы внебюджетные фонды в отраслях ТЭК и стаби¬лизационный фонд РАО «Газпром» (в значительно мере под давлением требований МВФ). «Газпром» был лишен основных налоговых льгот. В 1997 г. из состава себестоимости производства энергии были исключены целевые инвестиционные фонды. Рост цен несколько замедлился по сравнению с предшествующими годами реформы.
Зарубежный опыт показывает, что главным в деятельности по регулированию естественных монополий является максимальная независимость регулирующих органов, как от других органов государственного управления, так и от регулируемых ими хозяйственных субъектов. Необходима также согласованность интересов и направлений работы регулирующих органов. При таких условиях создается возможность принимать и реализовывать наиболее оптимальные решения.
Характерно, что в первоначальном проекте Закона предполагалось предоставить регулирующим органам высокую степень независимости: члены их правлений, назначенные на продолжительный срок, не могли быть уволены ни по каким причинам, кроме как по решению суда; предусматривался запрет на совмещение должностей членами правлений, владение акциями регулируемых компаний и т.п. Однако в окончательной редакции многие прогрессивные положения, заимствованные из многолетней практики регулирования в зарубежных странах, были либо смягчены, либо изъяты, что ставит под вопрос возможность принятия решений, в достаточной степени защищенных от влияния различных политических сил.
В настоящий период потребители продолжают оказывать существенное давление на правительство вплоть до выдвижения требования о замораживании цен на услуги естественных монополий. Мотивом этих выступлений служат ценовые и конкурентные злоупотребления, допускаемые естественными монополиями.
Основными методами регулирования деятельности естественных монополий служат:
• ценовое регулирование, то есть прямое определение цен (тарифов) или назначение их предельного уровня;
• адресное определение потребителей для обязательного обслуживания и/или установление минимального уровня их обеспечения.
Органам регулирования также вменяется в обязанность контролировать различные виды деятельности субъектов естественных монополий, включая дополнительную эмиссию акций, сделки по приобретению прав собственности, крупные инвестиционные проекты, продажу и сдачу в аренду имущества.
На сегодняшний день в России сформирована только одна система органов, регулирующих цены естественных монополий и действующих вне отраслевых рамок. Это Федеральная и региональные энергетические комиссии, созданные в 1992 г. для регулирования тарифов на электро - и теплоэнергию. Впоследствии на эти комиссии была возложена функция контроля за ценообразованием и установления тарифов на газ и железнодорожные грузовые перевозки. Контроль над другими естествен¬ными монополиями осуществляется профильными административными органами (Минэкономики, Минтрансом, Министерством путей сообщения, Минсвязи и т.п.).
Тем не менее, правовые основы регулирования многих аспектов деятельности естественных монополий до настоящего времени не имеют четкой законодательной основы. Законодательно зафиксированы лишь отдельные положения регламентации этой сферы.
Государственный контроль хозяйственной деятельности естественных монополий был значительно ослаблен в связи с преобразованием многих предприятий в акционерные общества. В этом случае помимо отраслевых начинают доминировать еще и корпоративные интересы. Федеральное правительство, сохранив в своих руках контрольные пакеты акции, или будучи основным акционером, недостаточно активно включилось в механизм корпоративного управления.
Очевидно, что процесс формирования органов регулирования хозяйственной деятельности естественных монополий будет не только продолжительным, но и болезненным. Министерства не хотят отдавать соответствующие полномочия. Остро стоит проблема финансирования этих органов. Довольно сложно привлечь в них квалифицированных сотрудников, так как заработная плата государственных служащих значительно ниже заработной платы работников аналогичного уровня в регулируемых компаниях. Многие из высококвалифицированных отраслевых специалистов, которые могли бы выполнять подобную работу, занимают высокооплачиваемые должности в организациях, которые должны подвергаться регулированию.
Необходима дальнейшая разработка эффективных методов регулирования, улучшение информационной базы, позволяющей принимать обоснованные решения. Сами естественные монополии требуют реструктурирования, что позволит сформировать более ком¬пактную и управляемую сферу регулирования.
Антимонопольная политика в России переживает процесс становления, совершенствования законов и их активного применения. В области создания законодательной и в целом институциональной основы регулирования монополий и проведения антимонопольной политики в России были предприняты некоторые важные и необходимые меры, но многое в отношении построения эффективной системы регулирования еще предстоит сделать.
Антимонопольная политика должна совершенствоваться как в отношении монополий закрытого и открытого типа, так и в отношении естественных монополий, что, пожалуй, на данный момент наиболее важно для российской экономики. Это совершенствование в значительной мере должно использовать опыт развитых капиталистических государств.
В выборе методов антимонопольной политики необходимо исходить из ожидаемых государством выгод, добиваясь при этом минимизации издержек. Реформирование антимонопольной политики способно помочь российской экономике в расширении конкурентной среды и внутреннего рынка.
Монополизация является неизбежным следствием концентрации производства. Основную угрозу для российской экономики представляют сегодня региональные монополии, препятствующие образованию общенационального рынка.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ
ИНСТРУМЕНТЫ И ИСТОЧНИКИ КОНЦЕНТРАЦИИ ПРОМЫШЛЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА
Глава 3. Организационно экономические формы производственной концентрации в базовых отраслях промышленности
3.1. Конгломератная форма концентрации промышленного производства
Концентрация производства и капитала в промышленности идет в двух организационных формах - в форме корпорации и в форме стратегического альянса. В корпорации объединение предприятий в единый комплекс достигается путем установления контроля над их собственностью со стороны консолидированного владельца. В альянсе устойчивые связи между входящими в него участниками формируются путем налаживания взаимовыгодных договорных отношений. Такая организационная форма может не оформляться юридически, то есть может не являться организационно-правовой.
Дальнейшее развитие стратегических альянсов как форм хозяйствования в промышленности современной России стало еще более актуальной задачей в результате действия ряда факторов. Важнейшие среди них - необходимость концентрации значительных усилий для участия в не закончившемся еще процессе передела собственности, в совместном решении масштабных хозяйственных задач. Появление стратегических альянсов связано также давлением на мировых рынках на российских производителей, с интеграцией крупнейших российских корпораций в мировую хозяйственную систему.
Для решения многих из возникающих при этом стратегических вопросов даже у крупных российских корпораций не хватает зачастую собственных финансовых и административных ресурсов.
В этих условиях корпорациям необходимо сконцентрировать свои усилия на реорганизации структуры. Любая форма корпорации должна соответствовать стратегической цели, которую ставят перед собой компании, и внешним условиям развития.
Альянс промышленных структур в отличие от корпорации представляет собой их стратегическое объединение частями капитала для решения совместных задач. В России стратегическим альянсам зачастую присущи отдельные организационные элементы, свойственные финансово-промышленным группам, однако, без использования механизмов передачи прав собственности.
Российская переходная экономика отличается непрозрачностью и неопределенностью форм собственности, неразвитостью рыночной инфраструктуры, острым недостатком информации и коммуникационной ограниченностью. Численность независимых организаций, обеспечивающих потребителей надежной информацией, невелика.
Неудовлетворительно функционирует арбитражный механизм. Эффективность государственных организаций в сфере рыночной экономики чрезвычайно низка.
В нынешних условиях становления рыночных институтов в России предприятия могут успешно развиваться, только будучи частью интегрированной группы, выступающей в роли посредника между индивидуальным предприятием и несовершенными рынками. В развитой рыночной экономике эту роль выполняют финансово-промышленные группы, холдинги и другие устойчивые структурированные типы конституированных корпораций. Однако в современной России критериям, определяющим соответствие организационной структуре ФПГ, холдинга или другого конституированного типа корпорации в полном объеме не отвечает практически большинство существующих хозяйственных объединений. Эту функцию выполняют стихийно складывающиеся специфические объединения, получившие название интегрированных бизнес-групп. В западной практике синонимом этого типа корпорации является понятие «конгломерат».
На практике можно говорить о создании интегрированных бизнес-групп (ИБГ), как этапе на пути формирования и развития более четкой корпоративной структуры. Интегрированные бизнес-группы играют роль отсутствующих, стандартных, институциональных, интегрированных, производственных и финансовых структур, эффективно функционирующих в развитых странах. В России на создание таких структур может уйти, по разным оценкам, от 10 до 30 лет. Хотя скорость институциональных преобразований в промышленности России достаточно высока. Это особенно касается институциональных преобразований в тех секторах, которые активно включились в мировые рынки.
Процесс формирования интегрированных бизнес-групп промышленности России протекал по трем сценариям. Первый сценарий: группа формировалась вокруг промышленного предприятия или группы промышленных предприятий.
Второй сценарий: происходило объединение предприятий вокруг коммерческого банка. Третий сценарий - основой группы был торговый дом, вокруг которого формировался банковский и промышленный капитал. Наиболее устойчивой формой интегрированной группы были первый и второй варианты развития.
Специфика институциональной среды способствовала тому, что в рамках интегрированных бизнес-групп начали складываться собственные хозяйственно-финансовые структуры, включающие банк, сбытовую организацию, страховую компанию, негосударственный пенсионный фонд и т.д. В мировой практике это явление не новое. Через подобные этапы проходило большинство развитых стран. Такая "самодостаточность" была характерна для крупных конгломератов в США в первые десятилетия XX в., для западноевропейских компаний в 50-е годы, для японских - в 50-60 годы, для южнокорейских "чеболей", существующих еще до настоящего времени.
Современная российская интегрированная бизнес-группа представляет собой набор типичных функциональных элементов - предприятий и организаций. Основой крупной интегрированной бизнес-группы является своеобразное "ядро", включающее главным образом предприятия добывающих (нефтяные компании) или перерабатывающих отраслей (черной или цветной металлургии). Как редкое исключение следует отметить акционерную финансовую компанию "Система", основу которой составляют наукоемкие отрасли промышленности (связь, телекоммуникации, предприятия НИОКР).
Особую роль в структуре интегрированных бизнес-групп играют финансовые организации. Отсутствие финансовых посредников приводит к повышению издержек фирмы на приобретение необходимых факторов производства; затрудняет продвижение новых торговых марок (брэндов) на рынки и заключение контрактных отношений с иностранными партнерами.
Каждая промышленная группа в своем составе имеет акционерный коммерческий банк - собственную кредитную организацию как расчетный финансовый центр, канал перевода денежных средств за рубеж, накопитель финансовых ресурсов группы, депозитарий для хранения ценных бумаг, реестров акционеров и т.д. В состав интегрированной группы входит несколько акционерных банков, что объясняется следующими причинами. Во-первых, исторически сложилось так, что в группе находится несколько центров влияния - несколько руководителей группы, проводящих финансовые операции через подконтрольные им банки. Группа могла формироваться путем объединения достаточно крупных холдингов, на момент слияния уже имевших "свои" кредитные организации. Во-вторых, в интегрированной группе намеренно создавалось несколько банков, выполнявших различные банковские функции. В-третьих, некоторые банки специально создавали как своеобразную диверсификацию рисков на случай возникновения экономических кризисов внутри страны, а также "экономических войн" между ИБГ.
В составе группы развивалась филиальная дилерская сеть для сбыта продукции внутри страны. За рубежом предприятия действуют через контрагентов - мировых трейдеров, значительно реже - через свою сбытовую сеть. Характерна следующая особенность: в большинстве российских регионов, где реализуется продукция предприятий группы, создаются дочерние, аффилированные структуры, через которые осуществляется коммерческая деятельность.
Составным элементом интегрированных бизнес-групп являются страховые компании. Страховые компании в интегрированных бизнес-группах на начальном этапе своего развития создавались исключительно для занижения налогооблагаемой базы. С развитием страхового рынка роль этих компаний внутри групп постепенно возрастала. В настоящее время они выступают как элемент социальной политики на предприятиях, как кредитный орган и т.д. Существенной и возрастающей функцией страховых компаний интегрированных бизнес-групп становится компенсация потерь, возникающих в случае невыполнения контрактов. В этих условиях диверсифицированные бизнес-группы могут снижать транзакционные издержки своих предприятий.
Именно из недр крупных ИБГ вышли компании, занимающие сегодня лидирующее положение на отечественном рынке страховых услуг, например, "РОСНО" (АФК "Система"), "Прогресс Гарант" (НК "ЮКОС"),
В интегрированных бизнес-группах создавались депозитарии, финансовые и инвестиционные компании, а также другие дочерние структуры, призванные осуществлять и отслеживать операции на фондовом рынке с акциями предприятий группы, хранить и вести реестры акционеров. В крупных промышленных интегрированных бизнес-группах успешно функционируют предприятия НИОКР, которые по функциональному назначению можно разделить на отраслевые и консультационные. К первым относятся научно-исследовательские и проектные институты, ведущие прикладные исследования в интересах предприятий группы, разрабатывающие новые технологии; ко вторым - консалтинговые агентства или бюро для решения главным образом системных задач (планирование на перспективу, отслеживание мировых тенденций и тенденций внутри страны) и для проведения внутреннего консультирования подразделений группы. По времени создания они делятся на те, которые вошли в группу в процессе приватизации - в основном бывшие отраслевые НИИ, НИПИ и КБ, и на вновь образуемые для решения задач, встающих в связи с многогранностью потребностей и интересов интегрированных групп.
Следует также выделить широкий спектр обслуживающих и сервисных организаций: всевозможные частные охранные предприятия, медицинские учреждения, ассоциации, представительства в регионах и др. Данный сегмент интересен для исследования ИБГ, поскольку именно из предприятий этой группы создан своеобразный буфер, призванный решать проблемы несовершенства институциональной среды.
Наряду с типичными функциональными элементами в каждой из бизнес-групп есть организации, не получившие широкого распространения как самостоятельные бизнес-единицы. Среди них - небанковские расчетные центры; небанковские кредитные организации; расчетные системы с эмиссией пластиковых карт; предприятия, занимающиеся арендой материальных средств. В интегрированных бизнес-группах существуют и "экзотические" для конституированного типа корпораций организации. Например, 51% акций Академического Большого симфонического оркестра имени П. И. Чайковского принадлежат "ЛУКОЙЛУ".
Перечисленные виды предприятий не являются характерными только для интегрированных бизнес-групп. Они имеют и "независимые" от ИБГ аналоги, представленные на экономическом поле России.
В интегрированных бизнес-группах взаимосвязи между элементами промышленной группы условно можно разделить на два типа:
• первый - формирование доверительных отношений между участниками группы, где одному или нескольким членам группы делегируются полномочия развивать какой-либо бизнес в рамках ИБГ (этот тип со временем получил наибольшее распространение);
• второй - создание жесткой управляющей структуры - команды во главе с организатором ИБГ.
К первому типу - "альянсам по интересам" - можно отнести "Сибал" -"Русал" - "Сибнефть", "Альфа" - "ТНК" - "СУАЛ-Холдинг". Их особенностью является содружество нескольких крупных производственных холдингов и банковских структур. Ко второму типу относятся жестко вертикально интегрированные холдинги, главным образом нефтяные ("Сургутнефтегаз", "ЛУКойл"). Они представляют собой крупные компании с полным циклом переработки. Управление внутри холдинга осуществляется одним лицом - директором компании.
В чем основные ограничения той экономической модели, которая сложилась в России на рубеже веков? Отвлекаясь от деталей, можно выделить институциональные и структурные ограничения. Система государственных и рыночных институтов стабилизировалась в некотором относительно устойчивом состоянии. Это означает, что зачастую неформальные, полутеневые отношения, которые были важнейшим адаптационным ресурсом, смягчавшим шоки переходного кризиса, приобрели устойчивый характер. Формальные институты, несмотря на их развитие, все еще не действуют в автоматическом режиме. В результате экономические взаимосвязи возможны между предприятиями, которые включены в те или иные сети доверительных отношений.
Интегрированные бизнес-группы представляют собой один из типов таких сетей. Структурные ограничения сложившейся хозяйственной модели вытекают из сохранения в экономике значительного нерыночного сектора и одностороннего включения России в мировую экономику.
Позитивные результаты формирования интегрированных бизнес-групп в России проявились в том, что эти многоотраслевые группы оказались единственными структурами, пережившими острый финансово-экономический кризис августа 1998 года. В то же время, скажем, банковская система еще не до конца преодолела его последствия. Роль ИБГ оказалась особенно существенной при адаптации крупной промышленности к рыночной экономике. Предприятия, включенные в ИБГ, легче преодолели трансформационные шоки, поскольку получили новую "среду" в виде инвестиционных и маркетинговых партнеров, подразделений по стратегическому планированию, подбору персонала, связям с общественностью и др.
Для России на ближайшие 5-7 лет главным инвестором, очевидно, будут крупные российские интегрированные бизнес-группы. Серьезной альтернативы им в этом вопросе на сегодняшний день нет. Государственные финансовые институты пока не готовы проводить широкомасштабные инвестиционные проекты.
Интегрированные бизнес-группы, "вырастающие" из энергетических и сырьевых компаний, фактически оказались единственным институтом, способным аккумулировать финансовые потоки, необходимые для инвестиций и перераспределения собственности через прямую скупку активов. В России образовался значительный инвестиционный потенциал, состоящий из средств крупных интегрированных бизнес-групп.
Ежегодно объемы инвестиций отечественных ИБГ в собственные инвестиционные проекты увеличиваются вдвое. Пока нет оснований предполагать, что столь высокие темпы снизятся.
Практика показывает, что под успешно развивающийся бизнес вполне реально получить кредиты. Отечественные бизнес-группы в период 1997-2002 гг. активно привлекали для финансирования собственных инвестиционных программ внешние кредиты, сравнимые по объемам с собственным потенциалом. Весьма вероятно значительное увеличение инвестиций в интегрированные бизнес-группы.
Интегрированные бизнес-группы начинают играть решающую роль в привлечении иностранного капитала. Иностранные инвесторы, действуя самостоятельно, не смогут полностью освоить вновь образовавшуюся нишу инвестиционных возможностей. Здесь результативными оказываются горизонтальные связи "бизнес - бизнес".
Именно ИБГ обладают реальными возможностями для такого партнерства путем реализации частичных пакетов акций на принципах проектного финансирования, совместного предпринимательства и других форм образования стратегических альянсов, в том числе и в высокотехнологичных секторах.
Представители отечественных бизнес-групп являются основными претендентами на приватизируемую государственную собственность. Подтверждением этого служит активная экспансия нефтяных компаний "ЛУКойл" и "ЮКОС" в газовой и электроэнергетической отраслях, совместная покупка в конце 2002 года «Сибнефтью» и ТНК государственного пакета акций компании «Славнефть».
В последнее время многие ИБГ проявляют заинтересованность в межотраслевом переливе капиталов, причем в сектора экономики, характеризующиеся повышающейся степенью добавленной стоимости. Это направление перелива капитала следует признать положительной тенденцией, поскольку в противном случае происходила бы консервация отраслевой структуры с нарастанием признаков "голландской болезни".
Так было в 2000 г., когда свыше 50 % инвестиций пришлось на топливно-сырьевые и инфраструктурные секторы экономики. Следующим логичным шагом объективно может стать "выход" интересов этих компаний в сферу высоких технологий.
Интересы интегрированных бизнес-групп объективно направлены на укрепление единого экономического пространства и унификацию законодательной среды. Это способствует повышению управляемости и устойчивости экономики, преодолению хозяйственной основы сепаратизма.
Отделения и предприятия ИБГ расположены в различных регионах России, причем процесс региональной экспансии нарастает. Так, если в 1993 г. "ЛУКойл" оперировал в 5 регионах, то в 2000 г. - уже в 21, соответственно "Интеррос" - в 1 и 23, "Альфа-групп" - в 2 и 37 регионах. Для межрегиональных бизнес-групп органы управления субъектов Федерации становятся важнейшими компаньонами.
Адекватной реакцией региональных элит можно признать стремление к привлечению крупных бизнес-групп на свои территории. Пока, к сожалению, в большом количестве регионов встречается и активное противодействие приходу в них крупного российского бизнеса, если он не имеет "местного" происхождения.
Наблюдается опасная тенденция - после каждых очередных выборов разгорается новый виток борьбы за собственность. Почти сразу после своего избрания новые руководители начинают предпринимать усилия по вытеснению из регионов компаний, пришедших при прежнем руководстве, и продвижению "своих" компаний. При этом используется ресурс властных полномочий региональных властей.
Процесс интеграции предприятий в многопрофильные конгломераты сопровождается интенсивной реорганизацией управления, оптимизацией его структуры.
Интегрированные бизнес-группы результативны также и с социальной точки зрения. В современной России на частных предприятиях интегрированных бизнес-групп идет концентрация не только капитала, но и высококвалифицированных трудовых ресурсов. Состав их персонала вполне конкурентоспособен на мировом рынке.
Необходимо отметить высокую эффективность труда персонала на этих предприятиях. Всего 2 % от общей численности занятых в экономике создают 25 % экспорта страны, отчисляют 10 % на социальные нужды и практически дают Уз налогов на прибыль. Конечно, не стоит забывать, что бизнес многих из этих компаний связан с извлечением природной ренты. Предприятия интегрированных бизнес-групп характеризуются, как правило, высокой трудовой дисциплиной, основанной на качественном управлении и материальной мотивации.
В зависимости от экономической конъюнктуры предприятия или сокращают, или увеличивают численность персонала. Это одна из основных причин, вызывающая нестабильность численности работников на предприятиях. Необходимо отметить, что во время экономического кризиса 1998 года при росте безработицы в стране, предприятия, входящие в структуры интегрированных бизнес-групп, в основном сумели сохранить численность персонала.
Отмеченные особенности интегрированных бизнес-групп формируют лояльность наемных работников по отношению к собственникам.
Особенностью формирования многоотраслевых групп в России является то, что в отличие от развивающихся стран оно происходит на уже сложившейся масштабной индустриальной базе. Это обстоятельство во многом предопределяет создание высококонцентрированных корпоративных структур. Такие крупномасштабные корпоративные структуры способны в перспективе не только самостоятельно генерировать нововведения и осуществлять значительные по объемам НИОКР, но и
концентрировать вокруг себя малый и средний бизнес, в том числе инновационный. Национальная инновационная система в России страдает существенной неполнотой именно из-за того, что в стране нет крупных наукоемких компаний. Отсутствие инновационного спроса с их стороны явилось одной из причин практической стагнации малого инновационного бизнеса. Выход интегрированных бизнес-групп в сферу машиностроения, химической промышленности и телекоммуникаций создает предпосылки (при соответствующих налоговых и других льготах) для более активного их включения в инновационные процессы.
Государственная экономическая политика сегодня не может не исходить из признания крупного бизнеса в качестве важнейшего субъекта национальной модернизации. В этом плане важна конкретная стратегия взаимоотношений государства и деловых кругов. Она не может быть комплексной без учета интересов национального бизнеса и сформированного им инвестиционного потенциала. Обеспечение глобальной конкурентоспособности национального капитала должно стать необходимым звеном всей государственной экономической стратегии.
При этом важно учитывать природу и особенности концентрации в развитии интегрированных бизнес-групп. Можно выделить четыре типа концентрации: общую концентрацию (на основе удельного веса таких групп в ВВП); комплексную концентрацию (на основе степени диверсификации); рыночную концентрацию (доля монополий или олигополии, входящих в группу компаний на соответствующем рынке); концентрацию собственности (характер распределения голосующих акций среди собственников).
В развитых странах, в которых процесс становления диверсифицированных компаний шел эволюционным путем, меры государственного регулирования фокусировались на рыночной концентрации (регулирование монополии и олигополии). В странах же с моделями так называемого "сжатого экономического развития" (например, Южная Корея), где становлению ИБГ оказывалась непосредственная поддержка со стороны государства, преимущественное развитие получила общая и комплексная концентрация.
Очевидно, и в России, где ИБГ формируются на основе уже сложившихся крупных производственных комплексов, меры государственного регулирования следует направить на поддержку комплексной и общей концентрации. Прежде всего, в каждой ИБГ целесообразно стимулировать процесс определения "ядра" бизнеса, ограничив сферу их деятельности тремя-четырьмя базовыми секторами, вокруг которых будут развиваться основные структуры ИБГ. При этом разрешение на новые слияния и поглощения ИБГ должны получать при принятии обязательств продажи части своих непрофильных активов.
Государство может стимулировать процесс "враждебных" поглощений и слияний через механизм субсидирования процентных ставок по кредитованию подобных операций. Формирование прогрессивной структуры ИБГ возможно также на основе передачи в доверительное управление (или прямой продажи) пакетов акций предприятий, закрепленных за государством. Важную роль в оптимизации структуры ИБГ может сыграть конверсия налоговой задолженности предприятий в их акции с последующей продажей этих акций стратегическим собственникам.
Для повышения эффективности процесса формирования ИБГ он должен осуществляться в рамках совместных решений представителей государства и бизнес-групп, что в других странах получило название "большая сделка" (big deal). В этом состоит стратегическая задача форсированного развития российской экономики.
Постоянные, устойчивые партнерские отношения государства и бизнеса являются необходимым и важнейшим условием нормализации социальной организации общества. В России, к сожалению, взаимоотношения двух ветвей власти, отношения с регионами и федерализм, институционализация партийной системы имеют более высокий приоритет, чем отношения с бизнесом. Между тем, в контексте государственного строительства отношения с бизнесом приобретают стратегическое значение. Именно государство должно определить, какими станут взаимоотношения и будут ли они партнерскими. Представляется, что сегодня российский бизнес в гораздо большей степени готов к переходу на партнерские отношения с государством, чем несколько лет назад. Важное условие перехода к таким отношениям - не только зрелость потенциального партнера, но и изменение парадигмы его восприятия как исключительно ценного общественного института рыночной экономики и устойчивой политической демократии.
Начиная с 1992 г. система взаимоотношений крупного бизнеса и государства прошла достаточно динамичный период эволюции, который в других развитых странах занял несколько десятилетий. Первоначальное установление привилегированных связей с крупными бизнес-структурами, способными взять на себя функцию агентов государства и даже собственно его функции, объяснялось слабостью государства, остротой политического противостояния (проявлениями этой ситуации стали - институт уполномоченных банков, залоговые аукционы 1995-1996 гг. и др.). Эти отношения дополнялись патронажем со стороны конкретных чиновников либо непосредственным вхождением предпринимателей в исполнительные структуры. В последнее время такое положение характерно для регионального уровня, особенно северных и монорегионов. В дальнейшем происходит замена целевых установок: "патронирование" своих структур с использованием административного ресурса уступает место власти, которая нанимает высококвалифицированный менеджмент.
На федеральном уровне следующим этапом стало формирование такого типа отношений, который в прессе получил название "олигархия". На самом деле это означало возникновение экономической элиты. Проблемы заключались в том, что ее взаимоотношения с властью не были ни институционализированы, ни структурированы. Наиболее эффективные взаимодействия осуществлялись по неформальным каналам, круг участников был ограничен, а связи носили гибкий и оперативный характер. Все это не позволяет считать олигархию оптимальной моделью координации власти и крупного бизнеса. События весны-осени 1997 г., августовский финансовый кризис 1998 г. и, в особенности, последствия смены высшей политической власти показали, что олигархия оказалась не столько реальной политической силой, сколько фантомом массового сознания.
После президентских выборов 2000 г. власть предложила альтернативную модель взаимодействий с бизнесом, основанную на их _институционализации. Центральным посредником между государством и бизнесом становятся союзы и ассоциации предпринимателей. Такова практика всех без исключения развитых стран, где аналогичные связи обеспечиваются плотной и весьма иерархичной структурой региональных, отраслевых и национальных ассоциаций и торговых палат.
Условно можно говорить о двух типах такого взаимодействия: режим консультаций (Совет отраслевых объединений экспортеров при Минэкономразвития) и режим делегирования (отношения между ФКЦБ и НАУФОР). На уровне крупного бизнеса заметную роль начинает играть РСПП, на уровне среднего - "Деловая Россия", на уровне малого - Объединение предпринимательских организаций России (ОПОРА). А знаковым для всего делового сообщества, особенно процессов его интеграции в мировую экономику, стало растущее влияние обновленной Торгово-промышленной палаты РФ.
Главное преимущество институциональной модели заключается в упорядоченности и системности взаимоотношений власти и бизнеса, а основной недостаток - в жесткости и бюрократизации. Институциональную модель нельзя считать оптимальной для России, поскольку она не может включать весь объем взаимоотношений. Во-первых, отечественные ИБГ являются высокодиверсифицированными организациями и их интересы шире интересов действующих ассоциаций. Во-вторых, специфика неустоявшейся переходной экономики часто требует большей гибкости и избирательности.
Мировой опыт показывает, что гибкость институциональной модели обеспечивается благодаря возникновению в механизме взаимодействий нового звена - сектора агентств в структуре как ИБГ, так и независимых посредников. Их представляют аналитические и консультационные службы, PR-агентства, лоббистские структуры. Такая двухсекторная модель представительства интересов (ассоциации плюс агентства) долгое время считалась американской спецификой. Однако под влиянием глобализации и деятельности межнациональных компаний она распространилась на Западную Европу и Японию. Институциональная гибкость превращается в важнейший стратегический ресурс в системах представительства интересов.
Развивающаяся в России модель взаимодействий интересов снижает общий уровень конфликтности и политизации в обществе. Мировой опыт свидетельствует, что потребности развития будут способствовать укреплению двухсекторной модели взаимодействия крупного бизнеса и власти и расширению социальной базы партнерства за счет вовлечения в эту орбиту новых участников - мелкого бизнеса, профсоюзов, обществ потребителей и т.д.
Очевидно, что крупный российский бизнес через определенный период будет выглядеть совершенно иначе, чем сегодня. Вполне вероятен и вариант полного исчезновения некоторых интегрированных бизнес-групп. В настоящее время этот процесс уже затронул те из них, которые базировались не на собственности, а, скорее, на "специальных" услугах.
Возможны два варианта эволюции сформировавшихся в экономике России интегрированных бизнес-групп. Первый вариант - трансформация ИБГ в высокодиверсифицированные промышленные корпорации, поставляющие на рынки широкий перечень продукции и услуг. По мере выстраивания стандартных процедур корпоративного контроля будет происходить постепенный отход собственников от непосредственного участия в управлении.
Реализация этого сценария потребует проведения активной государственной политики по нормализации процедур защиты собственности и контрактов, политики поддержки конкурентоспособности ведущих отечественных компаний. Развитие институциональной среды и системы финансовых посредников приведет к тому, что "ядром" бизнеса станут его более сложные формы, связанные с машиностроением и высокими технологиями, при превращении отделений нефтедобычи и выпуска металла сначала в "дойных коров", а затем в самостоятельные корпорации. По такому сценарию развитие уже идет в таких корпорациях, как "ЮКОС", "Сибирский алюминий", "Северсталь".
Второй вариант - дезинтеграция, то есть реализация части непрофильных активов и формирование специализированного "ядра".
Этот вариант основан на том, что избыточная диверсификация активов представляет большую опасность для сформировавшихся интегрированных бизнес-групп. Избыточная диверсификация - результат выбранной в 1990-е годы ваучерной модели приватизации, сложившейся как доминирующая в экономике государственно-частной формы собственности, залоговых аукционов, а также сохраняющейся процедуры банкротств. Угроза устойчивой убыточности, потери контроля для диверсифицированных конгломератов связана и с дефицитом квалифицированных менеджеров, слабостью процедур корпоративного управления, боязнью собственников делегировать полномочия, особенно финансовые.
Вариант дезинтеграции, то есть реализации части непрофильных активов и формирования специализированного "ядра" предполагает предварительную оптимизацию структуры компании, определение относительно устойчивых рынков и поставщиков, "отладку" финансовых, маркетинговых и кадровых служб.
Избыточная диверсификация часто приводит к выделению прибыльных активов в независимую компанию. При этом выделяющаяся компания может сохранять определенные коалиционные связи с прежней интегрированной бизнес-группой. В ближайшее время, по-видимому, эта тенденция будет нарастать.
Вместе с тем, этап становления и развития отечественных интегрированных бизнес-групп достаточно точно соответствует мировой истории, и современным тенденциям формирования корпоративного сектора на развивающихся рынках и поэтому является сегодня неизбежным и прогрессивным явлением.
3.2. Развитие институциональных форм концентрации производства в промышленности
Наиболее распространенной организационной формой концентрации промышленного производства в большинстве основных отраслей российской промышленности является создание технологически интегрированных корпораций.
К технологически интегрированным корпоративным структурам относятся корпорации с вертикальной интеграцией производства. Сущность вертикальной интеграции в производстве состоит в том, что корпорация, замыкает весь технологический цикл - от НИОКР, разработки технологии и специального оборудования до выпуска готовой продукции. В производстве наибольшее распространение получили именно вертикально интегрированные корпорации. Мировой опыт показывает, что этот тип корпорации является наиболее эффективной структурой в условиях жесткой конкурентной борьбы. Сам факт их господства в корпоративной структуре выступает критерием устойчивости текущего экономического состояния страны.
Основными движущими мотивами создания вертикально-интегрированных структур является:
• эффективное использование производственных ресурсов путем их консолидации;
• минимизация транзакционных издержек.
Вертикально интегрированные производственные структуры могут существенно повысить экономическую эффективность производства.
Фактором создания вертикально-интегрированных структур может служить ужесточение конкуренции. В качестве одного из многочисленных примеров перехода промышленных корпораций к вертикально-интегрированной технологической структуре можно привести приобретение «Нижнекамским нефтехимическим комбинатом» контрольного пакета акций одного из потребителей своей продукции — «Ефремовского завода синтетического каучука».
Ужесточение конкуренции на нефтехимическом рынке, возникшее после образования аффилированного с «Газпромом» нефтехимического холдинга «Сибур», подвигло предприятие замкнуть производственную цепочку. Ефремовский завод, в свое время не принявший предложение войти в «Сибур», оказался в особенно невыгодном положении после создания холдинга, так как большинство поставщиков продукции ЕЗСК и ее потребителей оказались в «Сибуре». В результате этого отношения с бывшими партнерами фактически прекратились. У Ефремовского завода остался один единственный поставщик «Нижнекамскнефтехим». Очень скоро обоим предприятиям стало очевидно, что конкурировать с «Сибуром» можно только путем создания вертикально-интегрированнго технологического холдинга.
Одним из факторов создания вертикально интегрированной структуры является специализация производства. Под специализацией принято понимать процесс сосредоточения выпуска определенных видов продукции в отдельных отраслях промышленности, на отдельных предприятиях и их подразделениях. Специализация - это процесс производства однородной продукции или выполнения отдельных технологических операций. Специализация предприятий и цехов происходит в результате обособления производств однородных готовых изделий, а также производства отдельных составных частей продукции и отдельных операций технологического процесса по их изготовлению. Специализация производства в промышленности осуществляется в трех формах: предметной, подетальной и технологической.
Предметная специализация означает сосредоточение производства определенных видов продукции конечного потребления.
Подетальная специализация - сосредоточение производства определенных деталей и агрегатов, заготовок и полуфабрикатов, а также выполнения отдельных технологических процессов. Примером подетальной специализации может служить шарикоподшипниковый завод, завод автомобильных поршней и т.п.
Технологическая специализация (или постадийная) означает превращение отдельных фаз производства или операций в самостоятельные производства. Например, изготовление профилей на сталеплавильном заводе.
Любой вид специализации производства в отрасли должен характеризоваться однородностью продукции и однородностью технологического процесса, специальным оборудованием и высококвалифицированными кадрами. Специализация - необходимое условие высокой конкурентоспособности.
Создание заводов с более узкой предметной специализацией позволило значительно повысить уровень организации производства, дало возможность перейти в ряде отраслей к крупносерийному и поточному производству, то есть подготовило благоприятные условия для выделения в обособленные производственные процессы выпуска многих деталей, узлов, полуфабрикатов, входящих в состав конечного продукта. Одновременно переход к более совершенным видам предметной специализации в пределах отдельно взятой производственной единицы с замкнутым производственным циклом почти исчерпал внутренние возможности дальнейшего развития.
Это противоречие было снято в результате возникновения подетальной и технологической специализации. Выделение отдельных технологических процессов в самостоятельные специализированные производства означало создание самостоятельных предприятий с неполным, частичным циклом производства и необходимость организационно-экономического кооперирования определенной совокупности заводов между собой в целях эффективного выпуска готовых изделий.
Другим фактором создания вертикально-интегрированных структур является желание ограничить конкуренцию путем монополизации снабжения сырьем и полуфабрикатами, а также монополизацией распределительных каналов, что может поставить конкурентов в сложное положение.
Особенно это ощутимо, если на смежном рынке действует ограниченное число предприятий. Подчиняя себе новый технологический этап производства, фирма часто руководствуется именно логикой конкурентной борьбы, желанием поставить преграду на пути своего конкурента и получить для себя преимущества. Концерны, например, перерабатывающие сырье и владеющие при этом месторождениями полезных ископаемых, находятся в более выгодном положении, чем компании, не интегрированные с сырьевой сферой.
При вертикальной интеграции создаются препятствия входа на рынок новых экономических агентов. Эти препятствия для фактических и потенциальных конкурентов возникают в двух вариантах:
• ограничивается доступ к последующей стадии производственного процесса;
• ограничивается доступ к предшествующей стадии производства.
Если монополизация снабжения сырьем и полуфабрикатами невозможна, то компания может добиться преимущественных позиций в конкурентной борьбе, контролируя следующие за производством стадии движения товара.
Американский экономист М. Эдельман, изучавший вертикальную интеграцию, пришел к выводу, что интеграцию порождает несовершенная конкуренция. Иначе говоря, фирма прибегает к вертикальной интеграции, если она не может купить нужный товар по рыночной цене или если этот товар становится редким и дорогим. Таким образом, по его мнению, одна из причин вертикальной интеграции - монополистическая структура промышленности, неуверенность фирм в получении сырья по конкурентным ценам.
Вертикальная интеграция может дать выход из положения, которое складывается при двусторонней монополии. Сложность двусторонней монополии связана с возможностью, когда одна из сторон отказывается от сделки, если противоположная сторона не соглашается на предлагаемые условия. Достичь рыночного соглашения, когда стороны выдвигают ультиматумы, не просто. Выход из такого положения как раз и дает вертикальная интеграция.
Одним из факторов создания вертикально-интегрированных структур является дефицит оборотных средств в одном или нескольких звеньях технологической цепочки. Если усилия не объединяются, это может привести к остановке деятельности всей технологической цепочки.
Консолидация ресурсов дает наибольший эффект именно в вертикально интегрированной структуре. Консолидация ресурсов существенно повышает устойчивость бизнеса.
В рамках вертикально-интегрированных структур один из элементов структуры производит то, что является сырьем или полуфабрикатом для другого элемента, в связи с этим, элементы вертикально интегрированной структуры практически не испытывают многих проблем с материально-техническим снабжением и со сбытом. Координация движения потоков сырья, материалов, полуфабрикатов, направленная на сокращение удельных затрат производственных ресурсов, обеспечивает значительный экономический выигрыш. Сокращаются транзакционные издержки.
Дополнительный потенциал эффективности вертикальной интеграции состоит также в существенном ускорении всего цикла движения материалов и, соответственно, ускорении оборота капитала и окупаемости производственных затрат в рамках компании.
Для этого используется единая интегрированная система управления, в составе которой создается организация корпоративной телекоммуникационной среды и сетевой информационной инфраструктуры, способная осуществлять непрерывный промышленный мониторинг.
При вертикальной интеграции становится возможным более детальное планирование, способствующее усилению ритмичности производства. Используя внутрифирменное планирование, некоторые вертикально интегрированные корпорации осуществляют производственный процесс без каких либо запасов деталей.
При вертикальной интеграции расширяется возможность совместного финансирования производства и его развития с учетом корпоративных критериев, а также финансового маневрирования в рамках вертикально интегрированной структуры. Одним из факторов такого маневрирования может являться разная скорость морального и физического старения производственных фондов в разных звеньях производственной цепочки.
При объединении усилий предприятий, находящихся на разных этапах производственного цикла, можно создать своеобразную «кассу взаимопомощи» для финансирования приоритетных направлений в рамках вертикально интегрированной структуры, без дополнительного привлечения дорогостоящих банковских кредитов.
Как правило, вертикально-интегрированные структуры получают гораздо большую выгоду от внутрифирменных отношений, чем от рыночных отношений с поставщиками и потребителями.
В вертикально-интегрированных корпорациях легче осуществляется налоговое планирование. Это связано с возможностями оптимизировать товарно-денежные потоки с точки зрения налогообложения, а также с особенностями ценообразования в вертикально-интегрированных корпорациях. Налоговое планирование способствует снижению издержек.
При кооперации предприятий, не связанных организационным вхождением в единую вертикально интегрированную корпорацию с увеличением числа сопряженных производств, происходит относительное удорожание конечного продукта по сравнению с корпоративной ценой. В условиях вертикальной интеграции можно избежать возрастания цен по технологическим переделам. Дополнительные выгоды дает использование внутренних условно-расчетных (трансфертных) цен, что уменьшает налогооблагаемую прибыль и уменьшает цену конечного продукта.
Одним из преимуществ вертикально интегрированной корпорации является то, что цена конечного продукта рассчитывается без учета рентабельности внутренних производств. В условиях свободной продажи каждый производитель руководствуется принципом получения наибольшей рентабельности. Но рентабельность всей производственной цепочки объективно никогда не может быть одинаковой.
При разной рентабельности отдельных технологических фаз в условиях неинтегрированного производства между предприятиями возникают противоречия, разрешаемые достаточно сложным механизмом образования дефицитов и перелива капиталов. В рамках вертикально интегрированной корпорации таких проблем не существует. Отсутствие необходимости исчислять рентабельность внутренних производств позволяет вертикально-интегрированным компаниям перераспределять денежные доходы между входящими в них предприятиями.
Своей политикой цен вертикально-интегрированные корпорации вытесняют с рынков неинтегрированные компании.
В вертикально-интегрированных структурах не существует кризиса сбыта между звеньями технологической цепочки. Здесь подразделения корпорации могут передавать свои изделия по технологической цепочке. Эти изделия потребляются следующим звеном в производственных целях без непосредственной оплаты закупок сырья. Так происходит до конечного звена цепочки, где производится конечная продукция. Внутрифирменные расчеты предельной продукции могут происходить после продажи конечной продукции.
Консолидация финансовых ресурсов в вертикально-интегрированных структурах позволяет хеджировать риски от нестабильной ситуации на рынке. Например, нефтяные компания даже в условиях падения цен на сырую нефть получают чистую прибыль за счет нефтепереработки и нефтехимии. Прибыль от нефтепереработки и нефтехимии позволяет поддерживать всю технологическую цепочку. В настоящее время российские нефтяные компании вкладывают денежные ресурсы в восточноевропейскую нефтепереработку и нефтехимию для хеджирования рисков падения цен на нефть. Нефтеперерабатывающие и нефтехимические заводы этих стран расположены в непосредственной близости к рынкам сбыта. К примеру, НК "ЛУКОЙЛ" купила нефтеперерабатывающие заводы в Румынии и Болгарии.
В вертикально-интегрированных технологических структурах существует значительный потенциал снижения издержек обращения.
В теории транзакционных издержек внимание менеджеров концентрируется на возможности разных форм экономии путем упорядочения рыночного поведения отдельных фирм на основе заключения долгосрочных контрактов, регулирующих совместную деятельность. Конечно, сама контрактация как процесс достижения взаимовыгодных межфирменных договоренностей, зачастую стоит немалых средств (это и есть "транзакционные издержки"). Однако многосторонний эффект экономии долгосрочной системы контрактного регулирования совместной деятельности (например, в сфере поставок, трансфертных цен, сбыта и т.д.) может существенно превысить транзакционные издержки, связанные как с разработкой первоначального контракта, так и с его корректировкой в связи с меняющимися условиями внешней среды.
В соответствии с теорией транзакционных издержек в качестве наиболее важного интеграционного фактора выступают так называемые специфические активы взаимодействия предприятий, то есть конкретные характеристики ресурсного потенциала (основных фондов, кадров, ноу-хау), обеспечивающие эффективность кооперации. К ним может быть, в частности, отнесено следующее: узкая специализированность оборудования, приводящая к тому, что произведенная на нем продукция может иметь сбыт только в рамках вертикально интегрированной структуры; близость месторасположения смежных производств; наличие взаимодополняющих специализаций рабочей силы и сложившейся кооперации в области НИОКР.
Специфические активы, как правило, не могут быть перепрофилированы для использования в альтернативных целях или альтернативными пользователями без потерь соответствующего производственного потенциала. По мере возрастания уровня сближения "специфичности" активов взаимодействующих хозяйственных субъектов усиливается мотивация к заключению длительных двусторонних (многосторонних) контрактных отношений и к объединению в рамках вертикально-интегрированных корпораций как альтернатива ориентации на самостоятельное рыночное поведение или заключение разовых сделок.
Обратной стороной экономии на транзакционных издержках в рамках вертикально-интегрированных структур является упущенная выгода вследствие отказа от поиска новых партнеров, предлагающих более выгодные условия.
Вертикальная интеграция в некоторых случаях дает возможность повысить эффективность производства за счет экономии на масштабе. Хотя и существует распространенное мнение, что эффект экономии на масштабе более характерен для горизонтальной интеграции, чем для вертикальной.
В вертикально-интегрированных структурах есть потенциал решения проблемы неплатежей. Неплатежи в российской экономике способствовали в большой мере распространению вертикальной интеграции. Взаимные неплатежи между поставщиками и потребителями продукции породили следующие формы вертикальной интеграции: группы производителей, объединенные бартером, давальчеством, системой неплатежей.
Бартерные схемы, включая и многоступенчатые, с использованием векселей охватили все стадии производственного цикла, углубляя неформальную вертикальную интеграцию. Заказчики оказываются накрепко привязанными к своим поставщикам.
Бартерные расчеты получили широкое распространение в российской промышленности. Пик бартерных сделок пришелся на конец девяностых годов. Если в 1992 г. бартер обслуживал 5 % сделок предприятий, то к 1999 г. его доля выросла, по крайней мере, до 47 %. По различным отраслям в 1999 г. бартерные сделки составляли от 30 до 80 % общего объема взаимных поставок между предприятиями. До сих пор доля бартерных расчетов остается достаточно высокой в разных отраслях промышленности и достигает от 17 до 67 %. Бартер позволяет избежать риска неплатежей, хотя и при определенных дополнительных затратах. В условиях устойчивых цепочек бартер позволяет осуществлять многосторонний, достаточно эффективный контроль не только за ритмичностью взаимных поставок, но и за их качеством.
Давальческие контракты занимают существенное место в поставках сырья перерабатывающим предприятиям России. Согласно контракту давальчества, перерабатывающее предприятие получает в качестве платы за переработку сырья определенную часть конечной продукции. Услуги по переработке могут оплачиваться и в денежной форме. Поставщиком давальческого сырья могут быть экономические агенты, как связанные, так и не связанные организационно структурированными отношениями с перерабатывающими предприятиями. В частности, сырье на нефтеперерабатывающие предприятия по давальчеству поставляется как нефтяными компаниями, входящими в тот же холдинг, так и принадлежащими к другим объединениями. Принадлежность нефтедобывающего и нефтеперерабатывающего предприятия к одному холдингу при прочих равных условиях повышает долю сырья, поставляемого с использованием контракта давальчества.
Одним из факторов создания вертикально-интегрированных структур является возможность производства более качественной конечной продукции, что является важным конкурентным преимуществом. Контролируя ряд ключевых производственных процессов, определяющих качество конечной продукции, вертикально-интегрированные компании могут повысить качество конечной продукции, а, контролируя сбытовую сеть, они могут обеспечивать качественное послепродажное обслуживание, что также является существенным элементом конкурентных преимуществ.
В вертикально-интегрированных компаниях становится возможным своевременное введение новой технологии. В процессе интеграции ведущих производств создается унифицированная система, в которой становится возможной быстрая разработка новых продуктов.
Так, в 80-е годы производители мотоциклов в Великобритании не могли контролировать фирмы-поставщики компонентов. Поэтому получение новых узлов при переходе к выпуску новых моделей занимало минимум полгода. В противоположность этому японская вертикально-интегрированная компания «Хонда», производя важнейшие узлы и двигатели мотоциклов на своих предприятиях, получила возможность осваивать новые виды продукции практически немедленно.
Кроме того, вертикально-интегрированные корпорации могут быстро вывести на рынок новые товары, интегрируя сбытовую сеть компании.
Снижая цены на конечную продукцию, повышая ее качества за счет воздействия перечисленных выше факторов, вертикально интегрированные корпорации улучшают конкурентные позиции и облегчают сбыт своей продукции.
Создание современных рыночно-ориентированных вертикально-интегрированных организационно-экономических структур необходимо не только в производственной, но и в научно-технической сфере. Проблема обновления научно-производственного потенциала стоит сегодня перед страной очень серьезно. Мы теряем позиции в тех отраслях, где несколько лет назад российское преимущество было бесспорным. Это, в частности, относится к ракетно-космической, атомной и авиационной отраслям.
Главным направлением в реструктуризации наукоемких производств постепенно становится концентрация научно-технического потенциала на основе ведущих отраслевых научно-исследовательских институтов, располагающих мощной экспериментально-производственной базой путем присоединения к ним узкоспециализированных институтов и серийных производственных предприятий. Это позволит сократить многотипность разрабатываемых и изготавливаемых образцов, ликвидировать разобщенность подотраслей по многим важным направлениям. Таким, например, как радиоэлектроника (в том числе элементная база), материаловедение и другим. Появляются реальные предпосылки межотраслевой технологической интеграции и, главное, межотраслевого использования передовых технологий.
Практическая реализация этих тенденций связана с созданием и достаточно быстрым распространением в технологически прогрессивных отраслях промышленности научно-производственных объединений. Научно-производственные объединения являются разновидностью вертикально интегрированной корпорации. Эта форма особенно специфична сегодня для военного сектора экономики. Такие научно-производственные объединения представляют собой сегодня, как правило, государственные унитарные предприятия со статусом федерального научно-производственного центра, аккредитованные как научные организации, выполняющие функции головного разработчика сложных технических и наукоемких систем. Научно-производственное объединение - эффективная и перспективная форма производственной корпорации.
О масштабе подобного объединения можно судить на примере «НПО машиностроения». Сегодня в объединении работают около 4 000 человек, в многоуровневую производственную кооперацию с «НПО машиностроения» входят более 200 предприятий.
Создание вертикально-интегрированных технологических структур существенно повышает уровень концентрации современной промышленности.
Если первоначально концентрация производства нашла отражение в укрупнении хозяйствующих единиц за счет привлечения дополнительного капитала и рабочей силы, то затем концентрация производства порождает новую тенденцию - стремление предприятия к самообеспечению посредством сосредоточения в своих рамках всего технологического цикла по изготовлению данного товара. Эта тенденция в экономической теории известна как "вертикальная интеграция".
В основе производственной вертикальной интеграции лежит технологическая неделимость производственных процессов. Вертикальную интеграцию можно охарактеризовать как организационный прием для разработки, производства и эффективного выхода продукции на рынок.
Производственная вертикальная интеграция может развиваться в направлении охвата производства сырья («назад» - backward) в сочетании с производством основных продуктов. В отечественной практике она называется восходящей интеграцией. Примером могут являться алюминиевая промышленность: добыча бокситов - производство проката; шинное производство: изготовление резины — шинный завод и т.д. Стимулом к восходящей интеграции является обеспечение устойчивого материально-технического снабжения.
Развитие производственной вертикальной интеграции может идти и в направлении охвата системы сбыта («вперед» - forward). В отечественной практике она называется нисходящей интеграцией: производство бензина - автозаправочные станции. Стимулом к нисходящей интеграции является стремление предприятия приблизиться к конечному потребителю. Вертикальная интеграция может быть комбинированным производством. Например, металлургический завод - механический завод. И, наконец, вертикальная интеграция может охватывать все стадии движения продукта. Этот вид интеграции называется всеобъемлющей интеграцией.
Наблюдается общемировая тенденция создания корпораций, объединяющих предприятия целых отраслей, в особенности стратегически значимых для страны. Такие же тенденции характерны и для России. Так, в 2000 году произошло создание холдинга «Русский алюминий». В него вошли ведущие предприятия отрасли - Красноярский, Братский, Саянский алюминиевые заводы, Николаевский и Ачинский глиноземные комбинаты. Холдинг представляет собой по размеру второе в мире объединение этой отрасли цветной металлургии. Капитал холдинга составляет 8,5 млрд. долларов.
Организационно-экономическое объединение основных предприятий отрасли позволяет решать масштабные задачи по оптимизации производственной и инфраструктурной базы. В этой связи характерно, что холдинг «Русский алюминий» рассматривает возможность приобретения или самостоятельного строительства собственных крупных электростанций, чтобы ликвидировать зависимость от монопольного поставщика электроэнергии РАО «ЕЭС России».
Любопытна просматривающаяся при этом ситуация - отраслевой холдинг, выступающий сам монополистом в своем секторе экономики, усиливающий степень монополизации соответствующего продуктового рынка, в то же время может способствовать демонополизации смежных отраслей.
Одним из преимуществ таких мощных отраслевых объединений является не только возможность концентрации отраслевых финансовых ресурсов, но и значительное возрастание доверия и интереса крупных банков к сотрудничеству с отраслью. Например, холдингу «Русский алюминий» были сразу же предоставлены крупные кредиты отечественными и рядом немецких банков (Сбербанк России - 200 млн. долларов, Росбанк - 50 млн. долларов).
В черной металлургии объединение происходит в форме создания единого отраслевого холдинга. Корпорация «ЕврАз-Холдинг», управляющая Нижнетагильским, Кузнецким и Западно-Сибирским комбинатами, ведет переговоры с Новолипецким металлургическим комбинатом о создании единого холдинга «Русская сталь».
В энергетическом машиностроении отраслевое объединение состоялось в форме созданного концерна «Силовые машины». Инициатором здесь выступил холдинг «Интеррос», в который входит ряд предприятий энергетического машиностроения. Возглавляет холдинг В. Потанин. Участниками вновь созданного концерна являются крупнейшие предприятия отрасли - Ленинградский металлический завод (производство турбин), завод «Электросила» (производство генераторов), Завод турбинных лопаток, Калужский турбинный завод, компания «ЛМЗ-Инжиниринг» и АО «Энергомашэкспорт». Годовой объем продаж в 2001 году составит 0,5 млрд. долларов.
Подобная консолидация отрасли отражает общемировые процессы концентрации в ряде секторов промышленности.
Специфика народнохозяйственного комплекса нашей страны проявляется в том, что он функционирует на огромной территории с различной плотностью населения, большой дифференциацией запасов топливно-энергетических, минерально-сырьевых ресурсов, а также уровней развития транспортных коммуникаций.
Межрегиональные связи играют важную роль при создании интегрированных структур. Межрегиональные связи - это система экономических отношений и интересов регионов, которые формируются и развиваются в процессе функционирования общественного производства. Эта система обусловлена разделением и специализацией общественного труда, размещением производительных сил и природно-географическими условиями.
При формировании интегрированных производственных структур огромную роль играет рациональное размещение производств интегрированной структуры, позволяющее обеспечивать большую эффективность производства конечного продукта.
Одной из главных задач повышения эффективности, снижения стоимостных затрат является сокращение чрезмерно дальних, особенно громоздких перевозок, приближение материалоемких производств к источникам сырья, а топливно-энергетических - к источникам энергии. Особенно важно приближение энергоемких производств к источникам топлива и энергии, например, цветной металлургии или отраслей химической промышленности. К источникам сырья приближаются материалоемкие производства, например, черная металлургия, тяжелое машиностроение. Производство продукции отраслей легкой и пищевой промышленности приближается к районам потребления, а наукоемкие отрасли - к районам, обеспеченным квалифицированными трудовыми ресурсами.
Важное значение для эффективного размещения производства имеет также рациональное территориальное разделение труда между регионами и в пределах их территорий. Особое значение оно имеет для России с ее огромной территорией, большими размерами административно оформленных регионов, богатейшим и разнообразным природно-ресурсным потенциалом.
Основными факторами рационального размещения производств интегрированных структур являются:
• природные ресурсы;
• демографические ресурсы;
• производственная и социальная инфраструктура;
В размещении отдельных производств интегрированных компаний необходимо учитывать совокупность всех факторов, но в то же время следует выделять факторы, особо влияющие на рациональное размещение отдельных производств. Так, например, при размещении отдельного производства в зависимости от природных факторов следует выделить звенья производственного цикла, тяготеющие к источникам сырья. Эти производства целесообразнее размещать в тех регионах, где существуют необходимые сырьевые ресурсы.
При размещении добывающих звеньев интегрированных структур особенно важна экономическая оценка ресурсов: горногеологические условия того или иного ресурса, мощность пласта или рудного тела, глубина залегания, размеры запасов, качество (содержание железа в железных рудах, нужных компонентов в рудах цветных металлов, калорийность углей, компонентный состав нефти или газа и т.д.).
Топливно-энергетический фактор является одним из важнейших факторов при размещении многих производств. Особенно большое количество топлива и энергии потребляют такие производства, как производство ферросплавов, алюминия, магния, меди, никеля, свинца, синтетического аммиака, синтетических волокон, каучука. Так, в Ленинградской области в ближайшее время будет построен крупный алюминиевый завод, который станет ядром интегрированного холдинга «Алюминий Северо-Запада». Предприятие планируется построить в городке Сосновый Бор. Место выбрано не случайно, так как в этом городе работает одна из крупнейших российских атомных электростанций - ЛАЭС. Она в последнее время производит излишнюю энергию, которую просто некому продавать. Этот фактор весьма значителен, учитывая, что электроэнергия - это 60 - 70 % себестоимости готового алюминия.
Из группы природных факторов большое значение для производства имеет водный фактор.
Большое влияние на рациональное размещение производственных звеньев технологической цепочки оказывают демографические факторы. При размещении отдельных предприятий необходимо учитывать как уже сложившуюся в данном регионе демографическую ситуацию, так и перспективную ситуацию. Современная демографическая ситуация в России характеризуется большой неравномерностью расселения.
Из многообразия экономических факторов, влияющих на размещение отдельных производств интегрированных структур, следует выделить транспортный фактор, то есть наличие железных дорог, водных путей, трубопроводов и т.д. При размещении отдельных производств этот важнейший фактор имеет особое значение, так как. он обеспечивает хозяйственные связи внутри вертикально-интегрированных структур. Экономически выгодные радиусы кооперирования между предприятиями разных этапов производства конечного продукта могут быть значительно увеличены при условии решения таких задач, как существенное снижение индивидуальных издержек производства кооперируемой продукции и транспортных расходов при ее доставке между предприятиями интегрированной структуры.
Важным экономическим фактором размещения производства является научно-технический прогресс.
Концентрация промышленного производства происходит в немалой степени под воздействием и при непосредственном участии органов региональной власти.
Влияние регионального аспекта на создание интегрированных структур можно проследить на примере интегрированного холдинга «СУАЛ». Предприятия холдинга расположены в разных концах России. В компании удачно сочетаются региональные преимущества двух предприятий - Уральского и Иркутского заводов, расположенных в разных регионах. «Уральский алюминиевый завод» (УАЗ) - это приближенность к сырьевой базе, развитое глиноземное производство. «Иркутский алюминиевый завод» (ИркАЗ) - в основном производство алюминия, обслуживание потребителей алюминиевой продукции восточных регионов. УАЗ в составе компании занимает исключительное место как поставщик глинозема для собственного производства и для нужд Иркутского завода. Наконец, одним из главных преимуществ компании является то, что сегодня она - единственное объединение в алюминиевой промышленности России, имеющее реальный доступ к крупным, экономически перспективным запасам природного сырья - бокситам Средне-Тиманского месторождения в Республике Коми.
Наличие двух основных заводов, расположенных на расстоянии 3500 км друг от друга, дает корпорации ряд стратегических преимуществ. УАЗ может обеспечить своей продукцией потребителей, расположенных в Европейской части страны, и осуществлять экспортные операции через порты Балтики. ИркАЗ расположен ближе к восточным регионам и странам Азиатского континента и эффективно обслуживает эти рынки.
При формировании интегрированных производственных структур необходимо учитывать и социально-экономическую политику региональных властей. В настоящее время, помимо собственников предприятий, в создании интегрированных структур в рамках конкретного региона заинтересованы и региональные власти.
Регионы разрабатывают собственные концептуальные подходы к проведению социально-экономической политики, включая ее промышленные аспекты. При этом, в качестве ведущего инструмента реализации региональной промышленной политики рассматривается создание региональных корпоративных объединений, в том числе интегрированных структур. Интегрированные структуры помогают решать многие социальные проблемы, а крупнейшие интегрированные структуры являются основой стабильности в регионах. В качестве примера можно назвать создание крупных региональных корпораций «Тульский промышленник», «Уральские заводы», «Магаданзолото». Региональные власти заинтересованы в размещении всех стадий производственного цикла, так как. увеличиваются налоговые поступления в региональный бюджет.
Регионы, как правило, получают ощутимые выгоды от формирования региональных интегрированных производственных структур.
Интегрированные структуры обеспечивают население региона рабочими местами, могут влиять на осуществление социальных программ и гарантий, развитие социальной инфраструктуры, тем самым, снижая социальную напряженность в регионе. Региональным властям, как правило, легче найти общий язык с одним руководителем интегрированной структуры, чем с несколькими директорами разрозненных предприятий.
Деконцентрация за годы реформ государственного участия в модернизации российской промышленности способствовала тому, что интегрированные компании в большей степени укрепляли сотрудничество с региональной исполнительной властью. Интегрированные структуры играют все более активную роль в развитии региональной экономики.
Данный процесс развивается по линии создания региональных интегрированных структур, объединяющих участников, расположенных на территории внутри отдельных регионов, а межрегиональная интеграция предприятий - в рамках межрегиональных интегрированных структур.
Так, на Казанском авиационном производственном объединении (КАПО) имени С.П. Горбунова при значительной организационной и финансовой поддержке правительства Татарстана создан среднемагистральный пассажирский самолет Ту-214, рассчитанный на перевозку 210 пассажиров на расстояние до 7000 километров со скоростью 850—900 километров в час. Это первый российский самолет, сертифицированный по новым ужесточенным авиационным правилам АП-25, во многом соответствующим международным стандартам. Заказчик -«Аэрофлот» отказался от финансирования проекта и заключил контракт на поставку самолетов у фирмы «Боинг». Первые два самолета Ту-214 купили по лизингу «Хабаровские авиалинии».
Просматривается стремление многих регионов иметь в своем распоряжении контрольные пакеты акций предприятий базовых отраслей промышленности. Иногда речь идет о полном владении предприятиями отрасли. Это касается и оборонно-ориентированных отраслей и отраслей двойной технологии.
Интересен в этом отношении опять-таки опыт Татарии. Здесь региональная исполнительная власть имеет значительную долю собственности предприятий всех отраслей базовой промышленности. Следует заметить, что Татария вообще характеризуется множеством интересных форм участия государства в экономической деятельности. В том числе, в сфере базовых отраслей и предприятий оборонного комплекса. По отношению к этим отраслям широко используется в частности режим гибкого льготного налогообложения и установление льготных тарифов.
В качестве характерного примера можно привести отношение правительства республики к нерентабельным малодебитным нефтескважинам. Они важны с народнохозяйственной точки зрения. На их долю приходится достаточно значимая часть нефтедобычи. Но еще большее значение они имеют для мобилизационного потенциала экономики и для ее устойчивого функционирования в критических ситуациях. Малодебитные нефтескважины Татарии находятся в районах интенсивного потребления нефти и в случае нарушения поставок нефтепродуктов из восточных районов страны они способны взять на себя существенную долю нефтеснабжения Европейских районов России.
Поддержание малодебитных нефтескважин в постоянном рабочем состоянии является общегосударственной стратегической задачей. Сегодня эта задача решается исключительно усилиями самого Татарстана. Проблема усугубляется тем, что малодебитные нефтескважины в обычных рыночных условиях, как правило, нерентабельны. Они становятся рентабельными только при значительном увеличении цен на мировом рынке. Для поддержания этих нефтескважин правительство Татарии полностью освобождает нефтедобычу на них от налогов в условиях снижения мировых цен. К сожалению, подобная практика не применяется на федеральном уровне.
Поддержка при помощи регулирования тарифов на ресурсы характерна для другой весьма значимой в народнохозяйственном и оборонном отношении отрасли. Татарстан - крупный производитель каучука. Он имеет высокую долю продаж каучука на европейском рынке. В случае снижения конкурентоспособности на этом рынке, правительство республики уменьшает производителям каучука тарифы на электрическую и тепловую энергию за счет регионального бюджета. Затраты предприятий отрасли на энергоресурсы составляют весьма значительную часть производственных издержек.
Полный контроль региональных органов исполнительной власти Татарстана над отраслью характерен и для электроэнергетики. Организационно-экономически «Татэнерго» не входит в состав РАО «ЕЭС России». Но технологически «Татэнерго» работает в единстве со всей энергетикой страны.
Местные власти не всегда заинтересованы в создании вертикально-интегрированных структур. Так, местные органы власти одного из районов республики Коми отказались от формирования вертикально-интегрированной структуры в лесной промышленности. Это выразилось в отказе от строительства целлюлозно-бумажного комбината и объединения его с лесозаготовительным предприятием. В данном районе республики находится одно из крупнейших лесозаготовительных предприятий республики, которому приходиться транспортировать лесопродукцию потребителю своей продукции через сотни километров. Формирование производственной цепочки «лесозаготовки - производство бумаги» могло бы принести дополнительные доходы в региональный бюджет, снизить издержки производства конечного продукта за счёт уменьшения транспортных издержек. Но с другой стороны, строительство целлюлозно-бумажного комбината подорвет экологию в регионе: исчезнут многие представители фауны и флоры, произойдет загрязнение чистейших рек. Местные власти в данном случае поставили вопросы экологии выше экономической выгоды.
Формирование интегрированных структур промышленности в регионах может происходить и неэкономическими путями. Так, на территории Татарстана действует указ президента М. Шаймиева, благодаря которому блокируется вывоз за пределы республики продукции, необходимой для загрузки предприятий республики. Указ дает предприятиям республики стопроцентную гарантию поставок сырья в нужных объемах. Это особенно важно для предприятий региона, которые ощущают конкуренцию со стороны более сильных предприятий. Например, этот указ улучшил положение в компании «Нижнекамскшина», которая испытывала конкуренцию со стороны «Сибура» и из-за недопоставок сырья (каучука) вынуждена была сворачивать объемы производства, и уступать позиции на рынке дочернему холдингу «Газпрома».
Если интегрированная производственная структура имеет большое значение для развития региона, то региональные власти предоставляют определенные льготы для компании, или могут принять непосредственное участие в создании интегрированной структуры.
Политика государства в советский период в области территориального размещения производства способствовала созданию системы глубокой экономической взаимозависимости входивших в состав СССР республик. Процесс распада СССР и образование суверенных государств существенно отразились на хозяйственных связях между предприятиями бывшего СССР: разрушились сложившиеся экономические отношения, начался поиск новых партнеров внутри страны. Распад СССР сопровождался резким спадом экономики во всех постсоветских республиках. Спад был вызван разрушением сложившихся традиционных кооперационных связей. В последнее время в литературе все чаще стали встречаться статьи о налаживании кооперационных связей между предприятиями стран СНГ. Например, российские нефтяные компании налаживают экономические связи в рамках производственных цепочек с нефтеперерабатывающими заводами Украины или других бывших республик СССР, зачастую покупая эти предприятия. Тем самым российские предприятия продвигают свою продукцию ближе к рынку сбыта.
Концентрация промышленного производства как процесс его интеграции оказывает не одинаковое влияние на территориальное размещение производительных сил по сравнению с процессом концентрации производства путем инвестиционного накопления. Концентрация не обязательно имеет своим следствием увеличение территориальной концентрации производства. В то время как увеличение капитализации производства за счет инвестирования, всегда ведет к увеличению его территориальной концентрации.
Важной методологической задачей при формировании вертикально-интегрированной технологической корпорации является определение ее ядра. То есть нахождение наиболее оптимальной, с экономической точки зрения, технологической специализации материнской компании. Сложившийся и общепринятый в мировой практике принцип выявления такого ядра предполагает нахождение центра, где закладывается основная часть корпоративной прибыли.
Объединяющиеся в единую вертикально-интегрированную корпорацию самостоятельные виды бизнеса почти никогда не имеют одинаковую экономическую эффективность. Именно центр прибыли и становится ядром вертикально-интегрированной корпорации, то есть ее материнской компанией. Таким ядром не обязательно будет являться фирма, имеющая наибольшие инвестиционные ресурсы и на этом основании инициирующая создание корпорации.
Выявление центра прибыли обязательно должно предшествовать решению вопроса о создании той или иной вертикально-интегрированной корпорации. Вероятно, именно отсутствие предварительной проработки этого вопроса - основная причина низкой эффективности и развала многих созданных в последние годы российских корпораций.
Не понимание значимости нахождения центра корпоративной прибыли и не владение методикой соответствующих расчетов явились одной из существенных причин того, что с первых этапов переходного периода основным типом корпораций в России стали так называемые бизнес-структуры. Бизнес-структура представляет собой неустойчивый тип корпоративного объединения, не имеющий полного набора параметров традиционных для современной рыночной экономики институциональных организационно-правовых форм корпорации, как финансово-промышленные группы, холдинги, концерны. Бизнес-структура представляет собой промежуточную, переходную организационно-правововую форму корпорации.
Однако аналитический опыт нахождения центра корпоративной прибыли начинает постепенно приобретаться. Этот процесс идет достаточно быстро. Следовательно, уже в ближайшей перспективе эффективность корпоративного строительства в России может существенно возрасти.
Характерен в этом отношении факт отклонения существовавшего проекта создания крупного энергометаллургического объединения. В результате анализа межотраслевая интеграция в рамках единого холдинга крупных производителей электроэнергии с крупными потребителями электроэнергии была признана нецелесообразной Отрицательное решение было основано на выводе, что в данном случае центром прибыли будет металлургическое производство. А крупное предприятие - производитель электроэнергии, превратится в своеобразный энергоцех другого производства, потеряет право на самостоятельный рыночный бизнес и будет финансироваться по остаточному принципу.
Последний вариант имеет в ряде случаев экономический смысл. Однако эффективнее в рамках холдинга объединять самостоятельные бизнес-единицы, способные реализовать значительную часть продукции на свободном рынке. В особенности, если их продукция относится к биржевым товарам. В этом случае корпорация при снижении рыночного спроса на один товар (в нашем примере - металл), снижает его производство, а высвобождающиеся на его производстве ресурсы (электроэнергию), реализует на рынке.
Центр прибыли при объединении однотипных компаний в различных странах может не совпадать. Все зависит от конкретных условий - объемов производства, издержек, емкости рынка, циклических колебаний спроса и т.п. Так, при создании интегрированных компаний в электроэнергетике, объединяющих производство электроэнергии с производством энергетического оборудования, центром образования прибыли во Франции и Германии являются производители электроэнергии, а в США и Японии - производители энергетического оборудования.
Кстати, это обстоятельство необходимо учитывать при решении вопроса о реформе электроэнергетики в России. Ограничивать всю реформу электроэнергетики только рамками реформы РАО «ЕЭС России» экономически не оправдано.
Выявление центра образования прибыли - необходимое условие привлечения крупных инвесторов, в том числе и зарубежных.
Некоторые элементы методики выявления центра образования прибыли, применяемые для оптимизации структуры вертикально-интегрированных корпораций, могут быть использованы и при решении аналогичных вопросов в горизонтально-интегрированных, диверсифицированных объединениях.
3. 3. Методы горизонтальной концентрации в промышленности
Концентрация российской промышленности в ряде отраслей и регионов в большой степени представлена горизонтальной интеграцией.
В современной экономической литературе четко обозначилось понимание сущности и содержания горизонтальной интеграции как системы производственных отношений по поводу перераспределения ресурсов производственных корпораций, регионов для освоения новых технологий, товаров, услуг в соответствии с быстроменяющимся рыночным спросом.
Горизонтальная интеграция происходит на региональном уровне и на уровне производственной корпорации. Горизонтальная интеграция на региональном уровне представляет собой одновременное развитие многих не связанных друг с другом видов производства, то есть расширение ассортимента производимых товаров на определенной территории.
Процесс горизонтальной интеграции на уровне товаропроизводящей корпорации получил название производственной диверсификации.
Диверсификация в широком понимании - распространенная форма организации экономики, характеризующая одновременное развитие различных видов предпринимательской деятельности. Возможны различные варианты диверсификации по сферам и отраслям деятельности.
Например, диверсификация акционерной собственности, диверсификация кредитных и акционерных вложений, диверсификация инвестируемых капиталов, диверсификация рисков, диверсификация валютных резервов. Диверсификация в сфере производства - наиболее сложный и актуальный процесс.
Экономическая сущность производственной диверсификации выражается отношениями по поводу освоения новых видов деятельности, соединении разнообразных видов производства, отраслей и сфер в рамках функционирующей промышленной корпорации. Диверсификация производства представляет собой процесс проникновения специализированных предприятий в новые для себя отрасли производства с целью обеспечения их устойчивого развития на основе адаптации к меняющейся рыночной конъюнктуре. Диверсификация, таким образом, предполагает превращение корпорации в многоотраслевые комплексы.
Под диверсификацией в экономической теории и практике понимается организационное объединение в единую корпорацию предприятий только технологически разнородных отраслей производства. Из данного определения следует, что производство на основе технологического комбинирования не относится к интеграции диверсифицированного типа.
Диверсификация одновременно выступает и как форма концентрации капитала, и как одна из эффективных форм межотраслевого перераспределения производственных ресурсов.
Необходимость организационного объединения процессов производства технологически разнородной продукции в рамках единой корпорации связана с двумя фундаментальными преимуществами этой формы интеграции.
Во-первых, диверсификация обеспечивает финансовую устойчивость специализированных предприятий, работающих в условиях нестабильного рыночного спроса на производимую продукцию. Особенно острая потребность в диверсификации возникает у специализированных предприятий на кризисной фазе производственного цикла, то есть в условиях предельно пониженного спроса. В этом случае диверсификация выполняет такую воспроизводственную функцию, как демпфирование циклических колебаний.
Во-вторых, диверсификация облегчает для предприятий финансирование масштабных программ технического перевооружения или перехода на новую номенклатуру выпускаемой продукции в условиях ограниченности собственных средств на развитие, высокой цены банковского кредитования, отсутствии или не заинтересованности в использовании других инвестиционных источников.
Предприятия, входящие в диверсифицированную корпорацию, как правило, находятся на разных фазах воспроизводственного цикла. Одни из них находятся на стадии стабильного производства и реализации продукции, другие - на стадии технического перевооружения или перехода на новую товарную номенклатуру. Финансовое положение предприятий не одинаково на разных фазах производственного цикла.
Перестраивающиеся предприятия всегда нуждаются в значительных финансовых ресурсах. Чем глубже технологическое обновление, тем острее эта потребность. Специализированные предприятия на этих этапах часто оказываются не эффективными вследствие временной потери прибыли из-за остановки действующего производства и больших затрат на реконструкцию.
Управляющая компания диверсифицированной корпорации в подобных случаях оказывает финансовую поддержку перестраивающемуся предприятию за счет централизуемой части прибыли предприятий, находящихся на стадии стабильного производства.
Диверсификация промышленного производства выполняет ряд стабилизационных функций. Во-первых, диверсификация обусловливает восстановление равновесия спроса и предложения в случае его устойчивого нарушения. Во-вторых, диверсификация ускоряет кругооборот средств предприятия. Диверсификация включает предприятие в более широкую систему общего товарного обращения.
Диверсификация - объективное явление в развитии общественного разделения труда. Возникновение и развитие диверсификации обусловлено реальным уровнем развития производства и общественного разделения труда. Это форма, отражающая диалектическое единство концентрации и деконцентрации производства, базирующихся на специализации и кооперации труда.
Исторический опыт развития и становления диверсификации свидетельствует о наличии разнообразных связей ее с традиционным производством. Традиционное производство, основанное на закономерности разделения труда, является специализированным производством. Цели специализации производства достигаются путем концентрации производства конструктивно и технологически однородной продукции. Специализация производства снижает издержки единицы продукции и повышает ее качество. Когда специализация перестает способствовать достижению этих целей, предприятие диверсифицирует производство.
Данное обстоятельство указывает на наличие закономерных связей между диверсификацией и специализацией производственных процессов. Зрелость специализированного производства, его реальное рыночное состояние определяет характер и эффективность диверсификации. То есть традиционное производство является подготовительной фазой, предшествующей диверсификации. Реальные предпосылки процесса диверсификации зарождаются в недрах традиционного производства и несут на себе его основные черты.
Сопоставление производственной специализации и диверсификации как форм организации производства позволяет сделать следующие выводы.
Главная цель диверсификации состоит в использовании возможностей роста путем выбора продукта, производство и реализация которого позволит предприятию обеспечить необходимый уровень рентабельности и финансовой устойчивости при одновременном достижении определенных конкурентных преимуществ.
Разные цели специализации и диверсификации обусловливают различные принципы организации производства. В основе специализации производства лежит общественное разделение труда, а процесс диверсификации развивается на принципах соединения различных видов труда. В то время как специализация обеспечивает целесообразное расчленение и обособление труда и производства, диверсификация предполагает их разумное объединение. При этом, чем больше развивается разделение труда и специализация, тем становятся многограннее возможности объединения различных видов и сфер производственной деятельности.
Следовательно, любое движение в сторону дальнейшего разделения труда предполагает обратный процесс - соединение в новой форме организации - в форме диверсификации производства.
И это может быть оправдано, прежде всего, распределением риска между различными видами деятельности. Необходимым условием снижения уровня предпринимательского риска является достаточное количество первоначального капитала для осуществления совместного производства технологически несвязанных между собой товаров. Однако практически реализовать это очень сложно. Эмпирический опыт становления и развития диверсификации в промышленно развитых странах показывает, что, как правило, специализация является причиной, порождающей диверсификацию. Затем, составляя сущность конкретного вида предпринимательской деятельности, специализация становиться следствием диверсификации производства.
Итак, и специализация, и диверсификация представляют собой две стороны воспроизводственного процесса, поочередно выступая друг для друга то причиной, то следствием. И в этом своем качестве, как нам представляется, они в совокупности характеризуют устойчивую причинно-следственную связь, имеющую все признаки объективного экономического закона. Суть закона состоит в том, что специализация производства, достигнув определенной точки, стимулирует диверсификацию, которая, в свою очередь, по достижении определенных границ, становится причиной новой специализации.
Раскрывая содержание этого закона, необходимо, во-первых, выявить механизм формирования объективных предпосылок диверсификации, во-вторых, определить те условия, при наличии которых диверсификация поднимает на новый уровень специализацию производства.
Предпосылки диверсификации связаны, прежде всего, характером действия законов спроса и предложения, а также со спецификой самого современного производства.
Очевиден внутренний противоречивый характер взаимодействия спроса и предложения. Отмечая повышенный спрос, производители повышают цену товара и одновременно увеличивают объем производства и, соответственно, предложения. В результате совпадения интересов производителей и потребителей устанавливается равновесие спроса и предложения.
Равновесие не является чем-то исключительно устойчивым. Фактически оно находится в постоянном движении. Равновесие колеблется, что является результатом воздействия на спрос и предложение многочисленных факторов внутренней и внешней среды, обусловливающих нестабильность и неопределенность условий функционирования при производстве одного товара. Предприятие определенное время развивается на основе разрешения указанного противоречия путем регулирования цены, а также повышения качества товара.
Однако, со временем, расширение масштабов производства может привести к отрицательным экономическим последствиям и, следовательно, к росту издержек производства единицы продукции. Кроме того, наступает момент насыщения спроса и удовлетворения потребностей в данном товаре, то есть дальнейшее снижение цены товара становится экономически невыгодным. Расширенное воспроизводство данного товара, достигшее определенных масштабов производства, не возмещает предприятию всех издержек. Вследствие этого нереализованная масса товара "возводит непреодолимую преграду" превращению товара в деньги.
Наступает момент, когда единственно возможным активным методом разрешения противоречия между спросом и предложением на товар, является расширение поля предпринимательской деятельности и производство нескольких разнородных товаров и услуг, то есть диверсификация производства.
Итак, противоречие между спросом и предложением порождает препятствие на пути движения товара и исходную предпосылку диверсификации производства.
Внутренней причиной развития производительных сил общества является противоречие между объективными и субъективными факторами воспроизводственного процесса, проявляющееся как противоречие между жесткостью, стабильностью технологии и гибкостью, мобильностью рабочей силы.
Специализация производства как форма общественного разделения труда обусловливает обособление родственных в производственно-технологическом отношении подразделений народного хозяйства. Такое обособление формирует производственный профиль предприятий, приспособленный к изготовлению в крупных масштабах однородной продукции. Специализированное предприятие оснащено, как правило, специальным и специализированным автоматическим и автоматизированным технологическим оборудованием, которое устанавливается в поточных линиях и обеспечивает непрерывность производственного процесса. Ограниченная номенклатура продукции предполагает неизменность применяемой технологии, что придает ей свойства стабильности и жесткости. Однако рабочая сила, как субъективный фактор производства, характеризуется гибкостью и мобильностью, то есть способностью приспосабливаться к изменяющимся условиям и передвижению.
Противоречие между вышеотмеченными характеристиками технологии и рабочей силы порождает материальную предпосылку возможности диверсификации производства. Специализация как форма организации производства не в состоянии обеспечить полное использование живого труда. Жесткость и стабильность технологии приходит в противоречие с возможностями субъективного фактора, снижает естественную мотивацию труда, который при отсутствии должной организации начинает «самодиверсифицироваться», устремляясь в смежные производства.
Итак, развитие производительных сил на основе разрешения собственных внутренних противоречий тоже порождает субъективные предпосылки диверсификации производства.
Достижения науки существенно раздвигают возможности техники и технологии в направлении гибкости и адаптивности. Гибкие производственные системы (ГПС), гибкие адаптированные производства (ГАП), обладающие высокой мобильностью и универсальностью, позволяют в короткий срок перестраивать их на обработку и выпуск новой продукции, обрабатывать широкий набор деталей. Внедрение ГПС существенно меняет сложившуюся ситуацию, создавая технологическую основу диверсификации производства и расширения сфер предпринимательской деятельности предприятий. Современный научно-технический прогресс и потребности практики требуют не узкоспециализированной, а универсальной рабочей силы, когда преимущество дает не обладание специализированными навыками, а способность к быстрой адаптации.
Обусловленные специализацией экономические противоречия, создавая материальную предпосылку диверсификации производства, не разрешаются ею раз и навсегда. Вытекающие из диверсификации возможности, в свою очередь, обостряют противоречия производительных сил. Обострение этих противоречий приводит к количественным и качественным изменениям орудий труда и рабочей силы.
Взаимовлияние специализации производства и его диверсификации отражают действие объективного экономического закона, который, с одной стороны, определяет рыночные, а также внутрипроизводственные (материально-технические и социально-экономические) предпосылки диверсификации, а с другой, характеризует условия, при которых диверсификационный процесс, в свою очередь, стимулирует появление новых направлений специализации.
Эффективность системы управления диверсификацией в значительной мере зависит от того, какими мотивами руководствуется управляющий орган, организуя диверсификационный процесс и какие цели при этом ставятся.
Выбор мотивов и целей, в свою очередь, зависит от конкретного состояния экономической системы, определяющего соответствующий набор предпосылок диверсификации.
В этой связи следует различать стабильно развивающуюся и кризисную экономики.
Предпосылками диверсификации для первой выступают:
• неравномерное развитие отраслей, вызывающее необходимость перераспределения ресурсов в отстающие отрасли;
• падение нормы прибыли в традиционном производстве, требующее оттока капитала в производство с более высокой отраслевой нормой прибыли;
• развитие научно-технического прогресса, обусловливающего возникновение новых высокотехнологичных и, следовательно, более эффективных производств.
Основными предпосылками диверсификации экономической системы, переживающей глубокий кризис, являются:
• кризисное состояние экономики, фирмы, региона;
• неконкурентоспособность традиционной продукции, дефицит оборотных средств при наличии новых, более перспективных сфер приложения труда и капитала;
• наличие «невостребованных» «ноу-хау» и т.п.
Что касается мотивов диверсификации, то их следует разделить на стратегические, технико-технологические, экономические, финансовые и социальные. Каждая из перечисленных групп мотивов, безусловно, будет отличаться по содержанию в зависимости от того, в какой экономической системе - стабильной или кризисной.
Серьезно разняться стабильно развивающаяся и кризисная экономики и по возможным целям диверсификации.
Целями диверсификации стабильной экономической системы могут быть:
во-первых, экономическая стабильность, как на микро - так и на макроэкономическом уровне;
во-вторых, рост масштабов производства товаров и услуг;
в-третьих, максимизация прибыли, либо ее стабильное извлечение.
В свою очередь, возможными целями диверсификации находящейся в глубоком кризисе экономики, по мнению автора, являются:
• во-первых, обеспечение экономического роста на предприятии, в регионе, в рамках всего народного хозяйства;
• во-вторых, социальная ориентация экономического роста;
• в-третьих, достижение полной экономической безопасности на всех уровнях.
Ранжирование предпосылок, мотивов и целей диверсификации для различных состояний экономической системы позволяет более предметно определить, в каких условиях развивается диверсификационный процесс в России и какие меры должно предпринимать государство для управления этим процессом.
Необходимость решения проблем, возникших в переходный период, форсировала диверсификационные процессы в российской промышленности. На процессы диверсификации промышленного производства России существенное влияние оказали специфические особенности трансформационного перехода и возникшие в этом процессе экономические проблемы. В целом, современный этап развития российской экономики характеризуется усилением диверсификационных процессов в промышленном производстве.
Основной предпосылкой усиления диверсификационных процессов явилась деконцентрация производства как результат ваучерной приватизации. Многие подразделения, входящие ранее в единые технологические комплексы, становились юридически самостоятельными лицами, но оказывались экономически неспособными к самостоятельной хозяйственной деятельности.
Такие недееспособные предприятия не могли возвращать банковские кредиты. И контрольные пакеты их акций, взятые банками в качестве залога, переходили в собственность крупных компаний. В этой ситуации банки нередко оказывались вынужденными собственниками большого числа предприятий разных отраслей производства, и сами организовывали диверсифицированные промышленные корпорации.
Инициаторами объединения предприятий, расположенных на единой территории, в диверсифицированные корпорации выступают и региональные органы власти. При этом, местные администрации решают как вопросы экономического развития, так и социальные вопросы (повышение уровня жизни, занятость населения).
Максимальное сохранение и развитие созданного экономического потенциала в нынешних условиях может быть реализовано лишь при проведении целенаправленной структурной политики, направленной на диверсификацию промышленности, в особенности, приоритетных наукоемких отраслей. На диверсификацию промышленного производства в современной России возлагается задача экономической стабилизации и подготовка предпосылок к ускоренному развитию всего народного хозяйства.

Глава 4. Слияния и поглощения как основной инструмент производственной концентрации в базовых отраслях промышленности на современном этапе.
4.1. Экономическая сущность слияний и поглощений компаний
Развитие современной экономики сопровождается появлением периодических волн слияний и поглощений компаний. Такие волны слияний и поглощений, например, в американской и западноевропейской экономике наблюдаются с интервалом в 15—20 лет и отличаются заметным размахом.
Слияния и поглощения представляют собой процедуру смены собственника или изменения структуры собственности компании, являясь конечным звеном в системе мер по ее реструктуризации.
Отличительной чертой сделки слияния компаний является то, что акционеры «приобретаемой» компании после объединения сохраняют свои права на акции, но уже нового, объединенного акционерного общества.
Поглощение компании можно определить как взятие одной компанией другой под свой контроль, управление ею с приобретением абсолютного или частичного права собственности на нее. Поглощение компании зачастую осуществляется путем скупки акций предприятия на бирже, означающей приобретение этого предприятия. Процедуру поглощения отличает то, что здесь приобретающая (поглощающая) компания выкупает у акционеров приобретаемой (поглощаемой) компании все или большую часть акций. Таким образом, акционеры поглощаемой компании теряют свои права на долю в капитале новой объединенной компании.
Слияния и поглощения вызывают активный научный и общественный интерес. Многие экономисты и политические деятели видят в них важный инструмент перехода фирмы в руки хозяйственных руководителей, реализующих более эффективную стратегию развития.
Немногие проблемы экономической теории и практики вызывают более жаркие дискуссии, чем проблемы слияния и поглощения компаний. В этом вопросе сталкиваются абсолютно противоположные точки зрения на целесообразность и эффективность подобной реструктуризации компаний. Некоторые рассматривают слияния как важный источник повышения результативности деятельности компаний; другие считают их только отражением властных мотивов менеджеров, чье стремление снижает, а не повышает эффективность компании.
Существуют различные подходы к понятиям «слияния» и «поглощения».
В специальной литературе подобная деятельность называется одним словом — слияния (mergers), под которой в широком смысле понимается такой процесс, в ходе которого из нескольких компаний образуется одна. Однако юридическая наука и бухгалтерский учет требуют дробления данной категории на процедуры по слиянию и поглощению (takeover).
Существуют определенные различия в толковании понятий «слияния и поглощения компаний» в отечественной и зарубежной теории и практике, а также в российском законодательстве.
Так, О. Беленькая под термином «слияние» подразумевают весь спектр сделок по слияниям и поглощениям. В качестве конкретных форм «слияния» указывает: дружественное поглощение — компания-покупатель делает тендерное предложение о покупке 95—100% акций менеджменту компании-цели (например, неудачная попытка слияния «ЮКОСа» и «Сибнефти»); «жесткое», недружественное, враждебное поглощение — компания-покупатель делает тендерное предложение непосредственно акционерам компании-«цели» (минуя менеджмент) либо скупает крупные пакеты акций на вторичном рынке. При этом обычно приходится ограничиться контрольным или блокирующим пакетом (пример — скупка блокирующего пакета акций ГАЗа группой «Сибирский алюминий» у миноритарных акционеров); покупка всех или основных активов компании-«цели» (без объединения). От компании-цели в этом случае остается лишь «оболочка» и денежные средства от продажи активов. Она может либо реинвестировать их в новый бизнес, либо ликвидироваться. Приобрести интересующие компанию-покупателя активы часто легче, чем провести слияние, особенно, если их стоимость не подпадает под условие крупной сделки, утверждаемой решением общего собрания акционеров компании-цели, так как в этом случае можно ограничиться решением совета директоров. В случае же слияния необходимо согласие общего собрания акционеров обеих компаний. В качестве типичной процедуры для России можно привести скупку долгов, процедуру банкротства и изменение собственника компании-цели.
В соответствии с российским законодательством, под слиянием понимается реорганизация юридических лиц, при которой права и обязанности каждого из них переходят ко вновь возникшему юридическому лицу в соответствии с передаточным актом. Следовательно, необходимым условием оформления сделки слияния компаний является появление нового юридического лица, при этом новая компания образуется на основе двух или нескольких прежних фирм, утрачивающих полностью свое самостоятельное существование. Новая компания берет под свой контроль и управление все активы и обязательства перед клиентами компаний своих составных частей, после чего последние распускаются. Например, если компания А объединяется с компаниями В и С, то в результате на рынке может появиться новая компания Д (Д=А+В+С), а все остальные ликвидируются.
В общепринятых за рубежом подходах, под слиянием подразумевается любое объединение хозяйствующих субъектов, в результате которого образуется единая экономическая единица из двух или более ранее существовавших структур. При этом остается одна, а остальные утрачивают свою самостоятельность и прекращают существование. В российском законодательстве этот случай попадает под термин «присоединение», подразумевающий, что происходит прекращение деятельности одного или нескольких юридических лиц с передачей всех их прав и обязанностей обществу, к которому они присоединяются (А=А+В+С).
Существует и противоположный подход, когда все соответствующие операции объединяются под термином «поглощение». Как отмечается в Чиркова Е. В., традиционно в литературе по корпоративным финансам выделяются три способа «поглощений»:
• добровольные слияния путем переговоров с руководством пог¬лощаемой компании и последующей покупкой (обменом) акций;
• враждебный захват путем тендерного предложения на покупку акций непосредственно акционерам компании;
• получение контроля над советом директоров без покупки конт¬рольной доли в акционерном капитале через голосование по доверенности.
В качестве синонимов «поглощения» в литературе часто используются более широкие термины: «приобретение» в экономическом контексте или «присоединение» в юридическом контексте.
Согласно Гражданскому кодексу РФ, поглощение определяется также как приобретение поглощающей фирмой контрольного пакета поглощаемой. Так как при этом фирмы продолжают оставаться формально самостоятельными юридическими лицами, слияния их организационных структур не происходит. Поглощение компании можно определить и как взятие одной компанией другой под свой контроль, управление ею с приобретением абсолютного или частичного права собственности на нее. Поглощение компании может осуществляться путем скупки всех акций предприятия на бирже, означающей приобретение этого предприятия (Владимирова, 1999).
Рудык Н.Б. и Семенкова Е.В. указывают еще одну классификацию :
• слияние в традиционном смысле (решение принимают менеджеры компании-цели, корпорация-покупатель получает контроль над 100% акций);
• межфирменные тендерные предложения — interfirm tender offers, public tender offers (решение принимают акционеры компании-цели, корпорация—покупатель получает контроль над не менее чем 51% обыкновенных голосующих акций.
Рудык Н.Б. и Семенкова Е.В. дали три основные формы, используемые на мировом рынке корпоративного контроля и охватывающие более 85% объема сделок.
Во-первых, слияния (merger) — обычно синонимично дружественному поглощению (другая интерпретация — финансовая сделка, в результате которой про исходит объединение двух или более корпораций в одну, сопровождающееся конвертацией акций сливающихся корпораций, сохранением состава собственников и их прав).
Слияние представляет собой соглашение, заключаемое между группами менеджмента корпорации-покупателя и корпорации-цели относительно продажи последней. Менеджеры корпорации-цели вступают в переговоры относительно проведения слияния только после одобрения факта переговоров у своего совета директоров и акционеров. Таким образом, слияние — это, прежде всего контракт между группами менеджеров двух компаний, условия которого вырабатываются в переговорном процессе, причем менеджеры корпорации-цели выступают на этих переговорах, прежде всего как агенты акционеров.
Во-вторых, поглощения (takeover) — оплаченная сделка, в результате проведения которой происходит переход прав собственности на корпорацию, чаще всего сопровождающийся заменой менеджмента купленной корпорации и изменением ее финансовой и производственной политики. В сделке участвуют две стороны: корпорация-покупатель и корпорация-цель.
В-третьих, выкупы долговым финансированием (LBO-leveraged buy¬out) с середины 80-х гг. — финансовая техника (а не операция), при помощи которой открытая корпорация (public corporation) преобразуется в закрытую корпорацию (private corporation). Группа внешних или внутренних (менеджеры) инвесторов выкупает все находящиеся в обращении акции корпорации, при чем выкуп на 80-90% финансируется за счет эмиссии долговых обязательств (чаще всего высокодоходные облигации). По прошествии 3—6 лет акции возвращаются на открытый рынок, хотя известны случаи сохранения закрытой формы.
В качестве четвертой формы можно выделить получение контроля над советом директоров без покупки контрольной доли в акционерном капитале через голосование по доверенности.
Наличие множества различий в понятиях «слиянии» и «поглощение», скорее всего, связано с элементарным заимствованием англо-американских терминов, которые не имеют однозначного толкования.
Характерно, что немало различий имеется и в национальной деловой практике. Отсутствие терминологического единства связано в значительной мере и с особенностями национального законодательства.
По мнению автора, целесообразно исходить из общепринятых определений, используемых в теории корпоративных финансов и мировой практике такого рода операций.
Обобщенно основные различия в толковании понятий «слияния и поглощения компаний» в российском законодательстве и в отечественной литературе раскрыты достаточно полно.
Слияние - один из самых распространенных приемов развития, к которому прибегают в настоящее время даже очень успешные компании.
Однако первая же волна слияний продемонстрировала, что интеграция осуществлялась для обеспечения более прочных монопольных позиций расширявшейся фирмы . Все это вызвало к жизни активные споры о роли слияний и поглощений в современной экономике и дискуссии относительно оптимальных форм регулирования указанных процессов.
В процессе институционально-экономических преобразований в Рос¬сии дискуссия о роли слияний и поглощений, их особенностях в условиях перехода к рынку стала весьма актуальной.
Слияния и поглощения компаний — это объективная реальность, которую актуально исследовать, анализировать и делать соответствующие выводы, позволяющие не повторять уже пройденные другими странами ошибки.
Неоднозначность в оценках на результативность слияний и поглощений.
Целями слияний и поглощений является достижение конкурентных преимуществ на рынке и увеличение благосостояния акционеров. При этом поставленные цели могут достигаться компанией с помощью использования как внутренних методов (повышение эффективности управления, использование более современных способов ведения бизнеса, новых технологий, повышение производительности труда и т.д.), так и внешних методов, к которым относится деятельность по слияниям и поглощениям. На пути к достижению указанных выше целей компания разрабатывает конкретную стратегию своей деятельности. В этом свете компания постоянно оценивает свое положение на рынке, свои сильные и слабые позиции, ищет такие направления своей деятельности, следуя которым она добьется наибольших конкурентных преимуществ.
Деятельность по слияниям/поглощениям является одним из основных методов реализации стратегий развития фирмы в следующих ситуациях:
Во-первых, если фирма занимает удачное положение на рынке, находясь в отрасли, обещающей ей хорошие перспективы развития, однако ей требуется усиление своих позиций для достижения конкурентных преимуществ в отрасли. Используя механизм слияния и поглощений, она может достигнуть своей цели, объединяясь или приобретая компании того же сегмента рынка;
Во вторых, если компания может осуществлять слияния/поглощения фирм из других сегментов рынка для снижения риска своей деятельности или для расширения сферы своего присутствия. Это достигается, например, через выпуск разнородной продукции, продукции, находящейся на различных этапах своего жизненного цикла, через географическую диверсификацию в сбыте продукции;
В-третьих, если компания пересматривает свои позиции на рынке, находит новые приоритеты, выделяет для себя основные направления своей деятельности, освобождаясь от не основных, проблемных направлений,
Во втором и третьем случае речь идет о различных вариантах диверсификацию производства.
В четвертых, если компания просто испытывает недостаток в деньгах, то она может эффективно использовать механизм слияний/поглощений для продажи или выделения отдельных подразделений, дочерних компаний.
Более наглядно место слияний/поглощений в корпоративной стратегии компании можно проследить на основе сравнительного анализа различных типов слияний и поглощений.
В современном корпоративном менеджменте выделяют множество разнообразных типов слияний и поглощений компаний. В качестве наиболее важных признаков при типологии этих процессов используются:
• характер интеграции компаний;
• национальная принадлежность объединяемых компаний;
• отношение компаний к слияниям;
• условия слияния;
• способ объединения потенциала;
• механизм слияния.
В зависимости от национальной принадлежности объединяемых компаний можно выделить два вида слияния компаний:
• Во-первых, национальные слияния — объединение компаний, находящихся в рамках одного государства;
• Во-вторых, транснациональные слияния — слияния компаний, находящихся в разных странах, приобретение компаний в других странах.
Учитывая глобализацию хозяйственной деятельности, в современных условиях характерной чертой становится слияние и поглощение не только компаний разных стран, но и транснациональных корпораций.
В зависимости от отношения управленческого персонала компаний к сделке по слиянию или поглощению компании можно выделить:
• дружественные слияния — слияния, при которых руководящий состав и акционеры приобретающей и приобретаемой (целевой, выбранной для покупки) компаний поддерживают данную сделку;
• враждебные слияния — слияния и поглощения, при которых руководящий состав целевой компании (компании-мишени) не согласен с готовящейся сделкой и осуществляет ряд противозахватных мероприятий. В этом случае приобретающей компании приходится вести на рынке ценных бумаг действия против целевой компании с целью ее поглощения.
В зависимости от способа объединения потенциала можно выделить следующие типы слияния:
• корпоративные альянсы — это объединение двух или нескольких компаний, сконцентрированное на конкретном отдельном направлении бизнеса, обеспечивающее получение синергетического эффекта только в этом направлении, в остальных же видах деятельности фирмы действуют самостоятельно. Компании для этих целей могут создавать совместные структуры, например, совместные предприятия;
• корпорации — этот тип слияния имеет место тогда, когда объединяются все активы вовлекаемых в сделку фирм.
В зависимости от того, какой потенциал в ходе слияния объединяется, можно выделить:
• производственные слияния — это слияния, при которых объединяются производственные мощности двух или нескольких компаний с целью получения синергетического эффекта за счет увеличения масштабов деятельности;
• чисто финансовые слияния — это слияния, при которых объединившиеся компании не действуют как единое целое, при этом не ожидается производственной экономии, но имеет место централизация финансовой политики, способствующая усилению позиций на рынке ценных бумаг, в финансировании инновационных проектов.
Тип слияний зависит от ситуации на рынке, а также от стратегии деятельности компаний и ресурсов, которыми они располагают.
Слияния могут осуществляться на паритетных условиях («пятьдесят на пятьдесят»). Однако накопленный опыт свидетельствует о том, что «модель равенства» является самым трудным вариантом интеграции. На практике слияния крайне трудно осуществить на паритетных условиях, поэтому любое слияние в результате может завершиться поглощением. Возможен и обратный вариант, когда «жесткое поглощение» на определенной стадии и условиях переходит в «дружественное» .
Оценка масштабов процесса слияний и поглощений в России зависит от выбранного методологического подхода. При наиболее широком подходе многие крупные приватизационные сделки могут расцениваться как дружественное или враждебное поглощение.
Собственно слияния корпораций в строгом смысле пока не стали заметным явлением в России. Этот процесс традиционно активизируется на стадии экономического роста и тенденции к росту курсов акций, тогда как в условиях России он чаще рассматривается в качестве возможного антикризисного механизма, или как институциональная формализация технологической интеграции .
Для современного этапа корпоративного развития в России характерны процессы поглощений, причем, как правило, враждебных.
Слияния и дружественные поглощения можно рассматривать как синонимы. Для дружественных поглощений (по договоренности сторон) рынок капиталов также не требуется, равно как и нет видимой связи с проблемами корпоративного управления. Этот процесс наиболее характерен для российской практики после приватизации. Он имел место во многих созданных корпорациях и носил преимущественно технологический характер: восстановление старых хозяйственных связей, борьба за доли рынка, вертикальная интеграция.
Фактически только враждебные поглощения гипотетически ведут к компенсации несовершенства корпоративного управления через насильственную смену менеджеров.
Фактически поглощения (в особенности враждебные) выполняют функции рынка корпоративного контроля. Такой рынок получил наибольшее развитие в России с конца 1990-х - в начале 2000-х годов. Его активизация была связана, прежде всего, с экспансией крупнейших корпораций страны.
Специфичным для России методом враждебного поглощения стало банкротство.
Этически безупречный способ поглощения — открытая покупка акций по договоренности со всеми заинтересованными сторонами. Если акционеры не хотят продавать акции, тогда используется враждебное поглощение — скупка акций у трудового коллектива, минуя менеджеров компании.
Среди наиболее распространенных методов враждебных поглощений, в России, можно выделить:
«Тихое наступление». Сбор блокирующего пакета путем скупки акций у трудового коллектива. Этот метод обычно используют на предприятиях с низкой зарплатой. Чтобы запустить процесс скупки, агрессор тихо предлагает нескольким мелким акционерам суммы, превышающие реальную стоимость акций. Слух об этом быстро распространяется, и начинается ажиотажный сброс акций. Цены на бумаги резко падают, и агрессор скупает их практически за бесценок.
Иногда на определенном этапе поглощения менеджмент предприятия-цели не выдерживает ценовой войны и соглашается на сделку. Враждебное поглощение в этом случае трансформируется в дружественное слияние.
Так, «Северсталь» начала скупать акции у рабочих «УАЗа» и «Заволжского моторного завода» без ведома менеджмента этих предприятий. Но затем, взвесив возможности и перспективы слияния, руководства заводов согласились на мировую сделку.
«Акционерные войны». Правовая неразбериха середины 90-х гг., юридическая неискушенность собственников привели к тому, что многие операции с акциями проводились с нарушениями закона. Типичным случаем, с которым сталкивались предприятия, было не приглашение всех акционеров на ежегодное собрание. В этой ситуации акционер-агрессор подавал в суд заявление о нарушении прав акционеров. В результате решения собрания признаются недействительными, все действия управляющего органа компании за последний год объявляются неправомочными. В итоге расторгаются крупные сделки. Подобные нарушения — испытанный инструмент для поглощения.
«Размывание акций». Он особенно эффективен, если агрессор — один их крупных акционеров компании. Для этого готовится решение общего собрания акционеров о размещении дополнительных акций по закрытой подписке. Чтобы нейтрализовать противника, агрессор подает на него в суд из-за неких, чаще всего надуманных, претензий. Акции ответчика временно арестованы. Агрессор проводит собрание и размывает акции. Потом суд снимает обвинение, но ликвидировать дополнительную эмиссию уже не возможно.
«Скупка долгов». Эта схема часто применяется на оборонных заводах. Отраслевой банк кредитует оборонное предприятие, выполнявшее госзаказы. Завод не способен вовремя отдать долг. Банк выкупает 80 % долгов и инициирует процесс банкротства. Как основной кредитор, он ставит на завод своего внешнего управляющего, а потом окончательно захватывает завод.
Во многих случаях поглощение через банкротство — самый простой в организационном и юридическом отношении путь. Как правило, поглощают предприятия, у которых есть долги. Если агрессор поглощает компанию через покупку ее акций, он получает в нагрузку долги. Если же предприятие обанкротить, то потом можно выделить для себя из предприятия-банкрота лишь чистые активы.
Часто процесс банкротства сопровождается высоким уровнем криминализации.
В последнее время поглощения с помощью жестких методов главным образом применяются к средним и небольшим региональным компаниям, где правовая культура находится на достаточно низком уровне. Процесс передела собственности в регионах приобретает лавинообразный, неуправляемый характер.
Следует также отметить, что указанные процессы характерны преимущественно для следующей части российских предприятий:
• во-первых, для предприятий, у которых потенциально могут возникнуть конкурентные отношения между «инсайдерами» и «аутсайдерами»;
• во-вторых, у рентабельных или перспективных предприятий;
• в-третьих, у предприятий, где сама дирекция имеет свои собственные конкретные стратегические планы на будущее.
Если менеджмент занимает пассивную позицию, то перспективами АО могло стать в лучшем случае — его поглощение аутсайдером, в худшем — использование активов АО дирекцией для личных нужд.
К числу важнейших функций С и П можно отнести перераспределение собственности производственных ресурсов в пользу более эффективных компаний.
Проблема неэффективности управления и пути ее устранения, связанные с перемещением контроля к более эффективным собственникам, особенно актуальны для российских предприятий. Первичный передел
собственности, начало которому положила массовая приватизация, не привел, как планировалось, к появлению сколько-нибудь значительной группы собственников, способных адаптировать российские предприятия к эффективному функционированию в условиях рыночной экономики, осуществить модернизацию производства и повысить конкурентоспособность управляемого бизнеса. Все большее распространение получает точка зрения, согласно которой сложившаяся структура частной собственности и качество корпоративного управления на российских предприятиях являются одной из главных причин кризис¬ного состояния российской экономики. Одним из возможных путей решения этой проблемы является смена, как собственников, так и управляющих (зачастую это одни и те же лица) большинства российских предприятий, т.е. осуществление фактически второго передела собственности. Результатом такого передела должно стать появление действительно квалифицированных специалистов во главе российских компаний, способных эффективно управлять бизнесом в условиях рыночной экономики.
В тех странах, в которых слияния и поглощения достигают значительных размеров, они чаще всего используются не для перехвата корпоративного контроля, а, скорее, для того, чтобы использовать преимущества, обеспечиваемые объединением капиталов, и/или чтобы изъять из рыночного оборота акции некоторых компаний. Вместе с тем поглощения и в этих странах могут выступать в качестве рычага укрепления рыночной дисциплины. Так, в Германии за покупкой крупного пакета акций регулярно следовал рост числа увольнений среди высшего управленческого персонала.
Среди мотивов слияний и поглощений выделяют:
1). Синергетические эффекты,
2). Налоговые мотивы,
3). Покупку компании ради обладания ее активами по цене меньше стоимости замещения,
4). Диверсификацию,
5). Личные мотивы управляющих,
6). Покупку компании с целью ее последующей продажи по частям .
Слияния и поглощения компаний могут приводить как к позитивным, так и к негативным последствиям для акционеров и для экономики в целом. Позитивные эффекты возникают при слияниях компаний, которые дают синергетический эффект за счет операционной и финансовой экономии, более эффективного управления активами и роста рыночной мощи (снижения конкуренции). Негативные эффекты имеют место при попытке диверсификации бизнеса за счет слияния (конгломератные слияния) и при слияниях по личным мотивам управляющих.
Синергетическими эффектами называют ситуации, в которых эффективность совместного использования активов двух компаний выше суммарной эффективности их использования по отдельности, а капитализированная стоимость образовавшейся в результате слияния компании превосходит сумму стоимостей компаний, участвовавших в слиянии. Синергия может возникнуть благодаря операционной экономии, возникающей в результате возрастающей отдачи от масштаба управления, маркетинга, производства или распределения; финансовой экономии, проявляющейся в снижении транзакционных затрат и лучшей подготовке сделок аналитиками; дифференцированной эффективности, означающей, что активы одной из фирм могут использоваться совместно с большей эффективностью; снижению конкуренции, что даст компании большую власть над рынком.
Результаты обследований могут свидетельствовать о том, что С и П во многих случаях открывают путь к повышению эффективности хозяйственных операций. Во всяком случае, среди корпораций-целей чаще всего присутствуют убыточные (или недостаточно прибыльные) фирмы.
Обследование крупных слияний (более 50 случаев, 1979—1983 гг.) показало, что в последующий период норма прибыли (до вычета налогов) у корпораций-покупателей оказывалась в среднем на 2,4 процентных пункта выше, чем до слияния — см. Healy, Palepu, Ruback, 199246. В финансовом секторе банки, выступавшие в качестве «поглотителей», чаще всего характеризовались более высокой рентабельностью, и после слияния эффективность их операций в большинстве случаев действительно повышалась (de Young, 1997) .
Повышение эффективности управления является одним из основных и, зачастую, доминирующих мотивов поглощений. Если менеджмент фирмы А более эффективен, чем менеджмент фирмы В, и если после поглощения уровень эффективности фирмы В достигает уровня фирмы А, поглощение несет не только частные выгоды для обеих компаний, но и выгоды в целом для общества. Уровень эффективности всей экономики в результате таких поглощений повышается.
Распространение конгломератных слияний может вызвать к жизни целую "цепь" (цикл) слияний и поглощений. Так, вначале энергичные менеджеры в ходе слияний и поглощений присоединяют к своей компании ряд фирм. В дальнейшем постепенно выявляется неэффективность сложившегося "рыхлого" конгломерата, который рано или поздно превращается в объект последующих слияний и поглощений. В конце концов, более удачливому предпринимателю удается перехватить контроль и осуществить реструктуризацию компании, прибегая к продажам или " дивестициям " отдельных бизнес-единиц, входивших в состав конгломерата. В итоге слияния и поглощения могут быть как результатом деятельности высшего менеджмента, преследующего собственные интересы, так и реакцией рынка на те действия менеджеров, которые ведут к снижению эффективности и чрезмерному "разбуханию" фирмы вследствие конгломератных слияний.
Сегодня мир оказался на пороге нового передела, но не военно-политического, а экономического, где главными игроками будут уже не государства и даже не блоки стран, а ведущие транснациональные корпорации (ТНК) крупнейших промышленно развитых государств. Ставками же являются новые рынки, технологии и сверхприбыли. Главным же инструментом в этом вопросе являются слияния и поглощения. Сейчас с полной уверенностью можно заявить, что слияния и поглощения — это одна из главных форм перераспределения собственности.
Именно ТНК являются основным структурным элементом экономики большинства стран, ведущей силой их развития и повышения эффективности. Учитывая их и дальнейшее перераспределение мировых рынков и сфер влияния, можно прогнозировать возможность появления в ближайшее время международных суперкорпораций путем слияния, поглощения или объединения крупнейших компаний мира.
По данным ООН, в настоящее время в мире существует более 65 тыс. ТНК, контролирующих свыше 850 тыс. аффилированных зарубежных компаний по всему миру, в которых занято свыше 74 млн. человек. При этом на территории промышленно развитых держав размещается свыше 80% материнских компаний и около 33% аффилированных, в развивающихся странах — соответственно 19,5 и почти 50, в бывших социалистических государствах — примерно 0,5 и 17%.
Экспансия ТНК является одним из феноменов второй половины двадцатого столетия. Особенно значительных масштабов этот процесс приобрел в последние десятилетия. Именно ТНК фактически решают вопросы нового экономического и политического передела мира, стоят на грани создания мирового наднационального правительства. Свидетельством той роли, которую играют транснациональные корпорации в мировой политике и экономике, явилось и создание при ООН Центра и Комиссии ООН по ТНК, обсуждение различных аспектов деятельности корпораций, как и отдельных стран, на уровне специализированных органов ООН.
Сегодня ТНК превратились из субъектов в объекты международной политики, активно участвуя во всех глобальных процессах, происходящих в мире. Транснациональные корпорации, наравне с промышленно развитыми странами, широко проявляют себя в политике, экономике, в финансово-инвестиционной, информационной, научно-технической, военной, технологической, экологической сферах. Во внешней политике ТНК реализуют собственную корпоративную дипломатию, а для успешного обеспечения внутрикорпоративной политики создали свою, корпоративную, идеологию. Наряду с крупнейшими державами они имеют собственные многочисленные спецслужбы, а оружием, которое выпускает, например, только одна «Дженерал дайнемикс», можно вооружить армию не одного государства.
Действия ТНК по характеру и формам проявления в мировой политике и экономике во многом совпадают с деятельностью государств, что позволяет экспертам если не отождествлять их, то, по крайней мере, заявлять об идентичности действий и проявлений ТНК и государств в глобальной политике и экономике. В то же время ряд исследователей считают, что в перспективе ТНК смогут стать доминирующей силой мирового хозяйства, сменив национальные государства в качестве основных его объектов.
В настоящее время ведущую роль в глобальных процессах играют ТНК США, по характеру и масштабам торгово-инвестиционной экспансии, опережающие промышленные и финансовые компании других стран. Но этот разрыв постепенно уменьшается за счет усиления позиций ТНК государств Западной Европы и Японии, а также появления транснациональных корпораций развивающихся стран.
Для современной мировой экономики характерен стремительный процесс транснационализации, в котором движущей силой выступают ТНК. При этом ядро мирохозяйственной системы составляют 500 транснациональных корпораций, обладающих практически неограниченной экономической властью.
Экономическая мощь крупных ТНК сравнима с ВВП средних государств, и они диктуют свою волю многим странам. Так, на мировом рынке гражданского самолетостроения, объем которого оценивается в 1 трлн. долл. и 16 тыс. новых самолетов в год, до недавнего времени господствовали в основном три компании — «Эйрбас индастри», «Боинг» и «Макдоннел Дуглас». Они контролировали соответственно 35, 65 и 3% мирового рынка. Слияние в августе 1997 года «Боинга» и «Макдоннел Дуглас», стоившее первой 15 млрд. долл., усилило позиции американского капитала и оставило на рынке лишь две основные компании.
Рыночная капитализация некоторых ТНК превышает 500 млрд. долл., а ежегодные объемы продаж составляют 150—200 млрд. долл. Для примера можно сказать, что ежегодная чистая прибыль каждой из крупнейших корпораций практически равна годовому бюджету Украины.
Число стран, где оперируют филиалы и дочерние компании ведущих ТНК, часто превышает количество посольств, которые имеют за границей государства их базирования, а численность служащих и членов их семей, благополучие которых в той или иной мере зависит от деятельности только одной крупной корпорации, равняется населению таких стран, как Словакия или Македония.
О масштабах деятельности ТНК в принимающих государствах может свидетельствовать и тот факт, что объем продаж их зарубежных дочерних компаний и филиалов в 2002 году превысил 19 трлн. долл., что в 2 раза больше объема мирового экспорта. При этом свыше половины всех продаж приходилось на долю 100 крупнейших корпораций, а у каждой из 1000 ведущих компаний объем реализованной продукции превысил 1 млрд. долл. Так, продажи американской «Уол-Март Сторз» составили 246 млрд. долл., «Дженерал моторз» — 186, «Экссон-Мобил» — 182, «Форда» — 163 млрд. долл.
Сегодня ТНК контролируют свыше 50% мирового промышленного производства, 67% международной торговли, более 80% патентов и лицензий на новую технику, технологии и ноу-хау, почти 90% прямых зарубежных инвестиций. Практически вся торговля сырьем на мировых рынках контролируется ТНК, в том числе 90% мировой торговли пшеницей, кофе, кукурузой, лесоматериалами, табаком, железной рудой; 85% — медью, бокситами; 80% — оловом, чаем; 75% — натуральным каучуком, сырой нефтью.
Как правило, ТНК — многоотраслевые компании, их деятельность широко диверсифицирована. Например, каждая из 500 крупнейших ТНК США имеет в среднем подразделения в 11 отраслях, а наиболее мощные охватывают по 30—50 отраслей. В группе 100 ведущих промышленных компаний Великобритании многоотраслевыми являются 96, Италии — 90, Франции — 84, Германии — 78.
Совокупные валютные резервы ТНК в несколько раз превышают совокупные резервы всех центральных банков мира. В этой связи перемещение только 1—2% массы денег, находящихся в их владении, вполне способно изменить паритет национальных валют.
Суммарные зарубежные инвестиции ТНК в настоящее время играют более существенную роль, чем торговля. Формами вывоза капитала являются прямые и портфельные инвестиции, а также займы и кредиты. Наиболее значимы прямые инвестиции, превысившие в середине 90-х годов 3 трлн. долл. Причиной зарубежного инвестирования часто становится интерес к природным ресурсам принимающих стран с целью обеспечить гарантированное снабжение своих предприятий сырьем. За счет зарубежных инвестиций США, например, получают все импортируемые фосфаты, медь, олово, 75% марганцевой и железной руды; Япония — 40% бокситов, 50% никеля, 60% медной руды.
Капиталовложения в иностранную экономику — активное средство стимулирования спроса на отечественную продукцию. Это достигается за счет того, что, во-первых, за рубежом создаются новые рынки; во-вторых, часть экспорта ТНК постоянно адресуется их зарубежным филиалам, и эта гарантированная доля составляет свыше 30% экспорта Канады, Германии, Франции, Швеции, около 50% экспорта США. В-третьих, инвестиции позволяют корпорациям обойти тарифные и нетарифные барьеры принимающего государства.
Около 30% международной торговли состоит из внутрифирменных потоков ТНК. Ими создана специфическая форма перевода капиталов посредством трансфертных цен (специально заниженных или завышенных), устанавливаемых самими ТНК, при поставках товаров и предоставлении услуг своим дочерним компаниям и филиалам в рамках внутрикорпоративной торговли.
Важным фактором усиления экономической мощи ТНК являются многочисленные слияния и поглощения, достигшие высокого уровня в последнее время. Так, в 1998 году произошло слияние двух крупнейших автомобильных ТНК — «Крайслер» (США) и «Даймлер-Бенц» (Германия), а уже через год эта объединенная глобальная корпорация поглотила японскую «Мицубиси моторз». В 1999 году слились ведущие американские нефтяные корпорации «Екссон» и «Мобил»; «Форд» за 6,5 млрд. долл. приобрел у шведского концерна «Вольво» предприятия по производству легковых автомобилей, а у японской корпорации «Ниссан» — 33,4% пакета акций предприятия по производству автомобилей.
В 2000 году объединились американские нефтяные корпорации «Шеврон» и «Тексако», а также ведущие медиа-корпорации — «Америка он лайн» и «Тайм Уорнер»; американская ТНК «Дженерал электрик» за 40 млрд. долл. приобретала контрольный пакет акций своего основного конкурента — корпорации «Ханиуэл». В 2003 году объявили о своем слиянии российская «Тюменская нефтяная корпорация» и английская «Бритиш петролеум».
Слияния такого рода свидетельствуют о централизации и концентрации капиталов в глобальном масштабе для последующего доминирования на мировых рынках. Поглощения ведущих компаний приобрели такие масштабы, что, многие корпорации вынуждены скупать свои собственные акции у других держателей, чтобы избежать возможного поглощения конкурентами. «Дженерал моторс», планируя приобретение новых компаний, чтобы повысить свою безопасность, вынуждена была купить собственные акции на сумму свыше 2 млрд. долл.
4.2. Особенности слияний и поглощений компаний в базовых отраслях промышленности
Переход России от плановой к рыночной экономике в начале 90-х годов сопровождался значительным заимствованием инструментария из мировой практики.
Так, для развития бизнеса после первоначального накопления капитала российские компании стали формировать "цивилизованный" рынок корпоративного контроля.
После нескольких лет стабильного экономического роста в после приватизационный период государство подошло к этапу вторичного передела собственности. Это заставило, в частности, обратиться к возможности использования механизма слияний и поглощений в качестве инструмента стратегического развития компаний и предприятий.
За этот период в России сформировалось новое поколение менеджмента, способное с учетом отечественной специфики применить зарубежный опыт в своем бизнесе.
Стремление снизить издержки производства, распределения и сбыта продукции и посредством этого добиться увеличения прибыли и отдачи от инвестиций, усилить свои конкурентные позиции чаще всего вызывало межотраслевую (вертикальную) интеграцию предприятий.
Фактором активизации процессов слияний и поглощений в российской экономике был демонтаж существовавшей в советский период организационной структуры производства.
Советская экономика характеризовалась господством крупных, иногда гигантских предприятий. Мотивами такой организационной «мегамании» было стремления не только обеспечить экономию от масштаба, но и облегчить планирование и контроль. Было проще планировать действия небольшого количества крупных предприятий, чем большого количества малых. В этом вопросе был накоплен значительный опыт экономической организации производства. Поэтому, когда, в ходе реформирования советской экономики многие кооперационные связи были разрушены, экономика оказалась в глубоком кризисе.
Намеренная дезорганизация иерархической системы управления в самом начале реформ (чтобы предприятия имели возможность начать жизнь «с чистого листа», по утверждению Дж. Стиглица и Д. Эллермана) преследовали скорее политическую цель, нежели экономическую целесообразность: поскорее убрать, лишить стимулов основные препятствия на пути к «свободной» рыночной экономике — консерватизм и монополизм министерств и ведомств, воспроизводящих под себя структурную разбалансированность экономики и подавляющих конкуренцию, а также личные интересы правящих в них чиновников.
Для распада прежней структуры и ее возрождения на качественно новой основе «рыночного» спроса и саморегулировании на слом пустили всю систему управления экономикой, не учтя важность посреднической миссии ее среднего звена
Произошедшая в ходе реформ 1990-х годов ликвидация системы директивного управления, унаследованной Россией от СССР, больше всего затронула «среднее» звено экономики - отраслевые министерства и ведомства и, соответственно, специализированные отраслевые и подотраслевые комплексы с их сегментами рынка.
В результате сохранились только лишенные связующих звеньев ее низовые элементы — предприятия, которые пришли в хаотическое движение в поисках новой структурной устойчивости и новых посредников, без которых экономическая система любого уровня и масштаба существовать не может.
Произошла примитивизация системы управления.
Характеризуя переходные процессы на микроуровне и предупреждая об опасностях излишней децентрализации, Президент Международного клуба директоров А.Г.Аганбегян отмечал, что ряд хороших предприятий буквально развалились на глазах из-за слияний и поглощений, что они превратились в скопище самостоятельных небольших фирм, и единое производство оказалось раздробленным, а большинство самостоятельных фирм - неспособными выжить в одиночку. В качестве примера может быть приведена судьба одного из лучших предприятий ВПК Саратова "Тантал", которое распалось сначала на 70, потом, после некоторого укрупнения, на 40 фирм. "В ряде случаев, - подчеркнул он, - нужна разумная децентрализация, самоокупаемость отдельных подразделений; но вводить ее нужно под жестким контролем, не теряя целостности организации".
Если в плановой экономике основным критерием объединения выступала народнохозяйственная эффективность и целесообразность, то в рыночной экономике критерием объединения служит коммерческая прибыльность.
Помимо объективных требований и тенденций у России появились свои специфические обстоятельства, активизирующие интеграционные процессы в промышленности и других отраслях бизнеса. Потеря управляемости, обвальное падение спроса и объемов производства, недостаток инвестиций и оборотных средств, сокращение государственных заказов и крайняя неопределенность перспективы обусловили необходимость поиска новых форм проведения интеграции. К объединению в крупные структуры предприятия побуждают и такие специфические российские факторы, как необходимость восстановления разрушенных производственно-технологических связей и структурной перестройки производства, что невозможно без координации деятельности всех звеньев технологической цепочки и привлечения крупных финансовых ресурсов, а также рост транзакционных издержек в результате изменения характера взаимоотношений между предприятиями в ходе экономической реформы.
До конца 90-х гг. наиболее заметные российские слияния и поглощения, с точки зрения мировой практики, имели большие отличия. В то время как основным мотивом для большинства слияний за рубежом является рост капитализированной стоимости предприятия, российские производственные компании на протяжении 1990-х гг. не ставил капитализацию в разряд первостепенных задач. В начале рыночных реформ происходили объединения акционерного капитала, передача контрольных пакетов компаний в управление вновь создаваемым холдинговым структурам, обмен пакетами акций в процессе преобразования собственности.
Большая часть российских интеграционных операций может быть квалифицирована как «захваты». Во-первых, из-за оказываемого сопротивления и, во-вторых, из-за наличия конкурента-«захватчика». В данную категорию попадает значительное количество сделок, а отсутствие устоявшихся норм и правил и всеобщая коммерциализация государственных и других общественных институтов существенно расширили круг так называемых «заинтересованных участников». Однако при этом спектр способов получения контроля над компанией-целью в процессе «враждебной атаки» не подпадает ни под какие модели и критерии, принятые международным бизнес—сообществом. Из подобных сделок только небольшая часть может быть квалифицирована как классические образцы слияний/поглощений.
Общая интенсивность слияний/поглощений в России была на порядок меньше, чем в Европе и США. Если в России число подобных сделок измерялось, по самым оптимистическим оценкам, несколькими сотнями, то в Европе — несколькими тысячами. Подобное положение было связано как с недостатком у российских фирм финансовых ресурсов, так и с недостаточной эффективностью механизмов управления.
Низкая интенсивность процессов слияний и поглощений в 90-е годы в России была вызвана следующими факторами:
Во-первых, существованием различных возможностей контролировать предприятие, не являясь его юридическим собственником. Это связано, например, с механизмом так называемых «контрактных групп», которые получили в РФ широкое распространение. Формирование таких групп происходило с использованием давальческих механизмов поставок сырья, с заключением соглашений между предприятиями технологической цепочки об использовании «денежных суррогатов». Давальческие контракты позволяли собственнику сырья устанавливать практически полный контроль над потоками переработанной продукции, неся минимальные издержки и находясь в очень слабой формальной связи с производителем.
Во-вторых, высокими транзакционными издержками. Безусловно, юридически оформленное слияние или поглощение является более надежным (и поэтому более перспективным в стратегическом плане), чем неформальный контроль. Но возможные издержки такого юридически оформленного контракта и наличие альтернатив приводят к тому, что юридически оформленное слияние или поглощение в России обычно происходит тогда, когда структура, которая инициирует подобные процессы, обладает достаточной силой, чтобы успешно противодействовать различным внешним воздействиям, например, со стороны местной администрации или местных криминальных группировок.
Трудоемкость и капиталоемкость процедуры классической сделки чрезвычайно высоки (необходимость в проведении в большинстве случаев нескольких собраний акционеров/участников, квалифицированное «голосование», согласование с государственными органами, финансовые издержки, затраты на приобретение акций у несогласных акционеров, снижение ликвидности общества — приобретателя акций).
В-третьих, недостаточной развитостью фондового рынка. Положение компании-эмитента на рынке корпоративных ценных бумаг определялось не финансовым положением, не результатами производственно-хозяйственной деятельности, не научно-техническим потенциалом, а интересом со стороны крупного капитала.
С одной стороны, в силу ограниченности внутреннего интереса к этому сегменту финансового рынка его конъюнктура была чрезвычайно зависима от иностранного капитала, а, следовательно, больше зависела от общей мировой конъюнктуры, чем от экономической ситуации в стране. С другой стороны, большинство руководителей российских предприятий недооценивали значение поддержания ликвидности акций своих компаний, а иногда даже предпринимали меры к ограничению свободы продажи акций.
В таких условиях нельзя было говорить о том, что показатель рыночной капитализации компаний является объективной оценкой реальной стоимости предприятий. Что, безусловно, осложняло сам процесс слияния, а также сильно ограничивало возможности исследования эффективности слияний. К тому же отсутствие рыночных условий, (цивилизованная инфраструктура, информационная прозрачность, сбалансированность спроса и предложения) приводили к тому, что предприятиям не было необходимости поддерживать ликвидность своих акций с помощью организационно-структурных преобразований (в том числе слияний и поглощений).
В четвертых, непопулярностью классических слияний/поглощений в России в связи:
• с отсутствием нормативного регулирования сделок с долговыми обязательствами;
• возможностью снижения стоимости сделки по получению контроля посредством приобретения долговых обязательств и сохранения «инкогнито»;
• влияниям кредиторов (право досрочного прекращения обязательств, возможные выплаты);
• наличием задолженности у присоединяемой компании перед бюджетом и внебюджетными фондами и издержки по ее реструктуризации и др.
Под влиянием этих причин сформировался так называемый «русский вариант захвата», ключевым отличием которого стало наличие в используемых инструментах по получению контроля долговых обязательств вместо акций.
Не менее 2/3 российских предприятий и организаций еще в конце 1990-х имели долги перед бюджетом, поставщиками и банками. При этом у значительной части долг был так велик, что его было практически невозможно выплатить из-за прогрессивного роста сумм за счет пеней и штрафов.
Такие предприятия и организации попадали под действие Закона о банкротстве, составленного с этой точки зрения крайне неудачно.
Одновременно в стране рассматривались в судах до 30 тысяч дел о банкротстве. Необоснованное законодательство в сочетании с коррумпированной сетью делали возможным за относительно небольшую плату «захват» чужой собственности, чем многие пользовались в целях укрупнения и наращивания своего бизнеса.
В большинстве случаев в интеграционных сделках преследовалась цель получения непосредственного контроля над активами и финансово-хозяйственными операциями, а возможное доминирование в органах управления акционерного общества — это только один из способов достижения цели, и не всегда самый продуктивный.
С целью ограничения враждебных захватов в конце 1990-х годов, акционерные общества стали: 1) организовать контроль за обращением акций с помощью защиты своего реестра от несанкционированного доступа; 2) формировать отделы ценных бумаг, которые постоянно контролируют текущую ситуацию с акциями компании; 3) вносить соответствующие изменения в уставные документы.
Опасения быть поглощенными или привлечь интерес со стороны налоговых органов и администрации консервировали и без того недостаточную прозрачность рынка и препятствовали переходу на международные нормы бухгалтерского учета.
В пятых, игнорированием интересов акционеров (в частности при проведении сделок слияний/поглощений). Это обычно связано с конфликтами типа менеджер-акционер. В эти конфликты часто включаются различные органы государственной власти.
В связи с этими конфликтами и недоверием инвесторов к менеджменту фирмы не могли привлекать капитал на рынке ценных бумаг и, как следствие, сильно ограничивались в средствах для осуществления выгодных инвестиционных проектов, в частности, именно таких, как слияния/поглощения. Массовое забвение прав акционеров, особенно мелких и внешних, вело к доминированию внебиржевого рынка акций по переделу собственности, что также затрудняло проведение интеграционных процессов.
До последнего времени в этом направлении действовала и возможность «захвата» компании за счет необоснованной дополнительной эмиссии акций, которые приобретал захватчик по низким ценам, одновременно снижая долю других акционеров и пренебрегая их интересами. Применялась и незаконная схема «захвата» предприятий и организаций с помощью подкупа ведущих менеджеров и установления через них контроля за финансовыми потоками контролируемой организации. Новый закон «О банкротстве» ограничил, в известной мере, эти возможности.
С начала 2000-х годов процессы слияний и поглощений в России изменились количественно и качественно. Россия стала лидером поглощений среди стран трансформационного типа (см. рис. 1). По данным консалтинговой компании PricewaterhouseCoopers (PwC), с 2001 года Россия лидирует среди стран Восточной Европы по количеству слияний и поглощений в корпоративном секторе.


В России начиная с 2001 г. наблюдается рост на рынке корпоративного контроля. Причиной этому послужили стабильный экономический рост и первые положительные результаты структурного реформирования. Компании стали искать выход на мировой рынок Для этого они начинают публиковать отчетность в соответствии с международными стандартами, формируют корпоративную структуру, соответствующую требованиям мирового рынка, выходят на мировой фондовый рынок. Позитивную роль в развитии рынка корпоративного контроля играет также факт ускорения вхождения России в различные международные союзы. Это обязывает страну идти по пути дальнейшей либерализации правовой и экономической сферы.
В последние годы российский рынок слияний и поглощений демонстрирует неизменный рост. Рост в 2002 году составлял 20 %, в 2003 году - 52 %. Количество сделок в 2004 году увеличилось лишь на 5%. Тем не менее, из-за роста количества мультимиллиардных сделок общий объем российского рынка увеличился на 28 % и составил 30,3 млрд. долларов США. Это более чем в пять раз выше показателя 2001 года.
Помимо этого, свидетельством возросшей инвестиционной активности российских компаний в мире стало увеличение количества сделок по инвестициям в зарубежные предприятия с 21 до 26. При этом суммарная обнародованная стоимость таких сделок возросла с 471 млн. долларов США до 2 млрд. долларов США.
Позитивно оценивается развитие российского рынка слияний и поглощений в 2005/2006 году.
В настоящий момент в России существуют объективные причины, способствующие усилению тенденции к юридическому оформлению процессов слияний и поглощений. Усиление процессов концентрации собственности обеспечили несколько факторов:
Во-первых. Макроэкономические факторы. Согласно официальной статистике в России в течение последних пяти лет наблюдался подъем промышленного производства. Это связано, прежде всего, с развернувшимися процессами импортозамещения в результате резкой девальвации рубля. В этой ситуации цены на ресурсы росли медленнее, чем цены на конечную продукцию, что привело к улучшению финансового состояния предприятий. С другой стороны, в ближайшее время многие предприятия могут столкнуться с ограничением спроса на свою продукцию на внутреннем рынке в связи с ростом физического объема импорта. Последствиями этой ситуации, когда финансовые ресурсы крупных компаний достаточны, одним из вариантов развития событий может оказаться покупка конкурентов. Прежде всего, конкурентов с разветвленными сбытовыми сетями.
Во-вторых. Низкая рыночная капитализация подавляющего большинства предприятий и организаций (в среднем она в 3-5 раз ниже показателей других рыночных стран в расчете на сопоставимые параметры) резко облегчает процедуру слияния и поглощения.
В-третьих. Формализация отношений собственности внутри российских интегрированных компаний с целью привлечения инвестиций.
Непрозрачность структуры собственности большинства российских интегрированных образований резко повышает инвестиционные риски. Если крупные российские интегрированные структуры заинтересованы в иностранных инвестициях, то они вынуждены будут формализовать отношения собственности внутри себя.
В-четвертых. Необходимость реформирования банковской сферы после событий 17 августа 1998 г. и последовавшего за этим кризиса коммерческих банков.
Одним из требований Центрального банка является увеличение уставного капитала коммерческих банков до 5 млн. евро. Возможный путь такого увеличения, поощряемый ЦБ, — слияние банков. Аналогичная ситуация наблюдается и в области страховых услуг, где минимальный размер уставного капитала также был законодательно установлен.
В-пятых, активизация применения процедуры банкротства.
В России с вступлением в силу нового закона о банкротстве эта процедура значительно упростилась и предприятия готовы идти на значительные жертвы, для того чтобы сохранить свою собственность. При проведении процедуры банкротства возможно подписание мирового соглашения, по которому кредитор получает долг акциями предприятия. И, если кто-то заинтересован в поглощении компании, сейчас достаточно просто возбудить процедуру банкротства, а затем конвертировать долг в акции.
В-шестых, высокая прибыльность экспортно-ориентированных предприятий и организаций. В 1999-2005 гг. сложилась рекордно благоприятная конъюнктура мирового рынка на нефть, газ и металл, которые в совокупности составляют 70 % экспорта России. За счет этого страна ежегодно получает дополнительно 35 млрд. долл. экспортной выручки, из которых 20-25 млрд. поступает непосредственно частным экспортерам. Определенная часть этих средств может быть использована экспортерами для присоединения нужных им предприятий и организаций.
Дальнейшие волны слияний и поглощений в России, возможно, будут связаны с отменой «золотой акции» и совершенствованием российского законодательства. Подобные процессы происходят сейчас в Европе. В 2002 г. Европейский суд принял решение — отменить в Евросоюзе практику выпуска так называемых золотых акций. «Золотые акции» в ряде государств ЕС позволяют национальным правительствам продолжать контролировать когда-то бывшие в стопроцентной госсобственности крупные компании, вмешиваться в сделки по слияниям и поглощениям или даже блокировать их.
В Европе действует примерно 25 крупных фирм, главным образом в энергетическом и коммуникационном секторах, защищенных «золотыми акциями». Еврокомиссия рассчитывает, что отмена «золотых акций» повлечет за собой волну слияний и Европа вскоре сможет ликвидировать свое отставание от США по уровню концентрации капитала .
Еврокомиссия также работает над проектом закона, согласно которому в случае враждебного поглощения компания, выступающая в роли «жертвы», обязана слиться с «хищником» в том случае, если тот приобретает не менее 75 % ее акции. В отличие от США, где происходят, прежде всего, слияния и поглощения крупных фирм, в Европе до сих пор идет в основном поглощение мелких и средних компаний, семейных фирм, небольших акционерных обществ смежных отраслей.
По прогнозам PwC, в ближайшие несколько лет в России число сделок по поглощениям и слияниям фирм будет увеличиваться. Их рост ожидается, прежде всего, за счет сделок по покупке российским капиталом зарубежных компаний и предприятий. Вторым фактором роста будут инвестиции из-за рубежа: по прогнозу PwC, прямые иностранные инвестиции в экономику России возрастут. Внутри страны эксперты ждут череды слияний, во-первых, в среднем и мелком бизнесе, который до сих пор избегал консолидации, во-вторых, в финансовом секторе, что обусловлено стремлением крупных финансовых институтов нарастить капитал и филиальную сеть, и, в-третьих, в промышленном секторе в связи с процессами приватизации в оборонно-промышленном секторе.
Сегодня интеграционные процессы, происходящие в России, подчинены действию основных стимулов к интеграции: ожидаемой прибыльности предприятий различных отраслей промышленности и возможности защиты прав собственности внутри интегрированных бизнес-групп.
Существует несколько возможных сценариев эволюции сформировавшихся в экономике России интегрированных бизнес-структур.
Сценарий 1. Корпоратизация интегрированных бизнес-структур. Трансформация интегрированных бизнес-структур в публичные и соответственно прозрачные высокодиверсифицированные промышленные корпорации, поставляющие на рынки широкий перечень продукции и услуг.
По мере выстраивания стандартных процедур корпоративного контроля будет происходить постепенный отход собственников от непосредственного участия в управлении. Реализация этого сценария потребует проведения активной государственной политики по нормализации процедур защиты собственности и контрактов, политики поддержки конкурентоспособности ведущих отечественных компаний. Развитие институциональной среды и системы финансовых посредников приведет к тому, что "ядром" бизнеса станут его более сложные формы, связанные с машиностроением и высокими технологиями, при превращении отделений нефтедобычи и выпуска металла сначала в "дойных коров", а затем в самостоятельные корпорации.
Сценарий 2. Стратегия инвестора (leverage buy-out). По мере формирования "ядра" бизнеса возможна реализация части непрофильных активов. Этому процессу должна предшествовать реструктуризация продаваемой компании, включающая предварительную оптимизацию ее структуры и управления, определение относительно устойчивых рынков и поставщиков, "отладку" финансовых, маркетинговых и кадровых служб и процедур, чтобы повысить рыночную стоимость продаваемых активов.
Такая корпоративная стратегия активно реализуется рядом интегрированных бизнес-структур, в частности, "Альфа-групп", которая за 30 млн. долл. продала кондитерскую фабрику "Большевичка" французской группе "Данон", купив ее за два года до того за 1 млн. долл. После стандартной реструктуризации "Альфа-групп" с большой выгодой продала Борский стекольный завод японско-бельгийскому концерну "Асахи Гласе Груп", а "Альфа-цемент" - швейцарской компании "Холбдербанк".
Очевидно, что крупный российский бизнес через десять лет будет выглядеть совершенно иначе. Вместе с тем, этап становления и развития отечественных интегрированных бизнес-групп достаточно точно соответствует и мировой истории, и современным тенденциям формирования корпоративного сектора на развивающихся рынках и поэтому является сегодня неизбежным и закономерным.
4.3. Государственная политика в области слияний и поглощений
Общие тенденции динамики слияний и поглощений подтверждаются данными о динамике ходатайств в Федеральную Антимонопольную службу (ФАС). См табл. 5. В последние годы наблюдается рост суммарного количества подаваемых заявлений по статьям 17 и 18 Закона РСФСР № 948—1 от 22 марта 1991 г. «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», при этом во все большей части эти заявления связаны со статьей 18.
В 2002 г. количество уведомлений по статье 18 (9461) было сопоставимо с количеством ходатайств по той же статье (10198). В то же время, по данным ФАС России, около половины сделок (по статье 18) в 2002-2003 гг. было связано с приобретением акций (долей) в уставном капитале хозяйствующих субъектов, работающих на разных товарных рынках, а поэтому не конкурирующих друг с другом.
Таким образом, статья 18 «настроена» на избыточную жесткость в плане необходимости использования разрешительного порядка. Как следствие, значительная часть хозяйствующих субъектов стремится избежать согласования сделок по статьям 17 и 18 - количество только выявленных ФАС России нарушений по этим статьям составило около 4 тысяч в 2000 г. и более 5 тысяч в 2001 г. (реально их существенно больше), при этом именно по этим статьям Закона «О конкуренции...» наиболее высок прирост нарушений. Не менее важной проблемой является, растущее участие чиновников в антиконкурентных соглашениях.
Если анализировать только структуру ходатайств (без уведомлений), то основные тенденции сохраняют свое значение. В 2002-2003 гг. в структуре рассмотренных ходатайств более 70% составляют ходатайства о приобретении акций (ст. 18), тогда как доля ходатайств о слиянии и присоединении не превышает 5%. Это отнюдь не означает, что данные противоречат приведенной выше статистике слияний и поглощений в России. Напротив, статистика ФАС, хотя и не позволяет выделить поглощения отдельной строкой (такого понятия нет в российском законодательстве), но свидетельствует о растущих масштабах данного процесса, тем более что речь чаще всего идет о весьма крупных пакетах (от 20 %).

Таблица 1
Динамика количества рассмотренных уведомлений и ходатайств в соответствии с требованиями статей 17 и 18 Закона «О конкуренции...»

Количество уведомлений и ходатайств Удельный вес в суммарном количестве заявлений по статьям 17 и 18,%
по статье 1 7 по статье 1 8 статья 17 статья 18
1998 г. 2485 4417 36,0 64,0
1999г. 2936 7315 28,6 71.4
2000 г. 3882 12092 24,3 75,7
2003 г. 4827 16165 23,0 77.0
Источник: данные МАП России. Законом РСФСР № 948-1 от 22 марта 1991 г. «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» установлен государственный контроль за созданием, реорганизацией, ликвидацией коммерческих организаций и их объединений (статья 17) и за соблюдением антимонопольного законодательства при приобретении акций (долей) в уставном капитале коммерческих организаций (статья 18).

Проблема состоит в том, что термин «реорганизация», используемый в Гражданском кодексе РФ (ст. 57), относится лишь к правовым аспектам деятельности предприятий в части регламентации возможных промежуточных трансформаций юридических лиц в диапазоне между созданием и ликвидацией.
Законодательно установленные формы реорганизации ограничены следующим перечнем: слияние, присоединение, разделение, выделение, преобразование. При этом в законодательстве отсутствует какое-либо определение собственно реорганизации. Следует также заметить, что установленные в Гражданском кодексе РФ формы реорганизации юридического лица не отражают всего многообразия экономических форм реструктуризации. Вместе с тем различающиеся по экономической мотивации и результирующей структуре собственности экономические формы реструктуризации (например, разделение компании на независимые или на материнскую и дочернюю) часто подпадают под единую форму реорганизации юридического лица .
При этом для российской практики типичной является ситуация, когда сделка, по сути являющаяся слиянием (присоединением), оформляется не в соответствии с требованиями, предъявляемыми к «реорганизации», а как покупка акций и активов. Это связано со стремлением контрагентов сделки, во-первых, обойти необходимые при реорганизации процедуры (договор реорганизации, порядок конвертации, передаточный акт, созыв общего собрания акционеров, согласование в МАП и др.), во-вторых, лишить кредиторов права требования досрочного исполнения обязательств.
Последняя норма представляется чрезмерной, однако ее сохранение в законодательстве является весомым стимулом для поиска обходных путей при оформлении таких сделок. Еще один объективный мотив -сохранение прежней компании при наличии биржевой, кредитной и «отчетной» (особенно по международным стандартам) истории, тогда как слияние потребует создания новой компании.
Число ходатайств о покупке акций и активов примерно в 20 раз выше, чем ходатайств о слиянии и присоединении. Следует также заметить, что ходатайства о реорганизации (слиянии, присоединении и др.) подаются в основном при укрупнении ГУПов в рамках реформы госсектора последних лет.
В 2003 г. появился целый ряд оптимистичных оценок существующих правил слияний и поглощений, согласно которым руководители все чаще рассматривают идею объединения с другими предприятиями:
• в качестве одного из видов реструктуризации бизнеса,
• одного из способов качественного улучшения его структуры,
• одного из способов привлечения инвестиций.
Однако, реалии пока далеки от такой оценки. Положительные сдвиги имеют место лишь в единичных случаях.
В целом же, по данным департамента экономической безопасности Торгово-промышленной палаты (ТИП) РФ, осуществляемые в настоящее время поглощения являются враждебными, т. е., с учетом доминирующей техники предполагают скупку акций с использованием шантажа, угроз или подкупа, противоправный доступ к реестру акционеров и др. Очевидным экономическим мотивом для использования противоправных методов поглощений является сопоставление затрат при «враждебном» и «цивилизованном» способами поглощения: при затратах порядка 0,5 млн. долл. на юридические услуги, подкуп должностных лиц, судей и судебных приставов можно получить объект стоимостью 5 млн. долл.
Среди наиболее известных примеров 2002-2003 гг. - борьба «Илим Палп» и «Базового элемента» за контроль над Котласским и Братским ЛПК, схватка между «Евраз-холдингом» и «Мечелом» за Коршуновский ГОК, попытки «Альфа-Эко» захватить Таганрогский металлургический завод, конфликты вокруг Красноярской угольной компании, «Дальвостокугля», Нижегородского масложирового завода, Московского НПЗ, Усть-Илимского ЛПК, Ступинского металлургического комбината, АХК «Азот» и др.
Проблема враждебных поглощений с применением так называемого «административного ресурса» приобрела в 2002-2003 гг. столь острый характер, что потребовала внимания законодателей. Так, в мае 2003 г. в Государственной Думе прошли парламентские слушания на тему законодательного обеспечения прав собственности, в том числе при враждебных поглощениях. Среди рекомендаций - ужесточение ответственности за принятие соответствующих судебных решений (что требует поправок в законодательство о судебной системе), введение ответственности миноритарных акционеров за подачу иска, инициирующего враждебное поглощение, уточнение процедур проведения собрания акционеров и ведения реестров АО (основания для передачи функций ведения реестра от одного регистратора к другому, запрет на изъятие или арест реестров) и другие. Тем не менее, даже внесение указанных изменений в законодательство не снимет остроты и не решает проблему, пока сохраняются экономические (сравнительная затратность разных методов установления контроля) и институциональные (системная коррупция) предпосылки.
Интересен опыт защиты предприятий и организаций от недружественных поглощений накопленный в Москве. В 2003 года при поддержке Правительства Москвы и под патронажем МТПП было создано некоммерческое партнерство «Консультационный центр по защите предприятий и организаций от недружественных поглощений».
Основные цели и задачи этого Консультационного центра состоят в следующем:
• сохранение промышленного потенциала г. Москвы;
• противодействие стихийному переделу собственности в промышленном секторе г. Москвы;
• осуществление мониторинга и обобщение практики
• недружественных слиянии и поглощении для прогнозирования развития и преобразования предприятий;
• оказание помощи предприятиям, подвергшимся недружественному поглощению, разработка методологии защиты от недружественных поглощений.
В случае обращения за помощью в Центр:
Во-первых, проводится анализ ситуации на предприятии с целью выявления возможности его недружественного поглощения.
Во-вторых, по результатам проведенного исследования, разрабатывается стратегии защиты предприятия.
В-третьих, вырабатываются рекомендации по проведению в жизнь предложенной стратегии защиты аккредитованными при Консультационном центре компаниями .
Использование консультаций опытных и квалифицированных помощников действительно является эффективным решением в вопросе враждебного поглощения.
На рубеже 2003-2004 гг. активизировалась подготовка к изменению законодательства в сфере слияний и поглощений в рамках реформы антимонопольного законодательства в целом.
В настоящее время, как известно, предварительного согласования с ФАС России требуют сделки слияния и присоединения тех компаний, активы которых в совокупности превышают 200 тыс. МРОТ (20 млн. руб.) или в случаях, если приобретаемый пакет составляет более 20 % акций. По оценке ФАС, предполагаемые новации позволят вывести 85 % сделок из-под контроля антимонопольных органов.
В 2004 г. правительство РФ одобрило законопроект, который увеличивает до 3 млрд. руб. (в 150 раз) пороговые значения балансовой от недружественных поглощений» - www.strategiya.ru. стоимости совокупных активов компаний, при слиянии которых требуется предварительное согласование . Сделки с активами участников от 200 млн. до 3 млрд руб. должны носить уведомительный характер с правом антимонопольного органа в течение 3 месяцев запретить сделку. Сделки стоимостью до 200 млн. руб. должны носить уведомительный характер (после совершения), т. е. порог увеличивается в 20 раз.
Одновременно снимается ряд ограничений по размеру приобретаемого пакета. При приобретении доли свыше 25 % контроль должен осуществляться в полной мере, до 20 % он отсутствует, от 20 до 25 % - является упрощенным. При любом увеличении доли уже существующего акционера в капитале общества с 50 % плюс 1 акции (доли) до 65% акций (долей) или свыше 75 % плюс 1 акция имеет смысл только уведомительный режим. Целесообразность предварительного согласования сделок признается для тех случаев, когда изменение структуры акционерного капитала приводит к сдвигам в соотношении сил на том или ином товарном рынке.
Таким образом, доминирование антимонопольного подхода при мониторинге экономической концентрации и сдвигов в структуре собственности сохраняется, что заметно ограничивает ценность данных новаций.
Кроме того, любой мониторинг соответствующих сделок, как правило, наталкивается на типичную структуру собственности крупных российских компаний, легко научившихся обходить ограничения ФАС с помощью группы формально независимых акционеров или иных, более сложных, схем.
По мнению специалистов МАП, в новом законе в целях повышения открытости российской экономики, а также репатриации инвестиций необходимо перейти от предварительного контроля к уведомительному порядку во всех случаях совершения сделок в рамках одной группы лиц (в случае, если состав группы лиц в результате сделки не изменяется). Одновременно следует законодательно установить обязательность рас¬крытия информации о реальных бенефициариях участвующих в сделках оффшорных компаний. Последняя задача также выходит далеко за рамки антимонопольного регулирования и требует, помимо введения новых правовых понятий, целого комплекса мер.
Основными инициаторами перехода на уведомительный характер являются крупные российские компании и группы. При этом, по всей видимости, указанные решения стали определенным компромиссом для ФАС России, для которого (как и любого ведомства в процессе административной реформы) утрата значительного количества объектов разрешительного режима означает и утрату ведомственной значимости.
В качестве асимметричной компенсации реформа антимонопольного законодательства может предусматривать как ужесточение санкций при нарушении антимонопольных норм, так и модификацию функций ФАС (добавление новых, в том числе надзорных, при исключении ряда существующих).
Традиционно защита прав различных типов акционеров при слияниях и поглощениях занимает весомое место в законодательстве развитых стран. Она может осуществляться по нескольким направлениям:
• общее регулирование правил слияний и поглощений (в соответствии со спецификой конкретных форм, предусмотренных в национальных правовых системах);
• общие механизмы защиты прав миноритарных акционеров при поглощении (публичная оферта, право принятия решений, «справедливая цена» и др.);
• защита прав миноритарных акционеров, возражающих против реорганизации;
• условия, при которых лицо, установившее определенный порог контроля в процессе поглощения, вправе завершить консолидацию (аннулирование защитных механизмов, скупка остающихся акций и др.);
• требования раскрытия информации о процедуре слияния или поглощения;
• обеспечение прозрачности структуры собственности и изменений в структуре собственности;
• нормы, регулирующие особенности эмиссии и конвертации ценных бумаг;
• контроль со стороны регулирующих органов и саморегулирующихся организаций;
• судебная практика разрешения споров, возникающих в процессе слияний и поглощений.
Один из нюансов российской ситуации состоит в том, что в России мониторинг крупных сделок по приобретению акций (соответственно, крупного участия в акционерном капитале) с низкой эффективностью осуществляется в целях антимонопольного регулирования. В то же время такой мониторинг (прозрачность системы участия) не менее важен для предотвращения ущерба различных групп уже существующих акционеров. Защита интересов различных типов акционеров при поглощении имеет принципиальное значение, однако в российском законодательстве минимальные нормы, регулирующие данный вопрос, содержатся только в ст. 75 и 80 закона об АО. Существенно также, что регулирование поглощений, предусмотренное в ст. 80 закона об АО, касается только ОАО с числом акционеров - владельцев обыкновенных акций, превышающем тысячу человек.
Комплексное решение проблемы предполагает следующие новации:
• законодательное определение единого перечня категорий лиц, чьи права должны быть гарантированы при реорганизации АО (в качестве дополнения в ГК РФ либо в виде раздела специального закона о реорганизации);
• развитие и детализацию правовых механизмов, обеспечивающих защиту прав миноритарных акционеров при поглощении (публичная оферта, право принятия решений, «справедливая цена» и др.);
• защиту прав миноритарных акционеров, возражающих против реорганизации;
• определение условий, при которых лицо, установившее определенный порог контроля в процессе поглощения, вправе завершить консолидацию, невзирая на сопротивление менеджеров и миноритарных акционеров (аннулирование защитных механизмов, скупка остающихся акций и др.);
• введение ряда правил конвертации акций (долей участия), которые должны исключить возможность «размывания», «выдавливания» и других способов злоупотребления крупными участниками своей возможностью определять условия реорганизации;
• развитие нормативного регулирования сделок с долговыми обязательствами (в настоящее время существует возможность снижения стоимости сделки по получению контроля посредством покупки долговых обязательств и сохранения «инкогнито»);
• развитие норм (требований) раскрытия информации о процедуре слияния или поглощения;
• обеспечение оптимального уровня прозрачности структуры собственности и изменений в структуре собственности;
• дальнейшее совершенствование норм, регулирующих особенности эмиссии и конвертации ценных бумаг;
• изменения в законодательстве о регистраторской и депозитарной деятельности, направленные на защиту прав собственности на акции;
• дальнейшую детализацию и уточнение принципов налогообложения хозяйственных операций в рамках реорганизации (закон РФ «О налоге на операции с ценными бумагами») с учетом конкретных стратегических задач государственного регулирования и существующей мировой практики стимулирования/ограничения данных процессов;
• обеспечение координации со стороны регулирующих органов (непротиворечивость ведомственных актов, единая система контроля и др.);
• обеспечение «прозрачности» судебной практики и ответственности судебных решений при разрешении споров, возникающих в процессе слияний и поглощений.

Глава 5. Роль инвестиционных ресурсов в концентрации базовых отраслей промышленности.

Система финансирования инвестиционного процесса складывается из органического единства источников финансирования инвестиционной деятельности и методов инвестирования.
5.1. Сущность и структура инвестиционных ресурсов
Финансовые ресурсы предприятия выполняют различные функции и имеют разные источники формирования.
Основными функциями финансов предприятия являются:
• обеспечение текущей хозяйственной деятельности в рамках простого воспроизводства;
• технологическое обновление производства;
• расширение масштабов производства, его концентрация.
Последние две функции связаны с инвестиционным процессом. Все источники формирования инвестиционных ресурсов делятся на собственные и заемные. К собственным средствам относятся нераспределенная прибыль, предназначенная для инвестирования, личные накопления предпринимателей и амортизационные фонды предприятий. К заемным относятся коммерческие и банковские кредиты, которые ис¬пользуются при отсутствии или нехватке собственных средств.
Трансформация источников финансирования происходит в направлении некоторого повышения доли привлеченных средств, что отражает процессы постепенного укрепления и развития финансовых институтов.
Стратегия обращения к различным источникам инвестирования различаются по отраслям промышленности. Стратегия использования собственных средств доминирует у предприятий, перерабатывающих сырье или работающих на потребительский рынок. Предприятия, перерабатывающие сырье, активно используют также средства иностранных партнеров. Оборонные и высокотехнологичные предприятия ориентируются на кредиты (преимущественно получаемые не на рыночных, а на льготных условиях). Экспортоориентированные оборонные и высокотехнологичные предприятия нередко привлекают средства коммерческих структур.
В состав инвесторов входят фондовые биржи, коммерческие банки, бюджеты всех уровней, предприятия, внебюджетные фонды, иностранные инвесторы.
Выбор источников финансирования инвестиций предприятием-реципиентом осуществляется в зависимости от возможной эффективности их использования и от доступности того или иного инвестиционного ресурса.
Для выбора источников финансирования инвестиций предприятия по критериям эффективности необходимо:
• оценить величину необходимых инвестиционных ресурсов и возможности использования каждого источника финансирования инвестиций;
• выбрать оптимальный способ финансирования;
• оценить ограничения отдельных инвестиционных ресурсов и их совокупности.
В реальных экономических условиях предприятию, которое собирается реализовывать инвестиционный проект, важно определить, с какими расходами оно столкнется, если привлечет средства из того или иного источника.
Оценку стоимости привлекаемых инвестиционных ресурсов осуществляют по двум критериям:
• необходимый объем инвестиционных ресурсов для сдачи инвестируемого объекта в эксплуатацию;
• стоимость инвестиционного ресурса, рассчитываемая за весь срок реализации проекта.
Заключение договора о займе предполагает использование предварительно оговариваемого уровня номинальной годовой процентной ставки. В общем случае величина процентной ставки представляет долю основной суммы долга (принципала), которая должна быть выплачена по окончании расчетного периода. Ставки такого рода называются простыми.
Простые процентные ставки могут быть выражены одной из модификаций известной формулы Фишера:
1 + п = (1 + г) х (1 +i),
где г - реальная процентная ставка, п - номинальная процентная ставка, i -темп инфляции.
Все ставки и темп инфляции в данной формуле приводятся в виде десятичных дробей и должны относиться к одному и тому же периоду времени.
При выполнении расчетов в постоянных ценах инфляционная компонента из величины процентной ставки может быть исключена.
Однако на практике величина процентной ставки определяется исходя из рыночных условий (наличия альтернативных вариантов использования капитала, различные сроки привлечения, различная степень риска каждого варианта). Кроме того, предприятие может осуществлять финансирование проекта как за счет одного, так и за счет комбинации источников. Комплексный метод финансирования является наиболее распространенным. Следует учитывать также, что использование различных способов финансирования инвестиционных проектов, как правило, предусматривает разные схемы погашения и обслуживания долга.
С точки зрения учета всех этих факторов, простая процентная ставка имеет существенные недостатки. Во-первых, она не отражает реальной эффективности сделки при привлечении различных источников финансирования. Во-вторых, простая процентная ставка не может быть использована для сопоставления инвестиций с различными сроками привлечения.
Для обеспечения сравнительного анализа цены привлечения различных источников финансирования, на различные условия и сроки привлечения, необходимо выбрать универсальный показатель для любого сочетания рыночных факторов и для любой схемы начисления процентов. Таким показателем в финансовом менеджменте является, так называемая, эффективная процентная ставка за весь срок реализации проекта или ставка сложного процента.
Процентные ставки, различающиеся по продолжительности расчетного периода, могут быть сравниваемы между собой через расчет эффективных ставок.
Расчет эффективной ставки или ставки сложного процента осуществляется по следующей формуле:
E = (1 + S\N),
е - эффективная ставка, S - простая ставка,
N - число периодов начисления процентов внутри рассматриваемого интервала.
По-сути эффективная процентная ставка предполагает оценку величины затрат предприятия по совокупности простой ставки процента за год и эффективной процентной ставке за весь срок проекта. Она предполагает определение цены каждого инвестиционного источника, его долю в общем объеме средств и срок привлечения.
Эффективная процентная ставка обеспечивает комплексный анализ каждого источника финансирования и позволяет обеспечить выбор адекватного источника финансирования.
Важной задачей инвестирования является выбор наиболее эффективных вариантов инвестиционных источников.
Не менее важным моментом при рассмотрении стоимости источников финансирования выступает необходимость определения того, насколько один источник выгоднее (эффективнее) по сравнению с другими, и наоборот.
В финансовом и инвестиционном менеджменте в целях оценки выгодности одной величины по сравнению с другой используют два показателя - эффект и эффективность.
Эффект от использования источника финансирования инвестиций оценивается как отношение эффективной процентной ставки за весь срок инвестиционного проекта у каждого источника (в перечень источников входят как отдельные источники, так и финансирование комплексным методом) к минимальной эффективной процентной ставке из всей совокуп¬ности источников.
Эффективность от использования источника финансирования инвестиций исчисляется по общей формуле: соотношение полученного эффекта (результата) к сумме затрат из данного источника финансирования инвестиций.
Предложенная методика представляет собой процедуру расчета стоимости инвестиционных ресурсов по источникам финансирования.
Можно выделить две группы факторов, влияющих на размеры инвестиционных ресурсов и их структуру:
Первая группа - организационно-экономические факторы. К ним относятся:
• приватизация и акционирование предприятии;
• национализация производства;
• структура собственности, соотношение между основными группами собственников;
• организационные типы предприятий и корпораций.
Вторая группа - денежно-финансовые факторы. К ним относятся:
• объем инвестиционных потребностей (рынок бизнес-предложений);
• соотношение между сбережениями и накоплениями;
• состояние денежно-валютной системы государства;
• ввоз и вывоз капитала.
Приватизация и последующее за ней акционирование создали предприятиям предпосылки и организационные условия для привлечения финансовых средств из различных источников (средства смежников - поставщиков и потребителей, средства трудового коллектива путем допол¬нительного выпуска акций и т.п.).
Высокая доля инсайдерского капитала в структуре промышленной собственности России ограничивает возможности привлечения сторонних инвестиционных ресурсов. Дефицит инвестиционных средств не преодолевается из-за закрытости многих предприятий, связанной с преобладанием инсайдерского капитала, когда значительный, а тем более контрольный пакет акций, находится под контролем администрации.
Большинство руководителей предприятий по этой же причине отвергает продажу части пакета или дополнительную открытую эмиссию как источник инвестиционных ресурсов. Так, при изучении 100 инвести¬ционных проектов, разработанных сибирскими предприятиями, оказалось, что все они опирались на идеи финансовой помощи, включая некоммерческие кредиты, или "натуральной поддержки". Но ни один из проектов не предусматривал выход предприятия на рынок ценных бумаг.
Успех в получении кредитов во многом зависит от разработки обоснованных бизнес-предложений, которые отвечают мировым стандартам, учитывают потребности платежеспособности внутреннего и внешнего рынков, гарантируют возвратность вкладываемых средств. Определяющую роль в инвестиционном процессе играют факторы внешнего воздействия: политическая стабильность в России, наличие законодательно-нормативной базы, благоприятные налоговые и таможенные режимы, условия вывоза и вложения капитала.
Согласно общемировой практике, основным фактором, влияющим на потенциал инвестиционных ресурсов национальной экономики, является такой макроэкономический параметр, как соотношение между сбережениями и накоплениями.
За годы перехода России к рыночным формам хозяйствования валовые накопления (к уровню ВВП) сократились примерно в три раза, что не способствует быстрому восстановлению и дальнейшему подъему национального хозяйства страны.
Благоприятные возможности роста экономики и инвестиций могут быть реализованы за счет сокращения разрыва между сбережениями и накоплениями. На всем протяжении 1990-х годов (за исключением кризиса 1998 года) норма сбережений не опускалась ниже 25-30 % ВВП. В 2000-2003 годах сбережения, то есть располагаемые российской экономикой ресурсы, не использованные на текущее потребление, составляли 30-35 % ВВП .
Таким образом, инвестиционный потенциал, который характеризуется большим разрывом между сбережениями, с одной стороны, и накоплениями и инвестициями, с другой остается в значительной мере невостребованным. Этот разрыв в настоящее время составляет около 10 % ВВП.
Это свидетельствует о том, что на инвестиции направляется только 18-22 % ВВП. Таким образом, российская экономика постоянно имеет резерв роста в размере 10-12 % ВВП, который не используется внутри страны ни на потребление, ни на накопление. Образовавшиеся ресурсы расходуются на финансирование роста золотовалютных резервов, обслуживание внешнего долга, формирование резервного фонда и на отток капитала.
Одной из составляющих рыночной стоимости капитала оказывается инфляция.
Темпы инфляции постепенно замедляются, растут золотовалютные резервы ЦБ. Бюджеты 2000-2005 гг. исполнены с профицитом. Повысилась денежная составляющая в расчетах между контрагентами рынка. Однако эти макроэкономические индикаторы пока не достигли общепринятых стандартов, присущих развитой рыночной экономике со стабильным режимом функционирования (по уровню инфляции, ставки рефинансирования, уровню монетизации расчетов и т.д.).
На величину и структуру инвестиционных ресурсов прямое влияние оказывает ввоз в страну и вывоз из нее капитала.
Следует учитывать, что ввоз в страну капитала имеет как положительные, так и негативные последствия. Ввоз капитала может увеличивать инфляцию.
Поэтому для российской экономики приоритетным является не столько приток инвестиций из-за рубежа, сколько эффективное размеще¬ние имеющихся внутренних ресурсов.
В сегодняшней конкретной обстановке вывоз из страны капитала является, по мнению автора, фактором, ограничивающим ресурсную базу инвестирования национального производства.
Присутствуют и негативные факторы, в частности, продолжается утеч¬ка капитала из страны. Его отток на протяжении последних четырех лет стабилизировался на уровне 20-25 млрд. долл. в год.
Так, на протяжении всего последнего десятилетия статистика платежного баланса фиксирует отток финансовых ресурсов из России. Вывоз капитала не остановило и принятие нового закона «О валютном регулировании и валютном контроле». В прогнозах к 2006 году предполагается снижение вывоза капитала за рубеж примерно на 40%.
Требуется более эффективный контроль, а в определенной ситуации - ограничение и даже пресечение некоторых направлений и форм вывоза капитала.
Несмотря на некоторое улучшение финансовых условий ин¬вестирования в российской экономике, радикального перелома ситуации в решении проблемы крупномасштабного инвестирования реального сектора экономики не произошло. Проблемы инвестирования практически характерны для предприятий всех отраслей промышленности.
Реализация многих крупных инвестиционных проектов долгосрочного характера упирается в отсутствие финансовых средств, как собственных, так и из других источников.
Необходимо повышение качества управления инвестиционными ресурсами на предприятиях.
Предложенный автором подход к определению разумного объема финансирования инвестиционных проектов, а также к выбору надежных источников финансирования капиталовложений, реализуемых в целях расширения производства и обновления основных фондов, может стать фактором создания высокоэффективных и конкурентоспособных отечественных предприятий.
5.2. Источники инвестиционных ресурсов
Источниками инвестиционных ресурсов промышленных предприятий являются :
• собственные финансовые ресурсы и внутрихозяйственные резервы предприятий (прибыль, амортизационные отчисления, денежные средства от реализации собственности, средства, полученные страховые выплаты и др.);
• заемные финансовые средства (банковские и бюджетные кредиты, облигационные займы и другие средства);
• финансовые средства, привлеченные на фондовом рынке (средства, получаемые от продажи акций, паевых и иных взносов членов трудовых коллективов, граждан, юридических лиц);
• финансовые средства, безвозмездно получаемые в установленном порядке от вышестоящих объединений, союзов предприятий;
• средства внебюджетных фондов;
• средства федерального бюджета, предоставляемые на безвозвратной и возвратной основе, средства бюджетов субъектов Российской Федерации;
• средства иностранных инвесторов.
В современных российских условиях, активизация инвестиционной деятельности в промышленности должна осуществляться, прежде всего, за счет внутренних источников предприятий. Применение именно этого инструмента в наибольшей степени является гарантией финансовой устойчивости предприятий.
Причины такой постановки состоят в том, что применение законодательства о банкротстве создает достаточно легкую возможность ввести на предприятиях-должниках процедуру банкротства и институт внешнего управления, заканчивающиеся нередко их ликвидацией или поглощением.
К тому же уровень менеджмента на большинстве промышленных предприятий, а соответственно и уровень проработанности их бизнес-планов, оставляет желать лучшего. В этих условиях угроза банкротства также обостряется.
В первые годы реформ (1992 - 1993г.г.) доля предприятий, обходящихся только собственными средствами, составляла около 40 %.
На протяжении последнего десятилетия (1995-2005 гг.) собственные средства промышленных предприятий оставались главным источником фи¬нансирования инвестиций в основной капитал. Их доля составляла в 1995 году 49,0 %, в 1997 году - 60,8 % , в 2000 году - 47,7 %, в 2001 году - 50,3 %.
Сокращение доли собственных средств в инвестициях основного капитал станет возможным лишь вследствие значительного улучшения условий кредитования.
Вместе с тем, почти по всем отраслям экономики сохраняется значительное число убыточных предприятий.
Причем, предприятия, понесшие убытки, на покрытие дефицита оборотных средств направляют, прежде всего, свои амортизационные отчисления.
Собственные средства предприятий в ближайшей перспективе останутся основным источником инвестиций для реального сектора российской экономики.
Как источник инвестиционных ресурсов наиболее привлекательно государство. Оно выступает либо как источник дешевых денег - прямых бюджетных субсидий - или как источник льготных кредитов. Государство, участвуя в инвестициях, обычно не претендует на получение дополнительной части собственности или контроля.
В первые годы реформ (1992 - 1993 г. г.) возможность воспользоваться государственными субсидиями в разных формах имели более четверти предприятий.
Масштабы привлеченных предприятиями бюджетных средств сравнительно невелики и составляют порядка одной пятой всех инвестиций в основной капитал. При этом наблюдается тенденция снижения доли федерального бюджета в инвестициях. В 2001 году эта доля составляла. 5,8 %.
Тем не менее, нет сомнений, что важная роль бюджетных инвестиций в ближайшей перспективе сохранится. Бюджетные инвестиции особенно широко используются в инфраструктурных и социально значимых отраслях экономики, а также в оборонных отраслях. Эти инвестиции должны способствовать активизации инвестиционного процесса в направлении наиболее эффективного технического перевооружения и модернизации производства.
На наш взгляд, прямое бюджетное финансирование должно быть в первую очередь направлено на решение таких задач, как:
• разработка технико-экономических обоснований (бизнес-планов по созданию корпоративных научно-производственных структур;
• финансирование проектов реформирования (реструктуризации) предприятий и организаций, прошедших в установленном порядке конкурсный отбор;
• финансирование инвестиционных программ конверсии предприятий и организаций.
Благоприятствующим фактором государственного участия в финансировании инвестиционных проектов является создание и высокие темпы накопления золотовалютных резервов и резервного фонда.
Нынешний объем золотовалютных резервов уже значительно превышает критерии достаточности, включая критерий Редди (в соответствии с ним иностранные активы должны покрывать объем трехмесячного импорта товаров и услуг плюс весь объем необходимых платежей по основному долгу и процентам как суверенного, так и частного внешнего долга текущего года).
Финансирование инвестиционных проектов за счет государ¬ственного бюджета имеет ряд ограничений:
• Во-первых, государство оказывает поддержку инвестиционным проектам, как правило, на конкурсной основе.
• Во-вторых, доля собственных средств предприятия-получателя государственных инвестиций должна быть не менее 20 % от стоимости проекта.
• В-третьих, срок государственного финансирования на возвратной основе, как правило, не может превышать двух лет.
• В-четвертых, эффективность инвестиционных вложений должна иметь показатель рентабельности больше нуля.
Размер государственной поддержки в виде государственных гарантий, как и прямое бюджетное финансирование, также имеет ряд ограничений. Размер государственных гарантий устанавливается в зависимости от категории проекта и не может превышать 60 % заемных средств, необходимых для его осуществления. Размер государственной поддержки устанавливается в зависимости от категории проекта. Для проектов категории «А» он не может превышать 50 % от стоимости проекта, для проектов категории «Б» - 40 %; для проектов категории «В» -30 %; для проектов категории «Г» - 20 % стоимости проекта.
Данный алгоритм государственного участия в финансировании инвестиционных проектов предприятия с учетом введенных ограничений нацелен на выбор оптимального источника финансирования для каждого инвестиционного проекта.
Имеет ряд ограничений и резервный фонд. Средства, направляемые в резервный фонд, не должны превышать 2 % ВВП. Считается, что более форсированное накопление стабилизационного фонда и размещение его средств в иностранных активах означало бы просто замещение частного экспорта капитала, государственным. Это лишь усилит разрыв между сбережениями и накоплением.
Наиболее полное и эффективное использование государства, как источника инвестиций, возможно при проведении адресной «точечной» государственной поддержке высокорентабельных и социально значимых коммерческих инвестиционных проектов и программ.
Источниками кредитных ресурсов в основном являются коммерческие банки. Но не только. Кредитных ресурсы связаны и с деятельностью небанковских инвестиционных учреждений и с кредитованием, предоставляемым со стороны других предприятий.
Банковские структуры накопили достаточные финансовые ресурсы для их вложения в реальный сектор экономики.
Практика участия банковского капитала в инвестировании промышленности постепенно расширяется.
Тем не менее, доля кредитов национальных банков в совокупных инвестициях в основной капитал в 2001 г. составила лишь 3,2 % .
Проблемы привлечения банковского капитала для развития промышленности связаны с рядом факторов.
Во-первых, кредитование бизнес-проектов при низкой ликвидности существующей залоговой базы большинства промышленных предприятий имеют высокую степень рисков.
Низкая ликвидность залоговой базы особенно характерна для промышленных предприятий, находящихся в государственной собственности.
Определенные сложности с кредитованием промышленности объясняются и рисками, связанными с недостаточным маркетинговым изучением рынков сбыта.
Банки свои риски пытаются компенсировать высокими процентными ставками и короткими сроками кредитования, что не устраивает предприятия. Банки предпочитают часто отрицательную доходность по государственным ценным бумагам, нежели вложения в реальный сектор с высоким риском невозвращения кредитов.
Во-вторых, ставка банковского процента остается во многих случаях выше существующего уровня рентабельности промышленного производства. В этой ситуации затраты на получение банковского кредита не окупаются и предприятия, как уже отмечалось выше, ориентируются в основном на свои собственные средства.
Ряд промышленных предприятий нашли выход из создавшейся ситуации в привлечении кредитных ресурсов зарубежных банков, со¬трудничая с ними либо напрямую, либо через российские банки. При этом, процентная ставка по кредитам значительно ниже, чем предлагаемая отечественными банками. Однако кредитование в зарубежных банках сегодня доступно лишь наиболее крупным предприятиям, имеющим высоколиквидные активы и экспортные поставки.
В-третьих, банки чрезвычайно медленно продвигаются в развитии долгосрочного кредитования.
По данным Госкомстата РФ, доля долгосрочных кредитов в общем объеме кредитных вложений не превышает 3 - 5 %. Ставки процента долгосрочных кредитов чрезмерно высоки для вложений в производство. Получение «длинных» денег, как правило, сопряжено с достаточно непростыми и длительными процедурами различных согласований и оформлений документов, а также невыгодными для предприятий-реципиентов условиями их возврата.
Ситуация в долгосрочно кредитовании с началом реформ даже ухудшилась. В первые годы реформ (1992 - 1993г.г.) более четверти предприятий имели доступ к долгосрочным кредитам, выдаваемым отраслевыми объединениями, или к участию предприятий в учреждении банка на рыночных условиях. Свободный рынок долгосрочных банковских кредитов практически отсутствовал.
Следует подчеркнуть, что поиск надежных кредитных учреждений для реализации долгосрочных инвестиционных проектов промышленным предприятиям достаточно затруднен. С одной стороны, правительство усиленно направляет деятельность институтов кредитования на увеличение участия в инвестировании реального сектора экономики. С другой стороны, не создано должных механизмов, защищающих банки и снижающих риски долгосрочного кредитования. Сейчас при долгосрочном кредитовании такие традиционно применяемые виды обеспечения кредита, как неустойка, залог, поручительство и банковская гарантия, в условиях реальной российской действительности не обеспечивают возврат ссуженных заемщику средств.
Согласно экономической теории, основным регулятором кредитной политики коммерческих банков выступает ставка рефинансирования, устанавливаемая центральным банком страны.
В современной России по ряду причин влияние, оказываемое ставкой рефинансирования ЦБР на динамику инвестиционных процессов, не столь существенно. Тем не менее, связь между величиной ставки рефинансирования и темпом прироста инвестиций прослеживается.
Анализ состояния инвестиционной деятельности в российской экономике по данным государственной статистики показал некоторое ее оживление в 2003-2005 гг. В этот период финансовые условия инвестиционной деятельности имеют положительную динамику. Характерно, что именно в рассматриваемом периоде происходит снижение ставки рефинансирования. Центральный банк России последовательно снижал ее размер, пытаясь таким образом повысить заинтересованность институциональных заемщиков в получении кредитов.
Таким образом, нынешняя макроэкономическая ситуация и базовые условия инвестирования не обеспечивают эффективную «стыковку» финансового и реального секторов экономики.
В этой связи особое значение для предприятий приобретает слияние банковского и промышленного капитала в виде формирования финансово-промышленных групп. Процессы слияния капиталов банковских структур и промышленных предприятий уже начались и в них вовлечены некоторые крупные хозяйственные организации.
Однако пока особой заинтересованности коммерческих банков в участии в финансово-промышленных группах не наблюдается. И промышленные предприятия часто видят в этих группах лишь доступ к инвестициям.
Проблема создания взаимной заинтересованности промышленных и банковских структур связана, на наш взгляд, с тем, что привлекательность финансово-промышленных групп для многих основывается на предположении о возможности получения финансовой помощи без раздела прав собственности на предприятие. Поэтому можно достаточно осторожно оценить перспективы массового формирования финансово-промышленных групп, если они не будут подкреплены внешними источниками финансирования (федеральными или местными).
В целом частный промышленный капитал достаточно настороженно относится как к займам, так и в особенности к интеграции с коммерческими банками. Здесь пока преобладают опасения утраты полного контроля над собственностью. Однако уже встречается немало примеров реализации совместных проектов с участием частного капитала. Хотя речь в таких случаях всегда идет о хорошо известных друг другу партнерах.
В общем объеме инвестиций в основной капитал средства, получаемые от эмиссии акций, занимают весьма скромную долю. Эта доля даже не достигает одного процента. Рассмотрение данного показателя как «рыночного индикатора» свидетельствует, в первую очередь, о низкой ликвидности акций основной массы отечественных предприятий вследствие их невысокой инвестиционной привлекательности, а также неразвитости самого фондового рынка. В настоящее время акции подавляющего большинства созданных акционерных обществ не котируются и, соответственно, не находятся в обороте на площадках фондовых бирж.
У предприятий начинают складываться определенная политика в отношении внешних инвесторов.
Иностранные инвестиции достаточно привлекательны для отечественных производителей. Привлекательность иностранных инвесторов объясняется не только их платежеспособностью в сравнении с отечественными. С иностранцами обычно готовы сотрудничать, поскольку речь часто идет о совместной работе за счет кредитов или об организации совместного предприятия или производства, которое не затрагивает прав собственности на базовое предприятие в целом. Иностранных инвесторов стремятся привлечь различными путями, но реально это удается немногим отечественным предприятиям.
Улучшение инвестиционного климата в России связано с проводимой работой по увеличению притока иностранных инвестиций.
Заметную роль во внешнем заимствовании в интересах инвести¬рования реального сектора российской экономики могут оказать прямые иностранные инвестиции. Прямые иностранные инвестиции включают непосредственное участие активов иностранных инвесторов в реальном производстве, а также экономически значимые объемы акций российских предприятий у иностранных инвесторов, предназначенные для участия в управлении акционерными обществами, а не для игры на фондовом рынке.
Прямые иностранные инвестиции в экономику России имеют с начала 2000-х годов достаточно устойчивую повышательную динамику (см. табл.7).

Таблица 2
Прямые иностранные инвестиции в экономику России
(млрд. долл.)

2002 2003 2004 2005* 2006**
4 6,5 9,4 13-14 16
* оценка
** на начало года

Несмотря на растущую динамику, прямые иностранные инвестиции в российскую экономику остаются крайне низкими - порядка 1,5% ВВП. Тогда как в некоторых других странах с переходной экономикой это значение в несколько раз выше.
Кроме того, ряд промышленных предприятий нашли выход из создавшейся ситуации в привлечении кредитных ресурсов зарубежных банков, сотрудничая с ними либо напрямую, либо через российские банки. При этом, процентная ставка по кредитам значительно ниже, чем предлагаемая отечественными банками. Однако кредитование в зарубежных банках сегодня доступно лишь наиболее крупным предприятиям, имеющим высоколиквидные активы и экспортные поставки.
иностранные инвестиции поступают преимущественно в топливную промышленность, торговлю и общественное питание, а отрасли производства товаров в России по критериям доходности, срокам окупаемости и рискам еще не стали привлекательными для масштабных вложений прямых иностранных инвестиций.
На привлечение иностранных инвесторов влияет страновой и корпоративный инвестиционный рейтинг. Рост инвестиционного рейтинга способствует не только росту портфельных инвестиций, но и благотворно повлияет на динамику прямых иностранных инвестиций, что позволит привлечь средства в создание новых предприятий, расширение и модернизацию существующего производства.
Дороговизна и сложность получения кредитов побуждают пред¬приятия искать и другие, помимо названных выше, источники средств для долгосрочных целей, используя различные формы объединения средств: долевое участие, товарищества, акционерные общества.
Среди отечественных потенциальных инвесторов, прежде всего, используются другие государственные и приватизированные предприятия. Однако их возможности ограничены.
Структура привлеченных предприятиями средств и достаточно полно представлена динамикой источников финансирования.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Обобщение положений проведенного исследования позволяет сделать следующие выводы:
Концентрация — это расширение размера предприятия за счет его капитализации, то есть внутренних накоплений, продажи акций и заемных инвестиций, а также за счет заемных ресурсов.
Теоретические проблемы концентрации производства всегда занимали в экономической науке одно из важных мест.
Преимущественной теоретической базой концентрации промышленности являются положения институционализма и принципы экономической глобалистики. Комплексное использование положений этих теоретических школ в достаточной мере обосновано спецификой массового и ускоренного перехода от абсолютной государственной собственности к частной и смешанным формам собственности. В мировой практике аналоги таких преобразований отсутствуют. Тем более, нет оснований говорить о наличии соответствующей теории концентрации промышленности в условиях переходной экономики. Реально теория может возникнуть только после научного обобщения нового практического опыта.
Концентрация производства становится наиболее типичной стратегией повышения его эффективности в условиях стабилизации российской экономики.
Концентрация и централизация производства - объективны и присущи всем отраслям хозяйства.
Мировой опыт развитых стран показывает, что устойчиво функционирующая рыночная экономическая система характеризуется циклическим развитием процессов концентрации и деконцентрации промышленного производства. Для современной России на нынешнем этапе характерной тенденцией является усиление процессов концентрации промышленного производства.
Важнейшим условием концентрации промышленного комплекса является изменение структуры собственности. К положительным итогам приватизации следует отнести формирование частных собственников-предпринимателей. Проведенная приватизация предприятий позволила создать базу многоукладной экономики в промышленности.
На практике наибольшее распространение получили акционированные предприятия в виде определенной комбинации собственников. Опыт работы акционированных предприятий за последние годы показал, однако, их ограниченную эффективность. Это явилось следствием ряда причин. Основные из них - отсутствие эффективных собственников, способных на значительные инвестиции, и низкий уровень отечественного менеджмента.
Тем не менее, частные и смешанные формы собственности имеют большие перспективы для развития. Именно по такому пути должны сегодня идти процессы концентрации и централизации.
Следствием концентрации промышленного производства является концентрация капитала.
На уровень концентрации производства в России оказала влияние наследственность планово-административной системы управления. Советская экономическая модель характеризовалась выраженной тенденцией к сверх концентрированному производству.
Концентрация в рамках специализированных предприятий приводит к производству однотипных изделий и технологических процессов на ограниченном количестве предприятий. Сокращение количества предприятий, производящих однотипную продукцию, в свою очередь приводит к образованию предприятий-монополистов, диктующих свои условия. К таким же результатам ведет и внутриотраслевая горизонтальная интеграция. Это вызывает необходимость обеспечения надлежащего управления и контроля со стороны государства за качеством и ценами на выпускаемую предприятием-монополистом продукцию.
Важнейшим и противоречивым последствием концентрации является усиление монополизации производства. Монополизированное производство обладает всеми экономическими преимуществами концентрации, но несет в себе ряд серьезных негативных моментов. Оно препятствует развитию конкуренции, требует усиления контроля над ценами и создает предпосылки торможения технического прогресса.
Концентрация является важнейшим фактором капитализации производства. Уровень капитализации в значительной мере зависит от размеров корпораций и предприятий.
Концентрация осуществляется двумя путями - инвестированием действующего производства и организационным объединением самостоятельных предприятий в интегрированную систему (централизацией).
Масштабы и темпы концентрации производства зависят от инвестиций, от развитости финансовой сферы и используемых финансовых инструментов.
В рамках отдельной корпорации и предприятия инвестиционной базой концентрации служат собственные финансовые и кредитные ресурсы. В масштабе национального хозяйства инвестиционная база концентрации связана с развитостью фондового рынка и банковской системы.
Сложившаяся в России модель инвестиционной деятельности характеризуется не достаточной эффективностью. Ни фондовый рынок, ни банковская система не выполняют своих функций по аккумулированию внутренних сбережений и их трансформации в инвестиции. Основными инвесторами являются сами предприятия. Почти 70 % объема инвестиций финансируется предприятиями за счет собственных средств - прибыли и амортизации.
При этом ограничен сам объем собственных средств предприятий идущих на инвестирование. Реально только 6-8 % прибыли, как основного источника инвестиций предприятий, идет на развитие производства.
Ограничены и банковские ресурсы. Сегодня совокупный капитал частных российских банков сопоставим с капиталом одного крупного западного коммерческого банка.
Основным механизмом концентрации промышленного производства России в настоящее время является его централизация. Централизация -одно из направлений концентрации. При централизации происходит не укрупнение единичного предприятия, а укрупнение производства за счет организационно-экономического объединения ранее юридически самостоятельных предприятий в единую корпорацию. Централизация возможна и путем объединения малых, деконцентрированных предприятий.
Централизация осуществляется преимущественно через различные формы интеграции. В мировой практике сложились разнообразные типы интеграции фирм, различающиеся в зависимости от целей сотрудничества, характера хозяйственных отношений между их участниками, степени самостоятельности входящих в объединение предприятий. Централизация предполагает возможность различного вида статусов, входящих в корпорацию юридических лиц - по формам собственности и по организационному построению.
Исходя из этих признаков, экономическая теория различает следующие виды производственной интеграции предприятий: вертикальная, горизонтальная, диагональная и комбинированная производственные интеграции.
Процессы концентрации производства, происходящие в российской экономике в настоящее время, развиваются по двум основным интеграционным направлениям: горизонтальной и вертикально-технологической интеграции путем преимущественного использования механизма слияний и поглощений.
Горизонтальная интеграция корпоративных структур
преимущественно осуществляется путем создания многопрофильных диверсифицированных промышленных комплексов.
В условиях множества неопределенностей переходного периода российской экономики наиболее типичной стратегией выживания предприятий была стратегия вхождения предприятий в вертикально интегрированные структуры. Вертикально интегрированные структуры обеспечивают организационно-экономическое единство различных фаз технологического цикла производства конечной продукции, обеспечивают оптимизацию пропорций между производством конечной и промежуточной продукции, расширяют границы экономической эффективности использования высоких технологий.
В переходный период у России появились свои специфические обстоятельства, активизирующие интеграционные процессы в промышленности и других отраслях бизнеса: потеря управляемости, обвальное падение спроса и объемов производства, недостаток инвестиций и оборотных средств, сокращение государственных заказов и крайняя неопределенность перспективы.
Интеграционные процессы в России развиваются достаточно успешно. Сегодня интеграционные процессы охватывают практически все отрасли российской промышленности. Каждое десятое предприятие входит в хозяйственную структуру, определяющую его стратегические и оперативные решения; каждое одиннадцатое — в объединения, которые контролируют вопросы перспективного развития.
Предприятия, входящие в интеграционные объединения, обладают существенными преимуществами перед автономными предприятиями в обеспеченности предприятий заказами - входящие в интегрированные бизнес-группы предприятия обеспечиваются заказами на более длительные сроки, чем предприятия, действующие автономно.
Реструктуризация предприятий на основе интеграции должна осуществляться преимущественно на акционерных началах, иначе будут возникать нерентабельные структуры.
Внутри интегрированных бизнес-групп значительно выше возможности защиты прав собственности.
Сложная система рыночной интеграции дополняется
многообразными формами государственного и корпоративного регулирования процессов концентрации.
В отношении централизации производства действуют общие положения антимонопольного законодательства. Антимонопольное законодательство в ряде случаев не только препятствует прогрессивным процессам централизации, но и в силу своего несовершенства, неясности и противоречивости ведет к тому, что любая реорганизация, проводимая в этом направлении в настоящее время, несет в себе высокий риск признания ее незаконной.
Концентрация производства и капитала в промышленности идет в традиционных организационных формах корпорации.
Корпорация представляет собой множество самостоятельных организаций (юридических лиц, преимущественно акционерных обществ открытого типа, включающих не только производственные, но и финансовые организации), объединяемых взаимно переплетаемой собственностью на акционерный капитал, а также общими хозяйственными интересами.
Корпорация - широко распространенная в развитых странах форма организации предпринимательской деятельности, предусматривающая долевую собственность участников, самостоятельный юридический статус и сосредоточение функций управления в руках верхнего эшелона профессиональных управляющих (менеджеров), работающих по найму.
Отношения конкуренции самостоятельных предприятий при их объединении в единую корпорацию заменяются различными вариантами сотрудничества. Спектр возможностей сотрудничества при этом объединении распространяется от слабого взаимодействия до прямого управления, при котором рыночные отношения заменяются внутрифирменными поставками.
Повышение эффективности экономической деятельности в корпорации достигается за счет использования сильных сторон каждого предприятия, входящего в корпоративную структуру, и максимальной концентрации средств для решения ключевых задач. Внутри корпоративной структуры имеется возможность сократить сроки и затраты на создание нового продукта, получить эффект за счет унифицированных решений.
Концентрация финансовых и людских ресурсов в корпорации позволяет осуществлять внутрифирменную диверсификацию, в том числе и межотраслевую, что дает возможность им выживать в самых неблагоприятных экономических ситуациях.
Формирование корпоративной структуры производства существенный элемент организационно-экономической структурной политики. Развитие корпоративной структуры регулируется государством.
Существует множество разнообразных типов современной организации корпораций.
Государство регулирует развитие корпоративной структуры национальной экономики. Стратегическая задача государства в этой области структурной политики заключается в том, чтобы найти оптимальное соотношение корпоративной структуры производства, позволяющее в наибольшей мере эффективно использовать имеющиеся в обществе материальные, финансовые и трудовые ресурсы.
Методологической основой решения этой сложной экономической задачи является всестороннее исследование положительных и негативных сторон каждого типа корпоративного объединения, направленности изменений экономических отношений в стране.
В настоящее время в России, как и во всех развитых странах, складывается многоэтажный тип корпоративной структуры.
Верхний этаж этой структуры представляют мощные высококонцентрированные транснациональные корпорации (ТНК). Распространенными в верхнем эшелоне промышленных компаний организационными формами интеграции становятся финансово-промышленные конгломераты. Крупные объединения предприятий интегрированные в бизнес-группы (корпорации) являются основой производственного потенциала. Они позволяют концентрировать материальные, человеческие и финансовые ресурсы для решения сложных научно-технических и производственных проблем. Это обеспечивает высокую конкурентоспособность всего национального производства.
Средний этаж - корпорации национального масштаба (ФПГ, холдинговые компании, концерны, синдикаты, ассоциации, интегрированные бизнес-группы). В промышленности России сегодня особенно распространены холдинговые объединения.
Система высококонцентрированных корпораций должна быть дополнена взаимодействующей с ней системой отдельных фирм и малых предприятий, которые представляют нижний уровень организационной структуры экономики.
Расширяется сфера использования "мягких" объединений ассоциативного типа в виде стратегических альянсов. Говорить о концентрации производства в форме стратегического альянса, по мнению автора, можно с определенной условностью. Объединенные подобным образом предприятия и организации образуют группы, границы и распределение функций между которыми не всегда поддаются формальному определению.
Кроме того, в последнее время появляются разнообразные варианты неизвестных ранее сетевых корпораций.
Проблема концентрации предприятий (корпоративных структур) непосредственно связана с созданием ядра промышленности.
В промышленности России есть около 20 % вполне дееспособных предприятий. В связи с этим, логично выглядит предложение о государственной поддержке процесса реструктуризации и, как одного из ее направлений, - концентрации именно этих предприятий и формировании на их базе фундамента для дальнейшего развития промышленности.
Концентрация капитала осуществляется путем трансформации предприятий в форме слияний и поглощений.
Концентрация производства на основе слияний и поглощений стала глобальным процессом мировой экономики и очень актуальна для современной России.
При анализе проблем слияний и поглощений в отечественной и зарубежной литературе отсутствует жесткая общепринятая терминология. Существует целый ряд противоречий и разногласий в определениях, касающихся трактовки понятий «слияние и поглощение» в мировой практике и в российском законодательстве.
В условиях расширяющейся международной экономической интеграции, взаимопроникновения капиталов крайне необходима выработка единого толкования терминов, касающихся процессов слияний и поглощений. В этой связи представляется необходимой корректировка несоответствия между российской и зарубежной трактовкой понятий слияний и поглощений.
Понятия «слияния» и «поглощения» требуют дальнейшего уточнения в экономической теории, снятия имеющихся здесь противоречий и введения их в законодательную базу.
Сущность слияний и поглощений в современной экономической теории рассматривается как корпоративный контроль, который должен обеспечить защиту прав акционеров (прежде всего миноритарных), борьбу с недобросовестной конкуренцией, антимонопольную направленность экономического развития страны.
В процессе слияний и поглощений происходит концентрация капитала и консолидация производства в руках более эффективного собственника.
Логичным завершением этого процесса является сосредоточение большой части экономической мощи национальной экономики в руках узкого круга собственников и управляющих. Масштабы этой концентрации могут быть весьма значительны.
С одной стороны, концентрация активов в руках у эффективного собственника - положительное явление. Эффективный собственник может использовать их наиболее рационально. Однако, с другой стороны, существует опасность вывода из экономики значительного количества вполне эффективных собственников с меньшими размерами производства, что усилит монополизацию и повредит процессу конкуренции.
Начало процессам слияний и поглощений в России положила приватизация. Переход от планово-административной системы к рыночной сопровождался разрушением старых производственных связей и делением гигантских предприятий на более мелкие. Именно это заложило основу последующих процессов слияний и поглощений в России. С конца 1990-х годов и по настоящее время в России наблюдается значительный рост количественного и стоимостного объема сделок слияний и поглощений.
Важным фактором дальнейшего развития российского рынка
корпоративного контроля является активизация государственного
влияния на эти процессы.
Требуется более активный контроль государства в области сделок по слияниям и поглощениям. Необходимо, в частности, внести поправки в действующее законодательство с целью усиления контроля не только за компаниями-участниками, но и за государственными институтами и государственными «агентами-участниками». С другой стороны, необходимо ужесточить наказание за недобросовестное ведение бизнеса.
Большинство проблем, которые сейчас стоят перед российскими предприятиями, можно решить только на правовом законодательном уровне.
Необходимо создать систему непрерывного мониторинга рынка слияний и поглощений в России.
Особое внимание должно быть уделено контролю за враждебными поглощениями. Под враждебное поглощение может попасть любое предприятие, даже мощные экономические структуры.
«Поглощение» в большинстве случаев определяется как объединение двух фирм в одну, при котором приобретающая фирма сохраняется, а приобретаемая как юридическое лицо прекращает свое существование.
Враждебное поглощение во всём мире - это нормальное экономическое явление. Однако в сегодняшней России процесс враждебного поглощения очень часто сопровождается такими явлениями, как использование административного ресурса, подкуп, коррупция, взятки, фальсификация, недобросовестная конкуренция.
В организации сделок по слияниям и поглощениям особенно велика роль человеческого фактора. Субъективная проблема враждебных поглощений заключается и в том, что в России отсутствует культура управления акционерным капиталом, характерная для экономически развитых стран. Это не благоприятно влияет на международное восприятие российских компаний как делового партнера. Для России, как страны с переходной экономикой, эта проблема особенно актуальна.
В связи с этим, требуется более детальное изучение и использование опыта США и других стран, имеющих традиции нейтрализации негативных последствий поглощений.
Тем не менее, тенденции развития отечественного рынка слияний и поглощений, показывают, что Россия постепенно выходит на цивилизованный путь в этом процессе.
Несовершенство российской модели концентрации производства на сегодняшний день имеет много причин: неполнота и противоречивость законодательной базы, недобросовестная конкуренция, неразвитость фондовой биржи, коррумпированность сделок по слияниям и поглощениям.
Концентрация производства и капитала является одной из важнейших проблем развития реального сектора российской экономики. Современной России требуется взвешенная позиция по этой важнейшей экономической проблеме.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Clinard M.B., Criminological Research, Sociology Today: Problems and Prospects, №4, 1959.
2. Cohen A.K., The Study of Social Disorganisation and Deviant Behavior, Sociology Today: Problems and Prospects, №4, 1959.
3. Goodsell C.T., The Case for Bereaucracy, Chartham, New Jersey, 1985.
4. Merton R.K. Social Theory and Social Structure, Illinois, 1961.
5. Russia Economic Trends 1995-1997.
6. Аглиетта М., Сапир Ж., Инфляция и дефицит в переходной экономике. В книге: Денежные и финансовые проблемы переходного периода в России, М., Наука, 1995.
7. Алексашенко С., Проблемы валютного курса рубля, М., 1993.
8. Аукционек С., Теория перехода к рынку, М., 1993.
9. Афанасьев М., Логика дефицитной экономики, М., Бит-Риск, 1991.
10. Безработица, структурная перестройка экономики и рынок труда в Восточной Европе и России, М., ИНФРА-М, 1995.
11. Бобина А. Стратегические альянсы в глобальной экономике // Мировая экономика и международные отношения. 2001. № 11. С. 106.
12. Бофингер П. И др. Экономика ортодоксальной монетарной стабилизации, Вопросы экономики, № 12, 1995.
13. Брейли Р., Майерс С. Принципы корпоративных финансов. М.: Олимп-бизнес, 1997.
14. Бузгалин А., Колганов А., Либерализация versus модернизация (сравнительный анализ переходных экономических систем), Вопросы экономики, 1997, №8.
15. Бункина М.К., Национальная экономика, М., АНХ при правительстве РФ, Дело, 1997 .
16. Валдайцев С.В. Оценка бизнеса и инноваций. М: Филинъ, 1997.
17. Валдайцев С.В. Оценка бизнеса. Управление стоимостью предприятия. М.: Юнити, 2001.
18. Вине лав Ю. Становление отечественного корпоративного управления: теория, практика, подходы к решению ключевых проблем // Российский экономический журнал. 2001. № 2. С. 15.
19. Волков А., Привалов А. Худший закон России — 21/ Эксперт. 2002. №9. С. 13.
20. Вопросы экономики, 1991-1998.
21. Гайдар Е., Государство и эволюция, М., 1995.
22. Гайдар Е., Тактика реформ и уровень государственной нагрузки на экономику, Вопросы экономики, 1998, №4.
23. Гайдар Е., Экономические реформы и иерархические структуры -М., Наука, 1990.
24. Гелб А., Грей Ч., Экономические преобразования в странах Центральной и Восточной Европы, М., Прогресс, 1995.
25. Гелбрейт Дж.К., Новое индустриальное общество/ Пер. с англ., -М., Прогресс, 1969.
26. Гелбрейт Дж.К., Экономические теории и цели общества /Пер. с англ., - М., Прогресс, 1970.
27. Голубков Д. Особенности корпоративного управления в России: инвестиционный кризис и практика оффшорных операций. М.: Издательский Дом «Альпина», 1999.
28. Гончаров В.В., В поисках совершенства управления: руководство для высшего управленческого персонала, М., МНИИГУ, 1997.
29. Горин Н., Страна по имени профинция, Экспертный институт, М., Декабрь 1995.
30. Государственная программа приватизации государственных и муниципальных предприятий в РФ, РЦБ, Специальный выпуск, М., 1994, №12.
31. Государство в меняющемся мире (Всемирный Банк. Отчет о мировом развитии — 1997. Краткое содержание), Вопросы экономики, 1997, №7.
32. Григорьев В.В., Островкин И. Оценка предприятий. Имущественный подход. М.: Дело, 1998
33. Григорьев В.В., Федотова М.А. Оценка предприятия: теория и практика. М:Инфра-М, 1997.
34. Грязнова А.Г., Федотова М.А. Оценка бизнеса. М.: Финансы и статистика, 1999.
35. Дамбровский М., Уроки реформ, Экспертный институт, М., 1995, Декабрь.
36. Зб.Де'Корвалье П., Теория и мировая практика макроэкономической стабилизации: уроки для России, М., МГИМО, 1995.
37. Денежные и финансовые проблемы переходного периода в России, М., Наука, 1995.
38. Дерябина М. Реструктуризация российской экономики через передел собственности и контроля // Вопросы экономики. 2001. № 10. С. 55.
39. Детнева Э., Володин В., Система национальных счетов: реальность и возможности, Вопросы статистики, 1994, №1.
40. Джильберт М., Кревис И., Международные сравнения национального продукта и уровня цен, М., Статистика, 1962.
41. Дзарасов С., В тупике нерыночного капитализма (ограниченность монетаристских методов экономической стабилизации), Вопросы экономики, 1997, №8.
42. Долгопятова Т. Модели и механизмы корпоративного контроля в российской промышленности // Вопросы экономики 2001. № 5. С. 46.
43. Дондуков А.Н., Юн Г.Б., Рябцева Антикризисное управление и реструктуризация предприятий в Российской Федерации. М.: Издательский дом «Гааль», 2001.
44. Дубровский В.В., Новые тенденции в экономическом развитии США и Японии - М., 1989.
45. Евенко Д.Л., Мелкий бизнес в Западной Европе - М., ИНИОН, 1991.
46. Евенко Л.И., Американский и японский стили управления: опыт сопоставления. -США-ЭТШ, 1985, №11, с.26-39.
47. Европейская система интегрированных экономических счетов/Пер.с англ., М., Экономика, 1992.
48. Евстегнеева Л., Евстегнеев Р. Макрорегулирование в переходной экономике: вопросы теории, Вопросы экономики, 1997, №8.
49. Есипов В.Е., Маховикова Г.А., Терехова В.В. Оценка бизнеса. С-Петербург: Питер Бук, 2001.
50. Иванов Ю. Слияние, преобразование и деление предприятий // Консультант директора. 2000. № 9. С.26.
51. Иванов Ю., О международных сопоставлениях ВВП России и других стран СНГ (проблемы, методы и результаты расчетов), Вопросы экономики, 1998, №1.
52. Илларионов А. и др., Потерянный год, М., ИЭА, 1994.
53. Илларионов А., Инфляция и экономический рост, Вопросы экономики, 1997, №10.
54. Илларионов А., Основные тенденции развития мировой экономики во второй половине двадцатого века, Вопросы экономики, 1997, №10.
55. Илларионов А., Секрет китайского экономического чуда, Вопросы экономики, 1998, №4.
56. Илларионов А., Эффективность бюджетной политики России в 1994-1997 годах, Вопросы экономики, 1998, №2.
57. Информационный бюллетень рабочего центра экономических реформ при Правительстве Российской Федерации № 31, нити. 2000.